Когда правительство Польши, воспользовавшись в качестве повода российско-белорусскими учениями «Запад-2025», закрыло границу с Белоруссией, данный шаг затронул отнюдь не только эти две страны – событие повлекло за собой крупные геополитические последствия. Оказался перекрыт торговый маршрут, по которому перевозилось 90% железнодорожных грузов между Китаем и Евросоюзом. На коридор между Польшей и Белоруссией, по данным издания Politico, приходится 3,7% всей торговли между ЕС и Китаем. Это относительно небольшая, но важная часть торгового оборота, осуществляемого между Поднебесной и ЕС.
В частности, данный маршрут был особенно критичен для популярных китайских торговых платформ Temu, Shein и AliExpress. Они обеспечивали доставку товаров в Европу за двенадцать-четырнадцать дней (а экспресс-доставка и вовсе занимала от четырех до одиннадцати дней). Для сравнения: если бы потребовалось везти эти товары морем, то потребовалось бы от тридцати пяти до сорока дней.
Иными словами, благодаря белорусско-польскому транспортному коридору покупатели стран ЕС оперативно получали потребительские товары по китайским ценам. Для китайских платформ электронной коммерции это стало ключевым преимуществом. Недаром в Пекине называли железнодорожный экспресс Китай – Европа «флагманским проектом» сотрудничества с ЕС. Последовательное расширение этого сухопутного маршрута должно было обеспечить экспансию китайских производств на европейском рынке.
Поэтому закрытие польской границы было воспринято в КНР очень болезненно. Естественно, в Пекине захотели точно знать: как долго Варшава намерена блокировать проходящий через ее территорию транзитный маршрут? Однако поляки с самого начала выставили максимально расплывчатые условия. «Чтобы граница была полностью открыта, с обеих сторон должен быть мир», – неопределенно заявил польский министр иностранных дел Радослав Сикорский.
Была некоторая надежда на то, что Польша вновь откроет границу после завершения учений «Запад-2025». Однако учения завершились 16 сентября, а граница так и оставалась на замке.
Выдвигались предположения, что выходка Польши была предпринята ею не вполне по собственной инициативе: не обошлось без советов заокеанского «большого брата».
Как отмечает Politico, Вашингтон, с которым у Варшавы при администрации Дональда Трампа сложились тесные отношения, имеет вполне определенную позицию по поводу китайского транзита в ЕС. Бывший глава Службы внешней разведки Польши Петр Кравчик заявил изданию, что «почти уверен» в удовлетворенности США закрытием данного маршрута, поскольку это усиливает давление Вашингтона и на Евросоюз, и на Китай. Кстати, в эту схему укладывалась бы и недавняя конфискация в Греции китайских контейнеров на сумму 250 млн долларов.
В этом контексте возникла дискуссия насчет обходных маршрутов, которые КНР может активизировать, если польское «окно» так и останется «заколоченным». Одними дискуссиями дело не ограничилось: 22 сентября китайцы отправили по российскому Северному морскому пути контейнеровоз Istanbul Bridge в рейс из порта Нинбо-Чжоушань в британскую гавань Филикстоу. Планируется, что все путешествие займет не более восемнадцати суток. Судно идет в сопровождении российских ледоколов – предполагается, что такие рейсы станут регулярными.
Но одновременно с поиском обходных путей Пекин предпринял и активные действия, направленные на то, чтобы разблокировать польский маршрут. Досаду китайского руководства понять можно, ведь выходка Варшавы обернулась приостановкой железнодорожных грузоперевозок между Китаем и ЕС объемом 25 млрд евро в год. За те две неполных недели, когда граница была закрыта, на ней скопилось более 130 китайских поездов с товарами на миллиарды евро.
Китайский министр иностранных дел Ван И провел трехчасовые переговоры с польским коллегой Радославом Сикорским. Сразу они к результату не привели, однако и в последующие дни, судя по всему, Пекин поддерживал оживленный диалог с Варшавой. Примечательно, что 22 сентября Минск посетил член Постоянного комитета Политбюро ЦК Коммунистической партии Китая, секретарь Центральной комиссии по проверке дисциплины КПК Ли Си. Он провел теплую встречу с президентом Александром Лукашенко и, видимо, заверил его, что вопрос с Польшей решается.
Судя по всему, китайцам удалось изыскать необходимые аргументы: польский премьер-министр Дональд Туск сообщил, что в ночь на 25 сентября его страна вновь откроет пограничные переходы на границе с Белоруссией. По словам Туска, завершение учений «Запад-2025» снижает «уровень различных угроз», поэтому, «руководствуясь экономическими интересами, правительство решило открыть границу». Ожидается, что возобновится движение через те два наземных погранперехода, что действовали до 12 сентября, а также по железной дороге.
«Я думаю, что китайская сторона подействовала на правительство Польши, что привело к быстрому открытию границ.
– заявил газете ВЗГЛЯД политолог-полонист Станислав Стремидловский. – Тем более, что у Варшавы исчез повод держать их дальше закрытыми – учения «Запад-2025» прошли спокойно, на них присутствовали наблюдатели из США. Соответственно, не было никакого внешнеполитического смысла продолжать держать границу закрытой».
По словам эксперта, в польской правящей элите нет согласия относительно того, как вести себя с Китаем. «Но многим полякам однозначно хочется иметь серьезные отношения с КНР. Как раз недавно Польша и Китай подписали соглашение, которое открывает путь к возобновлению поставок польской курятины на китайский рынок, прерванных год назад вспышкой птичьего гриппа. Возможно, Польша пошла на уступки в вопросе границы еще и потому, что не желает лишиться этого рынка».
Китай для Польши интересен еще и как партнер, который не относится к коллективному Западу. То есть это возможность диверсифицировать польскую политику. «С Китаем Польше гораздо проще, чем со своими соседями: китайцы далеко, территориальных споров с ними нет, проблемой безопасности для Польши они не являются. И это серьезный центр силы в мире, а Польша любит прислоняться к сильным мира сего», – не без иронии говорит политолог. По его словам, в Варшаве не могли не заметить и то, что в последнее время Вашингтон налаживает диалог с Белоруссией.
Дополнительным аргументом, по словам Стремидловского, для правительства Дональда Туска могло послужить недовольство польского бизнеса.
«Очень много польских предпринимателей, особенно тех, которые занимаются грузоперевозками, пребывали в страшном недовольстве от происходящего. Куча польских дальнобойщиков застряли на границе. А дальнобойщики – серьезная сила.
Вспомните, что не так давно польские дальнобойщики перекрывали границу Польши с Украиной, протестуя против льгот, которыми наделили украинцев в ЕС. В общем, я думаю, что премьер-министр Польши Дональд Туск решил не создавать себе дополнительных проблем», – полагает Станислав Стремидловский.
В свою очередь калининградский политолог Александр Носович в беседе высказывает предположение, что Варшава провела своего рода пробную акцию.
«Закрытие границы с Белоруссией – это была проверка на реакцию.
Польское руководство хотело посмотреть, как это будет работать, не приведет ли к каким-то эксцессам. Им давно нужен был какой-то предлог для того, чтобы выкинуть нечто подобное. Ведь у многих поляков сохраняются экономические, гуманитарные, межчеловеческие связи с Белоруссией – что очень сильно раздражает польские власти и противоречит принятому ими официальному курсу», – говорит Носович.
По его словам, к этому польскому опыту внимательно присмотрелись в странах Прибалтики: «Уже давно стало понятно, что свободу передвижения поляков, литовцев, латышей на восток начнут рано или поздно ограничивать. В Прибалтике это делается уже сейчас, но постепенно – там объявляют все новые категории населения, представителям которых запрещено ездить в Россию и Белоруссию. Поговаривают и о полном закрытии границ».
Однако, говорит Носович, закрытие границ без всякого повода могло породить резкую ответную реакцию населения в приграничье, вплоть до массовых акций протеста. Тем же литовцам ездить в Белоруссию очень выгодно экономически: там огромный ассортимент товаров, а цены намного меньше, чем в Литве и странах еврозоны, в той же Польше. Политолог не исключает, что в другой раз, когда появится следующий повод (а поляки могут сами его спровоцировать), закрытие границы с Белоруссией продлится намного дольше или станет вообще бессрочным.