Как известно, в 2018 году правящие партии Латвии «продавили», невзирая на протесты русской общины, «реформу» школ нацменьшинств. Данная «реформа» предусматривает изгнание из таких школ родного для их учеников русского языка. Из государственных вузов страны русский извели еще много раньше.
Но в своем раже борьбы с «речью оккупантов» чиновники в 2018-м одними лишь государственными школами не ограничились. Был принят закон, запрещающий обучение на русском даже в частных вузах! Тогдашний латвийский министр образования Карлис Шадурскис, ответственный за проведение этой «реформы», объяснял украинскому изданию «Европейская правда», что зачистка русского языка проводится совершенно сознательно – чтобы в Латвии выросло новое поколение, уже не восприимчивое к «кремлевской пропаганде». Украинцам Шадурскис советовал поступать в этой сфере точно так же, как латыши.
Идеология дороже денег
Тут надо пояснить, что с начала 2000-х сеть частных вузов расцвела в стране именно потому, что предоставляла значительной части населения Латвии единственную возможность получить высшее образование именно на родном языке. Качество этих частных вузов много и справедливо критиковалось – но, по крайней мере, они предоставляли русским латвийцам важную и востребованную ими услугу.
Так, больше всего студентов, учившихся на русском, в 2017-м насчитывалось в рижском Институте транспорта и связи (TSI) – 86% (2358 человек). Также на русском языке обучался примерно каждый второй (53%) студент Института менеджмента информационных систем. В Рижской международной школе экономики и делового администрирования (RISEBA) на русском языке учились 34% студентов. В Рижском авиационном институте их доля составляла 18%, в Балтийской международной академии – 17%, в Высшей школе экономики и культуры – 6%.
Запрет частным вузам преподавать на русском вызвал негодование оппозиционных политиков и специалистов сферы образования. Так, евродепутат Андрей Мамыкин говорил в 2018 году, что десятки тысяч молодых людей из других стран постсоветского пространства готовы были поступать в частные вузы Латвии и учиться в них на русском, дабы получить диплом европейского образца. «Именно так: русский язык и диплом ЕС. Именно это привлекало молодых иностранцев у нас в Латвии.
Теперь всего этого не будет. Президент Латвии подписал поправки в закон о высшем образовании, запрещающие экспорт услуг образования. Потому что учиться в любом вузе (частном или государственном) можно будет отныне только на латышском. И да, хочу поздравить наших соседей-эстонцев. Правительство этой страны не собирается запрещать образование на русском в частных вузах. И наш президент только что подарил миллионы евро Эстонии, потому что все, кто хочет иметь европейский диплом на русском языке, теперь поедут в Таллин или Тарту», – утверждал Мамыкин.
Он предрек, что студенты поедут не только в Эстонию, но и в Австрию, Чехию, Литву, Венгрию, Польшу, где в различных частных вузах и колледжах тоже имеются русскоязычные программы. «Кто-то еще сомневается, что это никакая не «гармонизация высшего образования Латвии на базе латышского языка», как говорил Карлис Шадурскис, а именно огульная русофобия, которая не позволяет раскрыть глаза даже при условии, что цена вопроса в течение лет – миллионы евро?» – возмущался Мамыкин.
По его мнению, власти своими руками уничтожили столь важную отрасль народного хозяйства, как экспорт высшего образования. Что самое нелепое, именно эта отрасль в Латвии росла быстрее других экспортных сфер (за 2017 год – плюс 8%) и одно время даже рассматривалась в качестве приоритетной – как в утвержденной правительством «Стратегии развития Латвии до 2030 года», так и в планах Еврокомиссии.
Крохотная уступка
Пресса безуспешно взывала к властям, призывая не уничтожать столь прибыльную сферу. Представители самих частных вузов также закономерно выразили протест против действий правительства. «Мы против уничтожения конкурентоспособности нашего государства, это противоречит любым установкам Европы об интернационализации образования. Студенты должны иметь право выбора программ и языка обучения, если только мы не говорим о ЮАР времен апартеида», – взывала ректор высшей школы RISEBA Ирина Сенникова.
Председатель правления Латвийской торгово-промышленной палаты Янис Эндзиньш назвал высшее образование экспортным продуктом с высокой добавленной стоимостью, который глупо не использовать. «До сих пор частные вузы старались выживать за свой счет, не спрашивая с государства ничего, но обеспечивая ему уплату налогов и доходы», – напомнил Эндзиньш. А ректор TSI Юрис Канелс добавил: «На три иностранных студента в частных вузах приходится только один в государственных. Латышизация высшего образования подорвет позиции и тех, и других, предоставив шансы соседним Литве и Эстонии получить дополнительные доходы от программ на русском и английском языках».
По словам Канелса, «укрепление позиций латышского языка», закрепленное в латвийском законе о высшем образовании, обходится стране в гигантские убытки.
«Получается, что это обходится стране в десятки миллионов евро, потому что подсчитывались и прямые, и косвенные доходы. Любой иностранец, даже не самый зажиточный студент, который здесь живет, он ездит на транспорте, питается, покупает себе одежду и какие-то другие вещи, платит за жилье и так далее. Есть много ручейков циркуляции денег. И из каждого из этих ручейков определенная часть попадает в виде прямых или косвенных налогов в государственный бюджет», – жалуется ректор.
Обеспокоенность происходящим выразили и в Организации Объединенных Наций – но там заинтересовались уже не финансовым, а правовым аспектом. В ноябре 2018 года докладчики ООН по делам меньшинств (Фернан де Варенн), свободе слова (Дэвид Кей) и праву на образование (Кумбу Боли Барри) обратились к властям Латвии с письмом. В нем говорилось, что «запрет использования языков национальных меньшинств на школьных занятиях и на экзаменах нарушает права представителей нацменьшинств на достойное образование». А запрет преподавания на других языках в частных вузах, по мнению докладчиков ООН, «нарушает автономию частных учебных заведений и может сделать образование менее доступным для нелатышей».
Тем временем оппозиционные партии Латвии подали в Конституционный суд страны два запроса – они попросили рассмотреть запреты на преподавание на русском в школах и частных вузах на предмет соответствия основополагающему акту государства. Но по прошествии времени Конституционный суд Латвии подтвердил запрет на русский язык относительно школ.
А вот относительно частных вузов получилось по-иному – потому что здесь оказалось задействовано влиятельное лобби бизнесменов от образования, лишившихся больших доходов. И в июне 2020-го суд признал, что языковое регулирование, установленное для частных вузов страны, закрепленному в конституции праву на образование и свободу научного творчества не соответствует. Суд дал парламенту срок до 1 мая 2021 года, чтобы пересмотреть ограничения.
Правда, известный в Латвии оппозиционный активист и публицист Илья Козырев назвал это решение бесполезным для русской общины. «Решение Конституционного суда вовсе не означает, что уже завтра появятся программы высшего образования на русском языке. В результате суд всего лишь предложил парламенту до мая следующего года еще раз рассмотреть вопрос о целесообразности запрета русского языка в частных вузах. То есть если раньше парламент думал, надо ли ему обдумывать вопрос об обдумывании вопроса, разрешить ли в частных вузах русский или нет, то теперь суд четко указал парламенту – да, таки надо думать над вопросом об обдумывании этого вопроса. Обязательно!» – иронически отметил Козырев.
Лучше не стало
По словам Козырева, победа в Конституционном суде совершена вовсе не в интересах русских Латвии. «Ибо она нужна не нам, а владельцам частных вузов, чтобы принимать на обучение жителей постсоветских стран. Спрос на такое образование там точно есть. Не слишком образованные отпрыски не слишком богатых семей с удовольствием приобретут за умеренную цену «настоящий европейский диплом» для удовлетворения своих амбиций. А наши частные вузы получат свои денежки и сохранят рабочие места для русской профессуры.
Тогда как для нас с вами эта победа совершенно бесполезна. Ведь русскую школу нам никто возвращать не собирается. А это значит, что перед тем, как ваш отпрыск получит счастливую возможность поступить в русский частный вуз, ему придется двенадцать лет отучиться на латышском с очень редкими вкраплениями родного языка. Насколько он к тому времени будет знать родной язык и сможет ли на русском усваивать знания высшей школы – очень большой вопрос», – предупредил Козырев. Но, как вскоре оказалось, он еще оценивал ситуацию чересчур оптимистично.
Активист оказался совершенно прав – власти вроде бы согласились смягчить позицию по частным вузам вовсе не из-за заботы за судьбу русских жителей.
Ведь когда министерство образования и науки подготовило законопроект о языковых уступках для частных вузов, оказалось, что никаких послаблений для русского они не несут. 8 апреля Сейм Латвии в окончательном чтении и в срочном порядке большинством голосов утвердил поправки к «Закону о высших школах». Согласно им, обучение в высших школах и колледжах по-прежнему ведется на латышском (с незначительными исключениями).
История с частными вузами является хоть и ярким, но лишь одним из многих примеров того, как Латвия разрушает собственную экономику – изгоняя русский язык из учебных заведений, отказываясь предоставить ему хоть какие-то мало-мальские права. Поставленное перед перспективой переселяться в «латышское языковое гетто» русское население Латвии постепенно разъезжается – не желая обрекать своих отпрысков на жизнь в маленьком пространстве латышского языка. Люди предпочитают, чтобы их дети получали качественное образование – если не на русском, то, по крайней мере, на английском.
В итоге Латвия продолжает стремительно терять население – от без малого 2,7 млн в 1991-м до нынешних официальных 1,8 млн (многие демографы считают, что на самом деле ситуация еще хуже). Гонения на русский язык вынуждают Россию рассматривать Латвию в качестве недружественного государства – и РФ постепенно выводит оттуда свой транзит, вынуждая Латвийскую железную дорогу продавать вагоны и рельсы. Но, похоже, Рига готова идти на принцип и платить эту цену. Ведь, как говорит экс-министр образования Шадурскис, самое главное – «борьба с русским миром».