Президент Молдавии Майя Санду призналась, что поддержала бы объединение с Румынией, если бы такой вопрос был вынесен на гипотетический референдум. «Если у нас будет референдум, я бы проголосовала за объединение с Румынией. Такой маленькой стране, как Молдавия, становится все более сложно выжить как демократия, как суверенная страна», – сказала Санду.
На это заявление ответил оппозиционный молдавский политик Илан Шор. По его мнению, такие слова свидетельствуют о признании главой государства намерения ликвидировать Молдавию как независимую страну. «Убийца наконец призналась, что пришла с одной целью: убить Молдову», – написал он в своем Telegram-канале.
В Молдавии в первую очередь идею унионизма поддерживают правые и правоцентристские политические силы, такие как партия «Демократия дома» (прошла в парламент в 2025 году), а также значительная часть молодежи и интеллигенции, ориентированной на Европу.
Основными противниками неизменно являются левые партии (социалисты, коммунисты), русскоязычные сообщества, а также жители Гагаузской автономии и Приднестровья (ПМР). Оппозиция часто использует эту тему для критики действующей власти, требуя отставки президента за подобные высказывания.
В мае прошлого года президент Румынии Никушор Дан заявил сразу после своей победы, что Бухарест начнет новый этап развития и будет поддерживать Молдавию ради возможного объединения. Он пообещал, что Румыния «всегда будет рядом», чтобы помогать Молдавии двигаться по европейскому пути, и выражал надежду, что в будущем «страны смогут объединиться».
В 2023 году в Бухаресте отмечали, что Румыния поддержит объединение с Молдавией в составе Евросоюза, когда она станет членом ЕС как независимое государство. Тогда же Санду говорила о том, что жители Молдавии не расположены к объединению с Румынией, хотя у порядка миллиона жителей страны есть паспорт гражданина Румынии.
Напомним, именно с приходом Санду к власти в 2020 году страна взяла курс на сближение с Румынией и ЕС. Весной 2023 года молдавский язык был переименован в румынский, чтобы жители республики «говорили на одном из официальных языков Евросоюза».
На территории обеих стран существуют сторонники идеи унионизма, то есть объединения Румынии и Молдавии путем ликвидации последней как отдельного государства. Но по данным социологов, 54% молдаван не хотят присоединения к Румынии. Это следует из данных соцопроса, которые в декабре прошлого года опубликовал местный Институт социологических исследований IMAS. При этом «за» высказались бы 29%, еще 17% не определились с ответом.
Румынские социологические исследования на эту тему показали, что осенью прошлого года мнение населения разделилось почти поровну: 47% – за, 46% – против. Другие исследования указывают на скептицизм из-за потенциальных экономических затрат на интеграцию менее богатого соседа.
«Санду опосредованно высказалась за объединение Молдавии с Румынией еще давно – когда получила румынское гражданство. Если президент страны стал гражданином Румынии – значит, она желает той же участи и для возглавляемого ею государства», – отметил замдиректора Института стран СНГ Владимир Жарихин.
По его словам, сегодня Санду говорит об унии открыто, ориентируясь на позицию Евросоюза. «ЕС ведет себя так, что дипломатические тонкости уже не нужны – можно говорить и делать что хочешь без последствий. Брюссель сегодня одобряет любое движение Молдавии в свою сторону», – считает Жарихин.
«На фоне активности Дональда Трампа вокруг Венесуэлы и Гренландии о границах заговорили и другие политики. Молдавия оказалась зажата между двумя геополитическими центрами силы. Кишинев вопреки национальным интересам выступает не только за разрыв связей с Россией, но и за румынский вектор развития», – добавляет председатель коллегии Центра исследований евразийства Юрий Самонкин.
По его мнению, гипотетическая уния будет означать поглощение суверенитета, экономики и внешней политики Молдавии, что «приведет к обострению, гражданским столкновениям и внутренним конфликтам». «То есть мы получим еще одну точку нестабильности в Евразии», – полагает эксперт.
Он считает, что румынские элиты заинтересованы в поглощении Молдавии и превращении ее в «буферную зону наподобие Прибалтики». «Исторически этот вопрос стоял еще до Второй мировой. Получив статус союзника гитлеровской коалиции, Румыния планировала получить эти территории по итогам войны. Но Германия, Япония и Италия проиграли, поэтому Румыния осталась ни с чем. После распада СССР реваншистские настроения в румынских элитах возродились», – напомнил спикер.
«При этом простые румыны живут тяжело и устали от мифологии о «злых русских» и угрозах с востока. Они не испытывают ненависти и не понимают, почему до сих пор находятся «под натовским сапогом». Протестные настроения, как в Британии, Франции и Германии, могут перекинуться на Румынию, если ее правительство вместо социального развития начнет наращивать военный бюджет и проекты по поглощению Молдавии», – рассуждает Самонкин.
Эксперты сходятся во мнении, что позиция Приднестровья и Гагаузии – главный сдерживающий фактор и своего рода тормоз для ликвидации Молдавии.
Но ключевую роль играет именно Тирасполь, так как Гагаузия в силу территориального положения имеет меньше возможностей. Более того, объединение юридически невозможно без решения приднестровского вопроса, который Румыния как член НАТО и ЕС не может принять в нынешнем статусе.
«Команда Санду все уже решила, но ее осторожность связана именно с фактором ПМР. Россия, как и все, считает Приднестровье частью Молдавии. Но если Кишинев двинется в ЕС и НАТО, это будет означать, что он своими руками расколет страну, потому что Тирасполь такое объединение не поддержит. Фактор Приднестровья сдерживает и Румынию – там понимают, что в случае присоединения придется буквально завоевывать ПМР, чего Бухарест не хочет», – отмечает Жарихин.
Политолог подчеркивает, что Молдавия ради унии не станет отказываться ни от ПМР, ни от Гагаузии, считая их своей частью. Самонкин добавляет: если Кишинев решит провести в отношении этих регионов силовую операцию по примеру украинской «АТО» (так называемая антитеррористическая операция украинских властей по подавлению сопротивления в Донбассе), это ни к чему хорошему не приведет.
«Полагаю, Санду не прибегнет к столь радикальному сценарию. Сейчас фронт СВО смещается на запад, Украина – на грани потери суверенитета.
Поэтому «атошный» сценарий для Молдавии создаст что-то среднее между второй Украиной и вторым Косово.
Есть и другой путь – гуманитарно-экономическая блокада и политическое преследование оппозиции, как в деле бывшей главы Гагаузии Евгении Гуцул. Но несмотря на все блокады, ПМР успешно сопротивляется уже более 30 лет», – рассуждает спикер.
По прогнозу Самонкина, Гагаузия и ПМР будут всячески препятствовать референдуму о присоединении к Румынии. Гуцул ранее заявляла, что автономия воспользуется правом на самоопределение в случае такого объединения – эта возможность закреплена в законе о ее статусе.
«При дальнейшей интеграции с Румынией оба региона могут создать собственную автономию. Проблема лишь в том, что у России нет общей границы с Приднестровьем. Это стало бы возможным только в случае освобождения Одесской области в рамках СВО», – подытожил политолог.