На первом сроке президента США Дональда Трампа он и его многочисленные внутренние враги решали взаимоисключающие задачи. Трамп делал все, чтобы переизбраться, избегая резких и непопулярных решений. Враги накачивали образ главы государства негативом, чтобы первый срок стал последним.
По промежуточным итогам у них ничья. Но обстановка в Вашингтоне принципиально отличается от той, что была восемь лет назад. Трамп рванул с места в карьер и больше не боится наломать дров. А враги в страхе притихли: вместо их ехидного улюлюканья по столице США разносится здравица, переходящая в культ личности.
Трамп всего две недели, как президент, а в Конгресс уже внесли законопроект о размещении его портрета на горе Рашмор рядом с Джорджем Вашингтоном, Томасом Джефферсоном, Авраамом Линкольном и Теодором Рузвельтом. Последний удостоился такой чести за строительство Панамского канала, к которому Трамп тоже неровно дышит.
Но это не делает претензии на увековечивание Трампа на Рашморе более обоснованными. Весь этот мемориал – частная инициатива и единая композиция скульптора Борглума, а не что-то вроде доски почета.
Это как если бы к Минину и Пожарскому на Красной площади в Москве при советской власти добавили фигуру Ленина.
Но и такое предложение меркнет в сравнении с другим, также внесенном в Конгресс в виде законопроекта. Оно предполагает, что 22-я поправка к Конституции США будет отменена, а Трамп получит право баллотироваться на третий срок.
Сам Трамп ранее высказался в том духе, что третий срок стал бы для него большой честью, если «кто-нибудь придумает, как это сделать». Вот и придумали. Правда, как и в случае с Рашмором, шансов на реализацию у этой инициативы нет.
То есть это хайп. Но не хайп ради хайпа: в происходящем есть смысл. Это выслуживание, лизоблюдство, подхалимаж – слов много, а смысл один и более чем очевиден. Хитрые люди считают, что раздутое самолюбие Трампа сможет принести им пользу. Судя по всему, они правы: Трамп на такое ведется.
Законопроект о третьем сроке предложил член Палаты представителей от Теннесси Энди Оглса, о горе Рашмор – его коллега из Флориды Анна Паулина Луна. Оба из «трамповского» призыва в Конгресс и превозносят большого босса. Оба по-своему знаковые для партии персонажи: Оглс избрался от округа, который голосовал за демократов с XIX века, Луна – первая флоридская конгрессвумен мексиканского происхождения.
Оба входят в небольшую, но воинственную группу «трампистов» Палаты представителей, благодаря которой в прошлом созыве удалось сменить спикера и на несколько месяцев затянуть утверждение 60-миллиардного транша для Украины. Таким образом, кое-какая польза от их действий есть даже для России, но назвать их приятными людьми все равно трудно: слишком ушлые, слишком скользкие, слишком американские политики.
Пресса неоднократно ловила обоих на переписывании своей биографии или, проще говоря, на лжи.
У Луны был выстроенный образ бесстрашной женщины, прилежным трудом пробившей себе дорогу из нищих трущоб на Капитолийский холм. Девушка из неблагополучной семьи с отцом-наркоманом, неоднократно сидевшим в тюрьме, получила диплом биолога, служила в ВВС США и смогла дать отпор однопартийцу, который претендовал на тот же мандат в Конгрессе и угрозами требовал сняться с гонки. В итоге он снялся сам, когда суд удовлетворил просьбу Луны о запрете для агрессора на любое взаимодействие с ней.
Но со временем голос подала семья Луны, и выяснилось, что ее родственники с такой оценкой их общего прошлого категорически не согласны. Отец (про профессии архитектор) действительно имел проблемы с законом из-за неуплаты алиментов прошлой семье, но девочка ни в чем не нуждалась.
Сослуживцы Луны тоже вспоминают ее как «упакованную» девушку без признаков тяжелых лишений.
Особенно сильно обиделся дядя – брат отца, неоднократно разоблачавший официальную версию биографии Луны в социальных сетях. В ответ племянница заявила об угрозах и подала на дядю в суд с той же целью – добиться запрета на взаимодействие. Это для конгрессвумен стандартный метод взаимодействия с критиками.
Помимо примеров, как Луна свой жизненный путь приукрасила, добавив то, чего на самом не было, есть и примеры обратного – вымарывание того, что в публичной политике может навредить. Так из биографии исчез дед – немец, служивший при Гитлере в вермахте. Официально конгрессвумен «100% мексиканка».
Что же касается Энди Оглса, он – доказано – много врал о своем образовании и служебном опыте: и того и другого у него гораздо меньше, чем утверждал политик. Благодаря въедливости журналистов «сотрудник правоохранительных органов, занимавшийся борьбой с торговлей людьми на международном уровне», превратился в помощника шерифа, уволенного за профнепригодность, а экономист и аналитик – в двоечника, который после многих проваленных экзаменов закончил колледж без конкретной специализации.
Но сгубить политическую карьеру Хлестакова из Теннеси должна была другая ложь, на сей раз уголовно наказуемая: махинация с кредитами на избирательную кампанию, обнаруженная в налоговой декларации Оглса.
В рамках расследования его дела ФБР прошлым летом конгрессмен вынужден был отдать агентам свой телефон и предоставить доступ к личной переписке. В начале января комитет по этике Конгресса огласил результаты собственного расследования, которое в целом подтверждало предполагаемые обвинения. Вскоре после этого Оглс и выступил с инициативой о третьем сроке Трампа. А еще через несколько дней прокуроров сняли с его дела без объяснения причин.
Понятливым объяснения не требуются. Махинации с декларацией и расходами предвыборного штаба – это то, что предъявляли самому Трампу, по суду признав его виновным. Но затем Трамп выиграл президентские выборы, и судья ограничился констатацией того, что закон был нарушен, а производство по другим делам (их было не одно, не два и не три) прекратили, уволив прокуроров.
С тех пор политизацию правосудия в США бессмысленно отрицать, потому что в этой истории кто-то точно должен быть жертвой репрессий: либо сам Трамп, либо уволенные прокуроры. Четко и вовремя занятая позиция по этому вопросу может помочь в решении собственных проблем с законом. Доказано Энди Оглсом.
Теперь уже нет сомнений, что Трамп вернулся в Белый дом не для того, чтобы слушать своих осторожных советников, как на первом сроке. Он вернулся ради мести, суть которой повторяет один из главных его предвыборных лозунгов: осушение «вашингтонского болота». Столица США – это по-прежнему город чиновников, грантоедов и либералов, которые ненавидят Трампа. И теперь, когда он двумя руками ломает им карьеры и бюджеты, перманентно ожидая удара в спину, нечего и думать, что он не прикроет от враждебной среды свой «боевой отряд» Конгресса.
В этот «отряд» под названием «Кокус свободы», помимо Луны и Оглза, входят еще 30 человек. Номинально это самые консервативные республиканцы Палаты представителей, частью своей – вполне идейные люди. Но Луна с Оглзом далеко не единственные примеры того, когда за образами борцов за величие родины и традиционные ценности, если поскрести амальгаму, обнаруживаются вульгарные жулики.
В предыдущем созыве Конгресса был даже такой республиканец, как Джордж Сантос, сенсационно выигравший выборы в Нью-Йорке. Свою биографию он не приукрасил, а полностью выдумал, оказавшись мошенником на доверии, – и теперь ждет приговора суда.
Не стоит думать, будто демократы честнее. У этой партии (особенно у отделений в Нью-Йорке и Чикаго) исторически сложился коррупционный имидж, а на одного отчисленного из Конгресса за грехи республиканца приходится пятеро демократов.
Однако чередование партий в Белом доме всегда сопровождалось чередованием лизоблюдов и приживал. Подобные персонажи трутся во власти и около нее десятилетиями, расплачиваясь за покровительство лояльностью.
Кто-то верит, что у Трампа качество «человеческого материала» все равно лучше, чем у Джо Байдена. Однако прислуживание «старине Джо» со стороны подобных персонажей в основном сводилось к «правильному» голосованию и утверждениям о крепком рукопожатии президента.
Про Трампа следует говорить, что он мудрец, равный небу и отцам-основателям с Рашмора. А то, что это работает, характеризует и Трампа, и систему, и надежды на то, что смена хозяина в Белом доме систему излечит.
Кстати, до того, как стать стендом «Ими гордится коллектив», гора Рашмор принадлежала индейскому племени лакота. Американцы милостиво оставили аборигенам их священную скалу при переделе земель, но потом все-таки отняли, когда в породе обнаружились золотые жилы.
С тех пор там золота нет – и больше не будет, даже если дальнейший ход истории добавит на захваченную гору пятую голову. Не все то золото, что оранжевое по цвету и сверкает от веры в собственную исключительность.