Группировка М23, состоящая из народа тутси, расширяет зону контроля на территории Демократической Республики Конго (ДРК). Почти без боя занята столица провинции Южное Киву – полумиллионный город Букаву. Теперь в руках группировки и руандийских войск, которые ее поддерживают, уже две провинции ДРК из 26. Крайне опасные для Африки, да и для всей мировой экономики, события продолжают стремительно развиваться.
Местное население, особенно баньямуленге, то есть конголезские тутси, встречают М23 восторженно. А те, кто не тутси, пытаются спастись в соседней Республике Бурунди, поскольку случаи расправы со стороны тутси бывали уже не раз.
Правительственная армия Конго ведет себя пассивно, но в столичную Киншасу прибывают военно-транспортные самолеты из ЮАР. Ее президент Сирил Рамафоса настаивает на важной роли своей страны в конфликте, но пока южноафриканский контингент за пределы Киншасы не выходил.
Президент Анголы Жоау Лоренсу, ранее выполнявший роль посредника, отказался из-за бесполезности своей миссии.
Президент ДР Конго Феликс Чисекеди называет своего руандийского коллегу Поля Кагаме Гитлером.
Одновременно из Уганды слышны воинственные выкрики в адрес практически всех соседних стран. А главные возмутители спокойствия в Центральной Африке – тутси – продолжают победное шествие по ДР Конго.
Восстановление империи «понаехавших»
В ХХ веке они уже дважды проделывали путь от озер до Киншасы через джунгли, разнося слабое конголезское государство на части и устанавливая над ними негласный протекторат. На практике это заключалось в расстановке на ключевых постах – от армейских офицеров до губернаторов провинций – тутси или баньямуленге.
Большая конголезская война, которую тутси вели против всего мира вокруг них в 1998-2003 годах, унесла примерно шесть миллионов жизней и закончилась без видимой победы какой-либо из сторон. Хлипкий мир продержался довольно долго, но ключевые причины конфликта устранены не были.
Нынешняя вспышка насилия началась с того, что избранный на новый пятилетний срок президент ДРК Чисекеди пообещал покончить с засильем тутси в стране и инициировал реформу гражданства. По ней все жители республики должны были подтвердить, что они принадлежат к тому народу или племени, которое проживало на этой территории до середины XIX века, то есть до проникновения в Бельгийское Конго тутси. Выявленные «пришельцы» гражданства лишались, а вместе с ним теряли возможность занимать государственные посты, служить в армии и полиции, заниматься бизнесом. То есть тутси просто выдавливали из страны.
Одновременно в восточных провинциях ДРК у Великих озер активизировалось движение «май-май» – по названию «магической воды», которой шаманы окропляют воинов, чтобы сделать их непобедимыми (ни разу не сработало, но все верят). Оно состоит из местных племен, объединенных ненавистью к тутси, а его ядро составляют хуту. Среди офицеров хуту достаточно тех, кто участвовал в знаменитом геноциде тутси в Руанде в 1994 году и готов его повторить. Боевой лозунг движения: «Yo Rwandais toko kata yo kingo» («Тебе, руандиец, мы перережем горло»).
Их враги тоже не ангелы. Тутси резко выделяются на фоне остальных племен Центральной Африки прежде всего нездешней организованностью. Им не свойственна «хакуна матата» – беззаботное отношение к жизни, сильно мешающее конголезцам наладить твердую государственность.
Высокие и воинственные, с европейскими чертами лиц пришельцы-тутси в XIX веке создали империю, подчинив местные племена. Одновременно похожий процесс под названием «мфекане» (перемалывание) на юге Африки привел к появлению такой же милитаризированной империи народа зулу. Но если империя зулусов держалась только на армии, то тутси показали себя как хорошие администраторы, чем и воспользовались европейцы. Французы и англичане как бы подтвердили привилегированный статус тутси, за что другие народы стали обвинять их в «сотрудничестве с колонизаторами».
Теперь идут разговоры о восстановлении империи тутси, которая может включать в себя Руанду, Уганду, Бурунди, восточные провинции ДР Конго и даже части Судана и Кении.
«Тутси как проблема» – это звучит угрожающе сразу для всех. При этом руандийский лидер Поль Кагаме является союзником Запада, неплохо на этом зарабатывает и направляет немалые по африканским меркам доходы маленькой страны на расширение империи тутси.
Марксистский подход к Африке
В «бытовой» российской африканистике (то есть не в академических институтах, а в среде энтузиастов) распространен неомарксистский взгляд на мир, согласно которому все войны и конфликты проистекают из экономики и борьбы за ресурсы. В случае с Африкой этот взгляд победил все остальные: якобы бесконечные войны там провоцируются транснациональными корпорациями и белыми колонизаторами в охоте за полезными ископаемыми.
В действительности месторождения чего-то дорогого и редкого воспринимаются многими действующими силами в Африке не как цель, а как средство для ведения войны. Это не отменяет жадности и коррупции, но чаще войны ведутся не для того, чтобы захватить колтановый рудник и дальше жить на эти деньги, а для того, чтобы купить на доходы еще оружия и добить врага.
Тутси привычно отстаивать статус доминирующего этноса в регионе Великих озер. Но раньше для этого надо было выменивать ружья у белых, а теперь важнее торговать танталитовой рудой и сажать на должность своих людей. То есть инструменты со временем изменились. А цели – нет.
Экономическими мерами «вопрос тутси» не разрешить, а происки транснациональных корпораций (хотя они тоже есть) существование «проблемы тутси» не объясняют. Как ее решать – непонятно. Сделки в духе Дональда Трампа могут продержаться какое-то время, но пока все раз от разу возвращалось на круги своя – к строительству империи тутси.
В этой истории есть еще один важный игрок – Уганда. На днях «угандийский принц» Мухузи Кайнеругаба пообещал вторгнуться в Кению и Судан, захватив их столицы за две недели, но начать решил все с той же многострадальной ДР Конго, с провинции Итури, чтобы «защитить соплеменников».
Он не просто сын престарелого президента Йовери Мусевени и почти официальный наследник, но и командующий угандийской армией. При этом генерал Кайнеругаба – самый пророссийский политик на пространстве Великих озер, а Дональда Трампа называет «единственным белым», которого он уважает.
Правда, еще он давал приданое в 100 коров за премьер-министра Италии Джорджу Мелони и грозил захватить Рим, если она откажется. В общем, союзник довольно специфический.
Но если с Римом все сложно, то вторгнуться сразу во все страны вокруг Уганды он вполне может. Причем без какого-либо экономического интереса.
В большом регионе Центральной Африки зачастую не работают не только марксистские установки, но и другие привычные для Европы политические схемы.
Единственно работающей тактикой пока что выглядит та, которую российские специалисты демонстрируют в ЦАР – отстраненный взгляд на местные события с опорой на силу. То есть россияне принципиально не вмешиваются в трайбалистские конфликты, но этот фактор негласно учитывается при проведении операций по примирению и разоружению. При этом единственным источником власти считается именно государство, а не местные вожди, хотя с ними надо обращаться вежливо. В совокупности это дает результат.
Тутси сейчас не выстраивают свою империю именно как государственное образование, а скорее вклиниваются в системы соседних стран, особенно ДРК. Это вызывает протест местных, а как следствие – постоянную войну.
Справиться с этим конфликтом привычными методами международной дипломатии практически невозможно. А новая большая война способна вызвать дестабилизацию нескольких отраслей мировой экономики. В первую очередь производство электроники, зависимой от тех самых рудников с колумбитом-танталитом.
Кроме того, гуманитарное положение в регионе приводит к распространению редких и опасных болезней, как будто миру ковида оказалось мало.
О том, что человеческая жизнь в этих местах стоит недорого и легко забирается особо кровожадными методами, не стоит и говорить. Лучше начать что-то с этим делать, только вот не понятно что.
Дальнейшее строительство империи тутси – это действительно опасная перспектива. Великие озера ближе, чем кажется.