В последнее время турецкий президент сделал несколько антироссийских шагов. После победы в недавних президентских выборах он явно продемонстрировал некий разворот в сторону коллективного Запада.
К числу этих шагов относятся и формирование после своей победы на выборах прозападного кабинета министров, из которого были устранены все, кто в ходе предвыборной кампании высказывали антиамериканские и антизападные позиции или отметились настроем на сотрудничество с Россией. Это и освобождение интернированных в Турции (под честное слово самого Эрдогана) командиров «Азова». Это и обещание построить на Украине завод по производству «Байрактаров». И, наконец, согласие на прием Швеции в НАТО.
И словно чтобы уравновесить эти шаги, одновременно с этим президент Турции публично провозгласил желание провести переговоры о покупке российских самолетов-амфибий Бе-200. Заявляется, что он намерен обсудить эту сделку – покупку «двух-трех» машин – при личной встрече с Владимиром Путиным в августе текущего года.
Мотивы, казалось бы, самые понятные: Бе-200 знамениты своими возможностями по тушению пожаров, эти машины регулярно работают именно в Турции и именно с этой целью. По словам Эрдогана, Бе-200 «существенно влияют на тушение пожаров». Логично было бы их купить, а не брать постоянно в аренду – тем более она обходится Турции довольно дорого.
Россия неоднократно помогала зарубежным странам в тушении пожаров, посылая пожарные самолеты и вертолеты. Российская авиация за последние годы тушила пожары в Турции, Индонезии, в балканских странах, Израиле, Португалии и даже Чили.
Три препятствия
Однако есть как минимум три препятствия для продажи самолетов-амфибий Бе-200 Турции. Первое – двигатели. Изначально Бе-200 комплектовался двумя турбовентиляторными двигателями Д-436ТП разработки Запорожского машиностроительного конструкторского бюро «Прогресс» имени академика А.Г. Ивченко (вошедшее после 1991 года в украинский холдинг «Мотор Сич»). Если в 1990-е сотрудничество российского авиапрома с украинским двигателестроением сохранялось, то в 2018 году Украина наложила запрет на экспорт в Россию двигателей для гражданских самолетов. Под этот запрет попал и Д-436ТП для Бе-200.
Таким образом, машине требуется ремоторизация. Те самолеты, которые сейчас отправляются Россией Алжиру, оснащены украинскими двигателями, поставленными ранее. Но есть ли двигатели для новых машин? Ответ на этот вопрос отсутствует.
Гипотетическая возможность того, что Эрдоган попросит Украину, и «Мотор Сич» продать Турции лицензию на производство двигателей Д-436ТП, а Турция потом сможет поставлять их в Россию или дорабатывать у себя российские Бе-200 для продажи третьим странам – слишком маловероятна, чтобы ее стоило принимать в расчет.
Вторая проблема – международная сертификация самолета. Для получения европейского сертификата типа воздушного судна разработчикам пришлось потратить пять лет и внести в конструкцию Бе-200ЧС ряд изменений, создав версию Бе-200ЧС-Е. Отсутствие сертификации в США помешало продаже самолетов американской ТТЕ International Inc. Речь тогда шла о десяти машинах. Были и еще потенциальные покупатели, но…
Третья проблема – недостаточные производственные мощности производителя Бе-200, Таганрогского авиационного научно-технического комплекса имени Г.М. Бериева (ТАНТК им. Г.М. Бериева). На сегодняшний день выпущено всего 18 машин, и сейчас на стадии сдачи находится 19-я. С учетом описанных выше сложностей рассчитывать на взрывной рост сборки самолетов и их поставок за рубеж вряд ли приходится.
Каждой из этих причин самой по себе достаточно, чтобы считать вопрос о продаже Бе-200 Турции не то что закрытым, а полностью бессмысленным.
Реальные мотивы Эрдогана
Зачем в этих условиях Эрдоган поднял вопрос Бе-200? Представляется, что у этого заявления есть прежде всего политические, имиджевые причины, а вовсе не реальная потребность в закупке российской авиатехники.
Во-первых, возможно, у турецкого президента есть соблазн продемонстрировать избирателям свою прагматичность и эффективность в техническом оснащении своих пожарных. Пусть и с помощью России. Этот жест особенно ярко выглядит на фоне неудач в борьбе с лесными пожарами, которые прямо сейчас пылают в Греции – стране, являющейся важным геополитическим соперником Турции.
Вторым важным моментом для турецкого президента стала необходимость сгладить в глазах своих турецких избирателей свои же шаги по развороту в сторону коллективного Запада. Ведь экономическое сотрудничество с Россией является важным условием устойчивости турецкой экономики.
В-третьих, эти заявления несут не только внутриполитический, но и внешнеполитический сигнал, прежде всего, конечно же, для Москвы. Это сигнал о том, что несмотря на ряд недавних антироссийских шагов, Эрдоган не намерен полностью отворачиваться от России – наоборот, готов сделать даже некий жест навстречу экономическому сотрудничеству.
Это не всерьез
Казалось бы, в России должны были встретить заявление Эрдогана с воодушевлением. Поставки российской гражданской авиатехники за рубеж идут не так успешно, как этого хотелось бы. Сделка с Турцией помогла бы и заводу-производителю, и имиджу российского авиапрома в целом. Тем более не так давно Бе-200 были закуплены Алжиром. Однако буквально никто ни в ОАК, ни даже в экспертной среде не прокомментировал это желание Эрдогана. Иначе говоря, к его словам не отнеслись всерьез.
Единственным сигналом в этом направлении была традиционная отправка Бе-200 в Турцию, опять же для тушения сезонных пожаров – «по указанию президента России и в соответствии с запросом турецкой стороны». Однако это опять же аренда, о продаже этих самолетов Турции в России ничего не говорилось. И это само по себе весьма показательно.
Если бы намерения Эрдогана были серьезными, Турция действовала бы так, как действовал, например, Алжир, реально закупивший Бе-200. Для закупки самолетов Алжир делал соответствующий официальный запрос. Первая машина для Алжира уже собрана зимой текущего года.