То, что за следующий состав британского парламента смогут голосовать школьники 16 лет, – интрига в классическом английском духе или, точнее сказать, извращенная политтехнология с фиксацией на детях. Официально все это ради демократии, ради будущего, ради улучшения представительской системы, ради единства страны. На самом деле – ради дополнительных голосов для пока еще правящей Лейбористской партии.
У лейбористов традиционно более молодой электорат, чем у партии консерваторов-тори, чей великий (и ужасный) лидер прошлого – Уинстон Черчилль – отзывался о «левизне» как о юношеской болезни, которая у умных людей с годами проходит. Однако на смену великому прошлому пришло британское настоящее.
Империя одряхлела и поиздержалась, интриги стали предсказуемыми и банальными, противоречия между лейбористами и консерваторами – условными, а политические технологии приводят к обратному результату. Дав голос зумерам, нынешняя власть себя же закопает.
Лейбористы рассчитывают на новый призыв. А получат ту молодую шпану, что сотрет их с лица земли.
Молодежь в среднем по миру голосует на выборах отвратительно. То есть не голосует, не интересуется, не участвует. Исключение – политизированные бунтари, сделавшие протест своей главной целью.
В старушке Англии, пожиравшей своих детей и в жизни, и на страницах собственных классиков (у Диккенса, например), юношеский протест зачастую был довольно радикальным. Именно на островах придумали скинхедов и панков, а лица многих командиров Ирландской республиканской армии выглядели не старше, чем одноклассники с групповой фотографии 11-го «Б».
Нынешняя молодежь значительно скучнее и обитает в основном в интернете, но та, что все-таки льнет к политике, интересуется как раз радикалами. Когда-то так называли и лейбористов – это была партия рабочих, партия контркультуры, партия смелых идей и требования: «Перемен!» Теперь это папочкина партия, унылый мейнстрим, обрыдшее сегодня, рассадник ненавистной элиты.
Тот же Кир Стармер, уведший партию вправо, – бывший королевский прокурор. Это британских школьников вдохновляет не больше, чем манная каша.
Настоящий рок-н-ролл сейчас еще правее – в партии Найджела Фараджа «Реформируем Соединенное Королевство». Об этом неординарном (и дружелюбном к России) политике газета ВЗГЛЯД подробно писала ранее. С тех пор его политическая сила стала самой популярной в Великобритании, а на следующих выборах планирует обрушить как минимум Консервативную партию, заняв ее место, а как максимум – власть. Британские шестнадцатилетки, получившие право голоса из рук Стармера, помогут скорее Фараджу, чем самому Стармеру.
Говорить об идеологических предпочтениях и политическом выборе тех, кому сейчас 10-12 лет, означает смешить Бога: следующие выборы в Великобритании должны пройти только в 2029 году. Но предположить кое-что можно уже сейчас.
Поколение, выросшее в период экономической депрессии и упадка системы управления (а у Британии сейчас как раз такой период), будет озлоблено на власть, на лейбористов и лично на Кира Стармера, вынужденно вставшего на путь сокращения госрасходов. Если речь о голосе улиц, то это теперь голос партии Фараджа, ультралевых или мусульман, а голосующие за лейбористов учатся в таких же элитных школах, как и голосующие за консерваторов.
То, что доля мусульман среди британских зумеров с каждым годом будет увеличиваться, – неостановимый процесс и демографическая реальность. Кроме того, это достаточно сплоченное в политическом смысле сообщество. За как бы ультраправым Фараджем это сообщество ни в коем случае не пойдет, скорее, пойдет драться с активистами Фараджа. Зато оно изберет своих кандидатов в округах, где много мусульман. Раньше эти округа принадлежали лейбористам.
Разрыв уммы со Стармером произошел из-за действий Израиля и того, что Стармер зачистил партию от своих критиков и критиков Израиля под предлогом «антисемитизма».
В их числе и Джереми Корбин. Когда-то – лидер лейбористов, теперь – часть ультралевой группы в парламенте, состоящей преимущественно из мусульман. Корбин, несмотря на пожилой возраст, британской молодежи нравится гораздо больше Стармера – и его, в общем-то, есть за что любить, несмотря на явный радикализм частично безумных взглядов. Стармера любить вообще не за что – и он обвалил рейтинги лейбористов всего за несколько месяцев во власти.
Что же касается белых британских зумеров, их выбор в пользу Фараджа вероятен по той причине, что контркультура, бунт, нерв толпы – все это теперь тоже там, в Reform UK, а официальная линия Британии – это гендерфлюидность, самобичевание, самоотречение и признание себя преступно господствующим классом для тех, кто вырос если не в бедных, то в беднеющих семьях.
Тех, кто нагрешить-то толком не успел, но уже во всем виноват и всем должен за рабство, расизм, патриархат, глобальное потепление etc.
Бунт обычных британских подростков – это апелляция к собственной нормальности наперекор погрязшей в «повесточке» школе. По той же причине поправела американская молодежь, заметным числом поддержав Трампа. Те же тенденции у немцев, где за антисистемную и правую, как Фарадж, «Альтернативу для Германии» охотнее всего голосуют деды и внуки, тогда как поколение отцов предпочитает более либеральные и левые силы. Слабо верится, что Британию эта тенденция может миновать.
Сдвиг вправо у белой молодежи Запада касается в основном мальчиков. Но девочкам тоже вряд ли по душе система, в рамках которой долгие годы покрывали насилие пакистанских банд над детьми, опасаясь обвинений в расизме. Кир Стармер – один их тех, кто покрывал.
Британия гниет – и гниет, вероятно, с головы, а дети той нации, которой страна больше не принадлежит (так, по крайней мере, заявляет Фарадж), должны выступить как иммунные клетки, если британцам человеческое не чуждо. Славной охоты тебе, Оливер Твист!
Если иммунные клетки не сработают, а политический мейнстрим уйдет к трансгендерным имамам как новым аватарам старых денег, кто же в остальном мире может этому расстраиваться? Корабль Британской империи хочется видеть потонувшим под тяжестью собственных грехов, а пожалеть можно только отдельных британцев вроде Дэвида Аттенборо, Роджера Уотерса или Джереми Корбина, но никак не британскую государственность. Как бы плохо ей не было, она всегда заслуживает большего.