9 сентября Израиль силами десяти ударных самолетов нанес удар по зданию, где находились члены ХАМАС. Зданию отнюдь не в Газе, а в другом суверенном государстве, которое не находится официально в состоянии войны с Израилем.
Израиль уже убивал своих врагов при помощи нанесения ударов по территории Ливана, Сирии и даже Ирана. И не видит в этом ничего противоправного. «Мы действуем по всему Ближнему Востоку. ХАМАСу негде будет от нас спрятаться. Где бы мы их ни обнаружили, будь то высокопоставленные или обычные деятели, мы наносим удары по ним всем и всегда», – говорил в начале сентября руководитель Генштаба Израиля Эяль Замир.
Однако на этот раз жертвой стал Катар – страна, которая является одним из ключевых союзников США на Ближнем Востоке. Более того, страна, которая под честное американское и израильское слово пригласила делегацию ХАМАС на обсуждение американской инициативы о прекращении огня в секторе Газа.
«Катар давал определенные гарантии безопасности как хозяин встречи, но в большей степени он все-таки надеялся на гарантии со стороны США и Израиля. Если бы гарантий с их стороны не было, то Доха отказалась бы предоставлять площадку для переговоров и попросила руководство ХАМАС покинуть страну», – объясняет газете ВЗГЛЯД политолог, специалист по Ближнему Востоку Кирилл Семенов. Вашингтон и Тель-Авив уверяли катарских союзников в том, что никаких акций против ХАМАС на их территории не будет.
Американцы сразу же открестились от участия в ударе. «Это решение принял премьер-министр Нетаньяху, а не я», – заявил Дональд Трамп. Он поспешил заверить, что подобное больше не повторится. Израильтяне же подтвердили, что это были они – и только они. «Израиль инициировал это, Израиль осуществил это, и Израиль несет полную ответственность», – отметил премьер-министр Биньямин Нетаньяху. Тель-Авив обвиняет Доху «в укрывательстве террористов, финансировании ХАМАС и предоставлении его лидерам особняков».
Трамп говорил, что как только он получил информацию об готовящемся ударе, сразу же попросил спецпосланника по Ближнему Востоку Стивена Уиткоффа довести ее до катарцев – однако Уиткофф сообщил им ее лишь за считанные минуты до бомбардировки. Однако эта версия выглядит сомнительной.
По словам катарцев, информацию они получили не до удара, а аккурат под звуки взрывов. Военные же специалисты говорят, что без американского одобрения никакого удара бы не было – небо Катара закрывают американские системы «Пэтриот», которые огонь не открывали. Факт в том, что ПВО Катара ничего не смогло противопоставить удару израильтян.
С политической точки зрения мотивом Трампа одобрить этот удар было устрашение ХАМАС – или же приземление катарских союзников, которые стали проводить чересчур самостоятельную политику. Например, отказались участвовать в американо-израильской войне против Ирана и привечали на своей территории нерукопожатные силы. «Возможно, Израиль и США хотели, чтобы Катар лишился статуса “Мекки угнетенных”. Хотели, чтобы там больше не находили убежище различные политические силы, которые многим не нравились», – говорит Кирилл Семенов.
Номинально операция закончилась неудачно. Был убит сын главы делегации, ряд его сотрудников, а также один из катарских силовиков. Но сами члены делегации не пострадали – по неподтвержденным данным, в момент удара они ушли в другое помещение молиться, оставив телефоны в той комнате, куда по ним и наводились израильские бомбы. Но в американо-катарских отношениях назрел серьезнейший кризис. «Весь регион должен дать ответ на подобные варварские действия», – заявил премьер-министр Катара Мохаммед бин Абдельрахман ат Тани. И его гнев объясним.
«Для Катара это серьезнейший вызов. Он больше не может себя считать безопасным государством»,
– говорит Кирилл Семенов.
Здесь важно понимать катарский менталитет. В 1990-е годы это маленькое, но очень богатое государство боялось разделить судьбу другого маленького и богатого государства – Кувейта, куда беспрепятственно вторгся большой и сильный Ирак.
Пришедший в 1995 году к власти эмир Хамад сделал ставку на несколько элементов защиты. Во-первых, на американцев – в 1996 году эмир построил в стране за 1 млрд долларов военно-воздушную базу Аль-Удейд, которая стала одной из крупнейших американских баз в регионе. Во-вторых, на «Аль-Джазиру», которая благодаря большим деньгам и скупке ближневосточной редакции одного известного западного канала превратилась во влиятельнейшее арабское СМИ. И, в-третьих, на дипломатию – катарцы предлагали свое посредничество в арабо-израильском, в арабо-иранском, в американо-иранском, в афганском и во многих других конфликтах. Посредничество – и, соответственно, площадку для ведения переговоров и гарантии безопасности.
Сейчас же Израиль одним своим ударом эту систему безопасности разрушил. Американские самолеты палец о палец не ударили для того, чтобы защитить воздушное пространство страны. И Тель-Авив в любой момент может повторить подлет к снаряду.
«Израильтяне каждый раз отодвигали красную черту, и сейчас от нее ничего не осталось»,
– говорил Кирилл Семенов. Рисовать ее израильское руководство, конечно же, не будет. «Длинная рука Израиля будет действовать против его врагов повсюду. Им негде спрятаться», – угрожает министр обороны еврейского государства Исраэль Кац.
Сейчас Израиль требует от Катара пойти на еще одно публичное унижение – выслать всех членов ХАМАС со своей территории. «Я говорю Катару и всем странам, укрывающим террористов: изгоните их или предайте суду — иначе это сделаем мы», – заявил Нетаньяху.
Даже если Катар откажется, то нейтральной и безопасной площадки в стране после удара Израиля больше нет. Да, можно сколько угодно говорить о том, что вина Катара в произошедшем минимальна. Но важно не то, что было, а то, как это выглядит.
И вопрос теперь не только в том, что будет делать руководство Катара – его возможности все-таки ограничены. А в том, как будут вести себя другие региональные союзники США. Те, которые получили гарантии американской защиты и не хотят быть обвиненными собственным населением в пособничестве израильским ударам по собственному же суверенитету. Очень вероятно, что они будут искать новых союзников – и новых поставщиков систем ПВО.