В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Василия Тютина о том, почему понятие «производительность труда» превратится в фикцию.

Люди станут окончательно не нужны друг другу

Семьдесят лет назад у Советского Союза не было атомной бомбы. Впереди была Победа, но еще была разруха, всеобщая мобилизация, разрушенная и милитаризированная экономика, а также колоссальные людские потери.

А атомной бомбы не создавали. И была другая страна, которая к этому моменту уже имела этот козырь. Атомная бомба – это не просто листочек с формулами. Это технологический и производственный кластер. Это передовые разработки и огромные заводы по обогащению урана, это масса сопутствующих технологий, практически все – ресурсо-, энерго- и наукоемкие.

Советский Союз сумел понять приоритеты и сумел решить поставленную задачу – обеспечить ядерное сдерживание. Хотя в 40-х годах единицы людей знали о том, что значительная часть страны работает на создание атомной бомбы.

Попробуйте представить в наше время задачу, сопоставимую по важности и в то же время по сложности с созданием атомной бомбы в 40-х. Обязано ли государство взяться за решение такой задачи, несмотря на технологическое отставание и на массу других проблем?

На мой взгляд, обязано, и такая задача есть. А точнее, это две взаимосвязанные задачи – технологическая и социальная.

Мир стоит на пороге нового социально-экономического уклада. Растет так называемая производительность труда, а вместе с ней и перепроизводство. Все меньший процент людей обеспечивает всем необходимым остальное население. Общественные системы и экономики находят все более изощренные способы обеспечить взаимополезность и массовую занятость.

Перелом настанет тогда, когда примитивные виды работ, требующие сегодня участия человека, смогут выполняться механизмами. И очевидно, что в ближайшие десятилетия будет создан универсальный робот, способный на широчайший спектр работ – от строителя до официанта и уборщика. Появление такого робота имеет не меньшее значение, чем создание атомной бомбы.

Можно моделировать последствия для разных областей общественной жизни, но одно явление принципиально важно. Человеческий труд в подавляющем большинстве сфер применения получит отрицательную стоимость.

Попросту говоря, люди станут окончательно не нужны друг другу. То, что присутствовало и развивалось с начала цивилизации, перейдет на качественно новый уровень.

Система, складывавшаяся вокруг перераспределения избыточного продукта, предусматривала необходимость участия человеческого труда, и такая необходимость являлась и является базовым элементом действующей системы.

Само понятие «производительность труда» превратится в фикцию в случае, если трудом станет нажатие кнопки. С появлением универсального робота человек окончательно потеряет функцию продавца своего труда, оставшись только потенциальным потребителем. Миллиарды людей потеряют возможность что-то предложить друг другу.

В определенном смысле возникнет экономический «зомби-апокалипсис», вызванный не болезнью, а тотальной бесполезностью. Миллиарды ненужных друг другу и системе человеческих особей, ищущих пропитания и социализации.

Обратите внимание на популярность и обильность фильмов о «зомби-апокалипсисах», а также фильмов-антиутопий, в которых основная часть человечества влачит нищенское существование, несмотря на бурное развитие технологий: все эти «Обители зла», «Голодные игры» и «Обливионы».

Я думал, что это просто художественное предчувствие, но сейчас я считаю, что помимо творческой части тут задействованы и технологии типа «самосбывающихся пророчеств» и «Окна Овертона».

Все эти фильмы – не просто фантазии, а вполне себе реалистичные зарисовки на тему мира будущего, которые готовят и приучают нас к этому будущему. Их реализм не в деталях, а в принципе – миллиарды прозябают в хаосе, единицы наслаждаются жизнью.

Принципиально важно осознать, что миру будущего не нужна будет эксплуатация в привычном понимании. Никакие профсоюзы, защита прав трудящихся и прочая борьба за стандартно понимаемую справедливость в экономической деятельности не помогут. Суть не в эксплуатации, а в отмирании ее необходимости.

«Человек труда» становится лишним элементом системы. Взаимная надобность будет возникать только при переходе на более низкую ступень развития – как дикари занимают свое место в племени, но бесполезны в городе.

В переходный период система, контролирующая создание и эксплуатацию универсальных роботов, будет реализовывать и наращивать свое экономическое преимущество и технологический отрыв. Параллельно будет создаваться политическая, моральная и технологическая основа сегрегации и «расчистки» мира от «лишних» людей. Собственники и обслуживающие их творческие и высококвалифицированные кадры будут расчищать для себя жизненное пространство.

Основным глобальным инструментом регуляции системы будет война. Страны, не входящие в элитный клуб, будут даже не поставщиками ресурсов (это постольку-поскольку), а полигоном для ведения войны, носящей «производственно-утилизационный» характер.

Война должна поглощать «лишние» человеческие жизни как с той, так и с другой стороны, компенсировать тотальное перепроизводство, придавать управляемость и осмысленность в переходный период. Помимо этого, она должна провести водораздел между «эллинами» и «морлоками» будущего мира.

С той оговоркой, что «морлоки» будущего – это просто подлежащий утилизации лишний человеческий материал или забавные дикари вроде австралийских аборигенов и племен в Амазонии, а не объект эксплуатации.

После прохождения «переходного» периода, вероятно, сформируется система нового «эллинизма», основанная на праве владения некими привилегиями – праве на землю и вообще ресурсы, включая права, основанные на принадлежности к группе, контролирующей ресурсы и технологии. Низшим слоем будут специалисты, способные выполнять высококвалифицированную или творческую работу.

Экономика будет ближе к феодальному устройству с его натуральным хозяйством замкнутого цикла, где важен не рынок, а контроль над достаточными ресурсами и способность этот контроль защитить (или присягнуть сильному сюзерену). При этом место «народа» займут роботы.

Принципиально осознать, что в системе, основанной на частной собственности в области производства и финансов, контроля над ресурсами и средой обитания, в случае утраты ценности человеческого труда неизбежно развитие ситуации по апокалипсическому для большинства населения Земли сценарию. Обмен трудом заменяется на предоставление доступа к контролируемым благам.

Единственный защитный механизм – система демократических выборов, создающая ценность обладателя «голоса» – практически утратила свое значение в связи с развитием технологий манипуляций и граничных условий «выборов». В захватившей умы украинцев идее уничтожения «ватников» я вижу участие специалистов, отрабатывающих технологии разделения «лишних» людей на взаимно аннигилирующие части.

Альтернативным вариантом будущего может быть только то, в котором создана противовесная система, опирающаяся на другие принципы общественного устройства, которые бы подразумевали отсутствие необходимости депопуляции и утилизации «лишних» людей.

Попытки противопоставить системы, основанные на одних и тех же «рыночных» принципах, ничего не изменят, общее развитие ситуации пойдет по тому же пути. Точно так же, как попытки остановить технический прогресс обречены на поражение.

1) Те государства или союз государств, которые не хотят быть жертвой «робо-апокалипсиса» и рассчитывают сохранить свое существование, должны обзавестись современным аналогом «атомной бомбы», обязаны обеспечить развитие собственной кибернетики, включая компонентный и программный уровень, а так же вопросы энергообеспечения.

Создание собственной IT-базы и универсального робота должно быть современным «ядерным проектом». Процессор плюс программа плюс энергия – это универсальный робот. Проект подобного рода – это вопрос выживания.

2) Такое государство должно обеспечить формирование экономической модели, способной функционировать в условиях отрицательной стоимости массового труда при сохранении и развитии уровня популяции.

Эта модель должна сочетать реализацию положительной роли мелкого собственника и предпринимателя с государственным контролем или собственностью на ресурсы, системообразующие и инфраструктурные предприятия, общественную среду обитания.

Государство должно обеспечивать генерирование общественно значимых и одобряемых задач, участие широких масс населения в решении которых должно создавать основу системы потребления и различия в его уровне. Необходимым условием такой системы является контроль государства над финансовой системой и расчетный характер бюджета.

В идеологическом плане такое государство должно представлять прямую противоположность социал-дарвинизму. Должно предполагать ценность человеческой жизни не в критериях «успеха» и условной полезности для других, выраженной в количестве получаемых денег, но ценность жизни как «вещи в себе».

Общественно признаваемой ценностью может быть развитие каждой личности, а система обучения – носить пожизненный характер. Основой такого подхода может быть официальный религиозный синкретизм. Союз типа БРИКС вполне может справиться с такой задачей. Если ее вовремя сформулирует.