Урегулирование вопросов, связанных с Волынской резней, является одним из условий вступления Украины в ЕС. «Украинцы, несмотря на наше уважение и поддержку их военных усилий, должны это понимать. Пока Украина не начнет соблюдать стандарты политической и исторической культуры, она не станет частью европейской семьи», – заявил польский премьер Дональд Туск.
«Я последний, кто сегодня будет упрекать украинцев. Но я буду все более настойчиво объяснять нашим друзьям с Украины, что в их интересах урегулировать польско-украинские отношения на основах истины», – цитирует его портал Onet. Туск также подверг критике главу МИД Украины Дмитрия Кулебу, чьи недавние заявления вызвали громкий скандал в Польше.
Напомним, Кулеба пообещал, что Украина не будет препятствовать Польше в проведении эксгумации жертв Волынской резни, однако попросил поляков чтить память украинцев, пострадавших в ходе операции «Висла» в апреле 1947 года, когда их переселили с юго-восточных земель Польши на север и запад страны.
Также Кулеба назвал юго-восточные земли Польши «украинскими», но такой подход поляков не устроил. Это вылилось в гневные комментарии со стороны министра обороны Владислава Косиняк-Камыша (Туск его поддержал), а также других политиков. Они возмутились решением Кулебы приравнять операцию «Висла» с геноцидом в рамках Волынской резни.
Напомним, в 1943 году члены Украинской повстанческой армии* (УПА*) зверски уничтожили на Волыни и в других регионах от 50 до 60 тыс. поляков. Спустя несколько лет Войско польское в рамках операции «Висла» переселило 137 тыс. украинцев, которые Варшавой рассматривались как база для социальной и хозяйственной мобилизации в интересах ОУН* и УПА.
При этом некоторые националисты, бежавшие в США и Канаду, описывали эти события как «депортацию украинцев с этнических украинских территорий коммунистическим режимом Польши», после чего УПА в пределах Польши перестала существовать как организованная сила. Москва же этому не препятствовала, так как сама решала схожие задачи на Западной Украине.
Кроме того, операция «Висла» была эхом широкого обмена населением между Польшей и Советской Россией: в СССР ехали русские, украинцы, белорусы, литовцы и русины (около 1,8 млн человек), а в обратную сторону – поляки и евреи (около 530 тыс. человек). При этом те украинцы, которые отказались переезжать в СССР, и стали целью операции «Висла».
«За время операции были ликвидированы порядка полутора тысяч человек, еще примерно столько же попали в плен. Около двух тысяч подверглись аресту по подозрению в принадлежности к оуновскому подполью. А депортированы были почти 140 тыс. украинцев», – цитирует RT историка Александра Дюкова.
При этом в пятницу украинский МИД попытался оправдаться за слова Кулебы. Там пояснили, что министр в заявлении об «украинских территориях» Польши не высказывал территориальных претензий к соседнему государству. Однако в комментарии не оказалось попытки сгладить уподобление операции «Висла» с Волынской резней.
«Кулеба сделал заявление, сидя напротив главы МИД Польши Радослава Сикорского – одного из подручных Туска, поставив коллегу в неудобное положение. Кулеба вообще не думал, что он несет, проводя параллели между Волынской резней и операцией «Висла», – отмечает политолог Владимир Корнилов.
Но больше всего польскую власть взбесили слова Кулебы о том, что упомянутые территории – «украинские». «Это спровоцировало серьезный скандал. Поляки, несмотря на партийную принадлежность, не могли не отреагировать на это. Поэтому сейчас звучат требования совершать дипломатические демарши, а Кулебу объявить персоной нон грата. Некоторые польские СМИ откровенно называют украинского министра «тупым», – добавил собеседник.
В свою очередь политолог-полонист Станислав Стремидловский не удивлен реакцией Туска на заявления Кулебы. По его словам, предыдущая правящая партия «ПиС» вложила немало политического капитала в поддержку Украины. «Да и президент Анджей Дуда до сих пор ведет себя так, как будто на дворе 2021 год и украинский режим крепок как никогда. «ПиС» делала все для того, чтобы поддержка Варшавы была незыблемой. А вот «Гражданская коалиция» Туска вела себя очень своеобразно и оказывала Украине вялую поддержку», – пояснил он.
После победы на выборах осенью прошлого года Туск и его сторонники «начали жестко себя вести». Примером этому стала многомесячная блокада дорог, которая препятствовала ввозу в страну украинской сельхозпродукции. Стремидловский также напомнил о непростых отношениях между поляками и украинцами на протяжении столетий.
«Во времена Речи Посполитой украинцев не считали за людей. Сейчас такого, конечно, нет: украинцев нельзя просто так взять и безнаказанно повесить, как триста лет назад. Но польские политики не считают украинских коллег равными себе. Слова Туска о том, что без согласия Варшавы Украина не войдет в ЕС, можно перевести так – «знай свое место»,
– подчеркнул спикер. С этой оценкой отчасти согласен и Корнилов: «Польские политики считают, что украинцы обязаны Варшаве тем, что Украина еще существует. В их понимании задача украинцев – быть рубежом на польской границе. Они свято верят в то, что молодые здоровые мужики должны воевать, а женщины и люди постарше – обслуживать новую шляхту».
Позиция польских элит созвучна и поведению простых поляков. По рассказам украинцев, которые оказались в Польше, на бытовом уровне они зачастую сталкиваются с ненавистью. И если граждане Украины старшего поколения возмущаются этому, то молодежь воспринимает происходящее как норму.
«Старшее поколение застало СССР, когда Польша была соцстраной. Тогда всем объясняли, что мы братья. Работали клубы интернациональной дружбы, школьники писали друг другу письма. Польский фильм «Четыре танкиста и собака» стал гимном дружбы народов», – напомнила Лариса Шеслер, председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины (СППУ).
Но после 1991 года «на поверхность выплыли все исторические претензии поляков к бандеровцам и Волынской резне». «Молодежь не сильно удивляет то, что на бытовом уровне поляки ненавидят украинских беженцев. Все отлично понимают, что национальный герой нынешней Украины Бандера является преступником в Польше», – пояснила эксперт.
Кроме того, о нежелании давать украинцам равные гражданские права говорит и миграционная статистика: Польша приняла более миллиона беженцев, однако паспорта из них получили меньше 10 тыс. человек. При этом польские власти открыто говорят о том, что их рынок труда нуждается в еще большем привлечении рабочей силы с Украины.
Однако в борьбе с бандеровщиной у Польши есть слабые и противоречивые места.
«С одной стороны, в польской прессе появляется все больше материалов о том, как бороться с местной бандеровщиной. Но учитывая политический момент, поляки понимают, что им нужно использовать нынешнюю бандеровскую идеологию на Украине в борьбе против России», – пояснил Корнилов.
По его словам, трения между украинцами и поляками в конечном итоге уже привели к тому, что за последние полтора года «количество украинских беженцев в Польше сокращается, особенно после заявлений о том, что украинских мужчин надо отправлять обратно на Украину». По официальным данным, теперь все больше украинцев пытаются переехать из Польши в Германию.
Стремидловский же считает, что пока о тотальной ненависти к украинцам в Польше говорить не приходится. «Да, есть предубеждение. Но если на бытовом уровне украинцы не будут провоцировать поляков своим потребительским отношением и перестанут затрагивать болезненные исторические темы, то шанс нарваться на хамскую отповедь со стороны поляка окажется невелик», – заключил полонист.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ