В субботу президент Грузии Саломе Зурабишвили ветировала законопроект «О прозрачности иностранного влияния», который на этой неделе был принят парламентом страны в окончательном третьем чтении. «Я наложила вето на «русский» закон», – сказала Зурабишвили, которая ранее обещала воспользоваться своим правом вето.
Зурабишвили назвала законопроект «препятствием на европейском пути» Грузии. «Этот закон невозможно улучшить и приукрасить, и это очень простое вето: этот закон необходимо отменить», – добавила президент Грузии.
Теперь президенту придется направить закон обратно в парламент со своими замечаниями. Законодательный орган обязан рассмотреть их, согласиться с ними или же преодолеть вето, приняв закон в его изначальном виде. Для преодоления вето необходимо согласие минимум 76 депутатов парламента из 150. Сегодня у правящей партии «Грузинская мечта – Демократическая Грузия», которая поддерживает закон, 84 мандата. Президент в Грузии является в большей степени символической фигурой, реальная власть принадлежит парламенту и премьер-министру страны.
В третьем чтении законопроект, который нацелен на «организации, осуществляющие интересы иностранной державы», поддержали как раз 84 депутата, против высказались 30. В «Грузинской мечте» говорят, что документ служит целям обеспечения прозрачности финансирования из-за рубежа неправительственного сектора и СМИ. Документ предписывает регистрацию в отдельном реестре тем некоммерческим организациям и СМИ, у которых более 20% доходов поступают из-за границы.
Лидер «Грузинской мечты» Ираклий Гарибашвили называл непродуктивными угрозы или шантаж и призывал к диалогу по поводу законопроекта. «В рамках права вето можно найти решение, которое облегчит ситуацию, успокоит все вовлеченные стороны и заставит их принять то, что приемлемо. Я думаю, это был бы идеальный вариант», – говорил Гарибашвили.
Против закона высказывались Зурабишвили, оппозиция и западные дипломаты, которые сочли его препятствием для интеграции республики в Евросоюз.
Госдеп США называл целью законопроекта подрыв активного гражданского общества страны. С середины апреля в Тбилиси у парламента Грузии оппозиция и гражданские активисты проводили митинги против принятия законопроекта. Несколько раз протесты перерастали в столкновения с силовиками. Спецназ применял перцовый газ и водометы при разгоне протестующих.
Вмешательство западных стран в грузинскую политику возмутило представителей правящей в Грузии партии «Грузинская мечта». В частности, мэр Тбилиси и генсек «Грузинской мечты» Каха Каладзе назвал «оскорбительным» участие в Тбилиси в акции протеста радикальной оппозиции министров иностранных дел Исландии, Эстонии и Литвы. «Во всех развитых странах поступили бы так – взяли бы этих министров за шкирку и пинком под зад выставили бы», – заявил он.
В экспертной среде уверены, что правящая партия добьется принятия закона. «Парламент Грузии без проблем преодолеет вето Зурабишвили, потому что для этого будет достаточно две трети голосов. Решение президента было чисто политическим, она продемонстрировала свою оппозицию», – пояснил грузинский политолог Игорь Гвритишвили.
Эксперт объяснил, почему президент назвала скандальный закон о прозрачности иностранного влияния «русским». «Это риторика оппозиции. Закон далеко не «русский». Если даже провести поверхностный сравнительный анализ, то видны заметные отличия от того закона об иноагентах, который действует в России или в США. Грузинский законопроект не предусматривает уголовного преследования, а обязывает общественные неправительственные организации (НПО), партии и СМИ отчитываться о зарубежном финансировании, если оно превышает 20% от бюджета. За нарушение отчетности предусмотрен штраф от 10 до 25 тыс. лари (от 3,7 до 9,4 тыс. долларов США)», – подчеркнул специалист.
Ранее пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков называл необоснованным утверждения грузинской оппозиции о том, что законопроект является «русским». По его словам, сейчас практически все государства борются с иноагентами, а автором такой «системы борьбы» являются США.
«Это попытка разыграть русскую карту. Весь нынешний сыр-бор происходит на западной платформе, потому что у власти в Грузии нет пророссийских лидеров», – добавляет Станислав Тарасов, эксперт по странам Кавказа.
По словам Тарасова, в Грузии действует около 20 тысяч НПО, которые сидят на западных грантах. Зурабишвили воспользовалась правом вето всего через несколько дней после того, как в стране побывал помощник госсекретаря США по делам Европы и Евразии Джеймс О'Брайен. Можно даже сказать, что главным иноагентом в Грузии является сама Зурабишвили: она, как известно, гражданка Франции.
«Россия не имеет свои НПО в Грузии, в противном случае закон касался бы исключительно ее деятельности и его нельзя было бы назвать пророссийским.
Принятие подобного закона – это признак суверенизации, а навязывание отмены закона является признаком неоколониализма, поэтому грузины пытаются хоть в чем-то отстоять внешние признаки своей суверенности», – считает Тарасов.
Он убежден, что действия президента Грузии следует рассматривать в контексте предстоящих осенью парламентских выборов. «Зурабишвили, чьи полномочия скоро истекают, могла затягивать с использованием права вето, чтобы выиграть время до парламентских выборов, которые президент и ее сторонники могут объявить сфальсифицированными и создать так называемый параллельный парламент, что грозит двоевластием и расколом страны на две части», – отметил Тарасов.
Гвритишвили добавляет, что этот законопроект стал поводом для организации очередного площадного бунта. Он напомнил, что весной прошлого года, когда была предпринята первая попытка принять этот законопроект, тоже произошли массовые выступления, а после президентского вето законопроект отложили на неопределенный срок. «Власти ускорили принятие закона после того, как узнали, насколько серьезно НПО, партии и СМИ финансируются из-за рубежа. Появлялась информация, что оппозиция попытается устроить «Революцию роз 2.0». Но цель не была достигнута, потому что силовики никак не поддержали идею переворота», – добавил Гвритишвили.
Таким образом, фактически перед нами ритуальный жест Зурабишвили, значимый прежде всего с точки зрения ее демонстрации верности Западу. Однако помешать принятию закона, усиливающего суверенитет Грузии, она не сможет.