В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Александра Дубровского, в котором он рассуждает о схожести смысла жизни человека и государства.
Матушка Россия тем хороша, что все-таки в каком-нибудь углу ее да дерутся.
Генерал Яков Кульнев, герой войны 1812 года
Жизнь прожить – не поле перейти, издавна говаривали на Руси, не прибегая ни к каким психологическим манипуляциям и тестам с психосоматическим уклоном. С тех пор воды утекло немало, а жизненных неурядиц ничуть не поубавилось, а вовсе даже наоборот: технологии, призванные разгрузить рюкзак бытовых и не бытовых проблем, на поверку преумножили их многократно, не оставляя места для размышлений о смысле жизни.
Люди и страны во многих отношениях имеют схожие врожденные архетипы, а значит, как и люди, не все страны имеют право на жизнь
Одновременно, будучи предельно абстрактным понятием, «смысл жизни» закономерно отступил в тень под натиском всепобеждающего слогана «живи здесь и сейчас!», став уделом странных личностей, оторванных (по мнению большинства) от реальности бытия. Незаметная ментальная подмена произошла на уровне выбора между благополучием или комфортом, вытеснив саму возможность остановиться и задаться элементарными вопросами: кто я, что я и зачем я на этом свете?
Между тем «смысл жизни» отнюдь не удел узких специалистов и не искусственная конструкция, а настоятельная потребность разума в высшем его проявлении, что и делает человека отличным от прочих четвероногих и пернатых. Отмахнуться от него не сложно, но только временно, все равно он придет и постучится в дверь. Главное, чтоб было не слишком поздно. А если все ж таки отмахнуться удалось насовсем, то не велика потеря, жизнь даже не заметит.
Другое дело – страны и государства, здесь одновременно всё сложнее, если не упрощать, и, соответственно, проще, если не усложнять. Людей много, государств мало. Если человек решил сгинуть под грузом бытовых неурядиц, то Бог ему судья, «отряд не заметит потери бойца», разве что самые близкие, которые потом будут потомкам неустанно врать о несуществующих достоинствах и подвигах их предка. Врать о подвигах, пока пациент жив, несравнимо сложнее, так что приходится либо их совершать наяву, либо ждать.
Количество стран, несмотря на тенденцию спонтанного роста их количества за 20 век с 68 до 250 стран, всегда конечно, и все они на виду. Тем не менее, история больших и малых государств – сплошное вранье, и чем длиннее история, тем больше нагромождение вранья и домыслов, приправленных беззастенчивым умалением достоинств своих соседей, ближних или дальних. Живут страны несравнимо дольше человеческой жизни. Но не все.
Люди и страны во многих отношениях имеют схожие врожденные архетипы, основанные на природе человеческой психики, индивидуальной или коллективной. Речь не о характере и установках, приобретаемых в процессе воспитания, образования, и вообще не о поведении в обычной жизни отдельных людей и больших или небольших общественных объединений граждан. Речь о глубинных структурах, как правило, в обычной жизни дремлющих и не проявляющих себя «публично».
В зависимости от личных предпочтений, называть эти структуры можно как угодно: ментальность, генетика, исторические традиции, психофизиологические особенности, инстинкты и т.д. и т.п. Терминологическая точность в данном случае не имеет значения. Значение имеет лишь результат.
Если человек прожил яркую и достойную жизнь, независимо от ее продолжительности, совершил много добрых дел и о его достоинствах не приходится врать потомкам, значит, жизнь его состоялась и в ней был тот самый смысл, ради которого стоило жить. В противном случае, даже при наличии всех внешних признаков – голова, руки, ноги, туловище и даже сердце, а он оставил после себя только зло – смысла в его никчемной жизни не было никакого.
Примерно так же и со странами: даже при наличии всех внешних признаков государственности это никак не является наличием смысла их существования на планете Земля. Независимо от того, что об этом думают их граждане.
Не в обиду будет сказано, но на политической карте мира подавляющее большинство государств – это странные образования, существующие самостоятельно лишь в их воображении. Или в воображении их граждан, не отдающих себе отчета в истинном положении дел. А с учетом глобализации, опутавшей экономической паутиной весь мир, в 21 веке понятие «суверенность» должно было благополучно перекочевать в учебники истории безвозвратно ушедших эпох.
И на рубеже 19–20 веков, и раньше всегда существовали реально суверенные и самодостаточные государства, проводившие максимально самостоятельную внешнюю политику, транслируя в мир свою уникальную цивилизационную миссию, и их всегда было крайне незначительное меньшинство. При всех условностях и геополитических противоречиях именно эти страны определяли контуры и границы регионов своего влияния, куда входили на ограниченных правах уже все остальные, довольствуясь иллюзией своей независимости.
К концу 20-го века с исчезновением СССР таких суверенных государств практически не осталось. К этому времени глобализация, порожденная Западом, уже сдала «суверенитет» в архив и завершила процесс поглощения своих прародителей. Поглощение произошло по сценарию: расходы и затраты – государствам, доходы – глобальным корпорациям, что позволило погрузить весь Запад в долговую яму и баснословно разбогатеть трансконтинентальному бизнесу.
Как известно, остановка в развитии бизнеса смерти подобна, что в переводе на русский язык означает: аппетит приходит во время еды. Поэтому дальнейшие события полностью укладывались в безоблачный сценарий поглощения всего мира, почти подготовленного к употреблению путем предварительного дробления на мелкие кусочки. Чем мельче куски, тем больше противоречий, тем легче их поглотить. Особенно если эти куски жаждут своего поглощения под мантры о своей целостности и независимости.
В общем, впереди светило еще лет сто безоблачной сытости, гарантом которой были разваливающиеся бескрайние российские просторы. Согласно прогнозу Национального совета США по разведке, к 2015 году вся евразийская территория должна была однозначно превратиться в «пустой географический термин, оторванный от политической, экономической и культурной жизни».
Нет никаких сомнений, что означенный прогноз высокопрофессиональных аналитиков, наверняка выполненный с применением высокотехнологичных (на тот момент) IT-технологий, был академически безупречным и безошибочным, учитывающим тысячи факторов, как внешних, так и внутренних, влияющих на сценарные линии развития событий. К чести американцев, они на тот момент рассматривали положение в России и ее судьбу как естественный ход событий, совсем не делая ставку на «политику сдерживания», которой сегодня так одержим Белый дом.
Однако умные американские прогнозисты не учли самого главного фактора: Россия совсем не та страна, события в которой возможно предсказать на основе академически безупречной методологии. Более того, «политика сдерживания», означающая беспрецедентное военно-политическое и экономическое давление по всем фронтам, окончательно разбудила древние инстинкты победителей, усилила сопротивление и необратимо вселила уверенность в неизбежной победе, как у граждан, так и у страны в целом. Ничего необычного и парадоксального, так было всю тысячелетнюю историю страны, доказавшей свое право на существование своими победами и подвигами своих граждан.
Люди и страны во многих отношениях имеют схожие врожденные архетипы, а значит, как и люди, не все страны имеют право на жизнь. Даже если весь мир будет рукоплескать, тиражируя виртуальные иллюзии киевских сумасшедших, реальность остается реальностью: Украина как государство, способное отстоять свои суверенные интересы и территории, не состоялась, и смысла ее существования нет и никогда не было.
Тем более что необходимым и достаточным условием существования Украины является согласие России, для которой эта территория веками являлась регионом только своего влияния и своих национальных интересов. Нельзя же всерьез думать, что с Россией образца 2015 года найдутся желающие воевать на ее территории.
А разным горячим и креативным персонажам отечественного и неотечественного разлива в год 70-летия Великой Победы отвечу заключительным четверостишием из стихотворения своей 15-летней племянницы Кати Кононенко:
...И если кто решился вздумать
Лишить Россию вдруг всего,
Я посоветую подумать:
Серьезно, может, ну его...
Уж не знаю, что на нее нашло, не иначе российская пропаганда всерьез взялась за неокрепшие молодые мозги...
***
Говорят, что «суверенность» – не русское слово, а французское, и надо бы его заменить на какое-нибудь исконно-посконное. А по мне, так с этим словом все в порядке, как с этимологией, так и с семантикой, внушающей уверенность и веру в правильность раз и навсегда выбранного пути: «с-уверенность» и «у-веренность» имеют общий корень «вера».
Так что пусть весь мир сдает свой «суверенитет» в архив, а мы торопиться не будем, нам, ватникам, не привыкать быть в отстающих.
Источник: Сайт Александра Дубровского