Президент Польши Кароль Навроцкий, посетивший на днях Германию, влип в двойной скандал. Но он знал, на что идет – и на скандал в какой-то степени рассчитывал.
В Берлине, где он встречался со своим немецким визави Франком-Вальтером Штайнмайером, а также с канцлером ФРГ Фридрихом Мерцем, Навроцкий в который раз озвучил требование польских властей о том, что Германия должна выплатить Польше деньги за военные преступления периода Второй мировой войны. «Мы должны наконец решить вопрос о репарациях со стороны немецкого государства», – заявил Навроцкий.
В сентябре 2022 года польская парламентская комиссия подсчитала, что ущерб, нанесенный Польше в результате войны, составил 6,2 трлн злотых – это примерно 1,3 трлн долларов США. И это не только материальный ущерб. В докладе оценивается принудительный труд до 2,1 млн поляков, которые в общей сложности отработали почти 4,9 млн рабочих лет на немецких фермах и фабриках. Кроме того, по мнению авторов доклада, Германия похитила 196 тыс. польских детей для последующей «германизации», из которых только 30 тыс. были когда-либо возвращены.
И в счет выплаты денег за все эти преступления Германия, по мнению Навроцкого, могла бы профинансировать польскую военную промышленность и военный потенциал. «Германия могла бы начать выплачивать репарации, укрепляя мощь польской армии и ее обороноспособность. И одновременно укрепляя то, что важно для всех нас, а именно восточный фланг НАТО, который является пограничным регионом продолжающейся войны», – говорит президент Польши. Тем самым Навроцкий попытался встроить репарационный вопрос в общий тренд на милитаризацию восточного фланга НАТО, который сейчас продвигают американцы.
«Идея Навроцкого о том, чтобы Германия выплатила репарации деньгами на польскую армию, должна была найти понимание у Трампа. Навроцкий, видимо, рассчитывал на то, что США заставят Европу раскошелиться на вооружение Польши против русских»,
– говорит газете ВЗГЛЯД старший научный сотрудник ИМЭМО РАН Дмитрий Офицеров-Бельский.
Однако немецкие чиновники четко заявили, что возможные ассигнования на укрепление польской армии однозначно не будут никакими репарациями. Да и вообще никакие репарации Берлин никому платить не должен.
Еще в 1953 году Польская Народная Республика официально отказалась от всех претензий к Восточной Германии. Заявления же поляков о том, что это решение было принято под давлением СССР, разбиваются о соглашения между постсоветской Польшей и объединенной Германией об урегулировании репарационного вопроса. Поэтому, как отмечает президент Германии Франк-Вальтер Штайнмайер, «этот вопрос юридически решен раз и навсегда». А немецкие СМИ вышли с множеством статей о том, что Навроцкий зря злит Германию.
Но хуже всего для Навроцкого то, что идею о взыскании репараций с Германии торпедируют даже в польском руководстве. А точнее, в другой части польского политического спектра.
Президент Навроцкий представляет правонационалистическую партию «Право и справедливость» (ПиС), а парламент и правительство контролируется «Гражданской платформой» премьер-министра Дональда Туска. И Туск заявил, что хотя у Германии есть «моральные обязательства» перед Польшей, но требовать репараций у ФРГ Варшава больше не будет.
«Логика Туска и "Гражданской платформы" в том, что репарации – это уже завершившаяся история. В обращении к этой теме нет ни логики, ни европейской дружественности, ни реальных перспектив», – говорит Дмитрий Офицеров-Бельский. Требования способны лишь испортить отношения с Германией на ровном месте. Поэтому еще в январе 2024 года – после прихода к власти – министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский говорил о том, что правительство Туска намерено «завершить холодную войну», которую развязала ПиС против Германии. А Туск, выступая в сентябре 2025 года перед парламентом, заявил о том, что Польше «не нужны враги на Западе».
В чем тогда логика Навроцкого? «Не может быть двух разных внешнеполитических курсов», – заявил в сентябре официальный представитель МИД Польши Павел Вронский, но на самом деле в итоге так и происходит. Зачем польский руководитель де-факто разжигает гражданский и политический конфликт в собственном государстве?
Очевидно, Навроцкий занимается популизмом, стремится набирать популярность на пусть и бессмысленной, но громкой теме. Примерно 54% поляков поддерживают требования Навроцкого о репарациях. Против выступает менее 30% граждан. «Мы, поляки, должны выступать с единых позиций по этому вопросу. Это наша обязанность», – говорит Навроцкий. По сути, ПиС пытается набрать очки на антигерманских настроениях в обществе.
«Правые в Польше не изменят своего отношения к Германии, поскольку они руководствуются не рациональными доводами, а политическими расчетами. Антинемецкая риторика приносит политическую выгоду – нужно лишь делать из немцев пугало и критиковать политику Германии», – цитируют немецкие СМИ замдиректора Немецко-Польского Института Агнешку Лада-Конефал.
Но главное, Навроцкий стремится дискредитировать Туска как политика. «Цель этих заявлений в том, чтобы просто вызвать ответную реакцию Туска. Ведь он – кашуб», – говорит Дмитрий Офицеров-Бельский. То есть представитель западнопольского этноса, который столетиями жил в немецких государствах и частично онемечился. Вплоть до того, что значительная часть кашубов служила в Третьем рейхе.
«Воевали ли его родственники в гитлеровской армии, неясно, но у Туска родным языком был немецкий, в детстве он на польском вообще не говорил»,
– напоминает Дмитрий Офицеров-Бельский. Политическая карьера Туска тоже была тесно связана с ФРГ. Он был близок Ангеле Меркель и в бытность главой Евросовета именно через него тогдашняя канцлер Германии управляла Европой.
В этой связи его выступления против требования репараций у немцев многие поляки могут рассматривать через призму не логики, а предательства. Как и позицию Сикорского (ранее выражавшего публичные опасения возможного военного ослабления Германии). И с этой точки зрения единая позиция ФРГ и польского премьера выгодна Навроцкому и ПиС. Она является доказательством многочисленных обвинений в адрес Туска в том, что он, мол, является немецким агентом.
Для России этот польский раскол выглядит в целом выгодным. Как минимум потому, что мешает европейской консолидации. «Правительство Туска боится, что оппозиция назовет его прогерманским. Это мешает новым инициативам в отношении Берлина», – цитируют немецкие СМИ главу Варшавского офиса Европейского совета по международным отношениям Петра Бураса.
Туск уже дистанцировался от немецкой идеи по вводу войск на Украину, а также вынужден будет поддержать идеи Навроцкого о сокращении помощи украинским беженцам. Пусть ссорятся и Варшава с Берлином, и польское руководство внутри самого себя – тем меньше у этих геополитических противников России будет времени и сил на то, чтобы строить новые козни Москве.