Основная цель в законопроекте Партии реформ замаскирована иезуитскими формулировками, мол, русским детям запретят учиться на родном языке ради их же собственного блага.
По мнению «реформистов», общее обучение на эстонском гарантирует русским школьникам «конкурентоспособность и возможность реализовать себя». По словам депутата Сигне Киви, передавшей законопроект в делопроизводство, изменения в организации системы образования нацменьшинств в стране необходимы как воздух: результаты тестов в русскоязычных школах в среднем ниже, чем в эстоноязычных.
Это вполне объяснимо, ибо качество педагогического состава, работающего в «непрестижных» русских школах, непрерывно ухудшается.
«После восстановления независимости Эстонской Республики прошло почти 30 лет. Все эти годы в приоритете был переход на общую эстоноязычную систему образования. Еще в 1993 году в законе об основной школе и гимназиях была прописана задача перейти к 2000 году на полностью эстонское образование, но этого так и не произошло. По-прежнему отсутствует политическое решение Рийгикогу», – пафосно заявила Киви, подчеркнув, что «общество четко выразило готовность перейти на эстоноязычную систему образования».
В каком-то смысле она не врет. Согласно данным соцопросов, примерно 80% всех жителей Эстонии желают, чтобы обучение представителей нацменьшинств на эстонском языке начиналось уже с детсада. То есть это тот случай, когда права меньшинств европейцев не волнуют: тихой сапой ликвидация русскоязычного образования идет уже сейчас, без «реформистского» закона.
«Это, конечно, беспредел»
Недавно административный суд Таллина отклонил жалобу родителей, оставив в силе решение горсобрания города Кейла о ликвидации единственного там русскоязычного учебного заведения. В основной школе Кейла учились на родном языке 179 русских детей.
В качестве причины закрытия школы самоуправление указало на незначительное количество учеников в ней, хотя в Эстонии много школ, где учеников еще меньше, чем в Кейла. Так, в учебное заведение поселка Миссо ходит всего восемь детей, а всего в республике 31 школа, где количество учеников менее 20.
Как утверждают представители НКО «Русская школа Эстонии», не все учащиеся в закрытой теперь школе дети были зачислены в эстонскую гимназию. Причина – недостаточное владение ими государственным языком.
Таким образом, детей фактически лишили не только обучения на русском, но и права на образование.
Тут стоит отметить, что городом Кейла правит коалиция из той самой Партии реформ и социал-демократов, которые на республиканском уровне пребывают в оппозиции. При этом министерство образования возглавляет член правящей Центристской партии Майлис Репс. То есть в вопросе ликвидации русского образования власть и оппозиция пришли к консенсусу, даже несмотря на то, что Центристская партия в значительной степени опирается на голоса русских избирателей.
Председатель попечительского совета основной школы в Кейла Оксана Пост заявила, что «городские власти, а вместе с ними и эстонский суд прошлись катком по русским детям, лишний раз показав свое отношение к русскому населению страны».
С ней согласен правозащитник Мстислав Русаков. «В нашей стране целенаправленно и последовательно строится национальное государство, в котором вопреки конституции и ратифицированным международным конвенциям игнорируются интересы и права нацменьшинств. Ситуация с каждым годом становится все хуже. Если раньше эстонские суды принимали решения о том, что права нарушены не были, то сейчас уже встали на позицию, что у национальных меньшинств в Эстонии вовсе нет никаких прав. Соответственно, нельзя нарушить то, чего априори нет», – констатирует он.
«Это, конечно, беспредел. Такое ощущение, что местная реформистская власть решила просто выжить всех русских из Кейла. Такой Russen frei в масштабах отдельно взятого города. Иначе не объяснить, это показательное вытирание ног о национальное меньшинство», – соглашается главный редактор таллинского издания «Столица» Александр Чаплыгин.
В свою очередь общественный деятель Андрей Заренков перечисляет имена главных могильщиков русской школы в Кейла: мэр города Энно Фельс, врач, владелец клиники Андрус Лоог и директор школы Елена Михеева, «роль которой, по-моему, самая страшная». «Мэр выполнял решение своей партии, врач каждое заседание горсобрания «лечил» депутатов насчет пользы от закрытия русской школы, ну а Михеева проявила настоящую русскоязычную подлость – за спиной родителей собирала данные для предоставления в суд. По всей видимости, следующим пунктом духовной кастрации для русских в Эстонии станет город Маарду», – говорит Заренков.
«Пострадает все общество»
Как ни странно, из этого не следует, что инициатива Партии реформ обречена на успех и что в плане полной ликвидации русскоязычного образования эстонцы в самое ближайшее время пойдут той же дорогой, которую уже проторили Украина и Латвия.
Собственно, эта инициатива «реформаторов» далеко не первая в своем роде, а все предыдущие были отклонены, в том числе и нынешней правящей коалицией.
По иронии судьбы в нее, помимо Центристской партии, входят две националистические силы – «Отечество» и Консервативная народная партия. Последние и вовсе пользуются репутацией «невыносимых радикалов». «Реформисты» же, напротив, называют себя респектабельными либералами.
Сейчас эти «либералы» пытаются уничтожить русскую школу, а националистическая на две трети коалиция тормозит их русофобские устремления. Бывший глава «народников» Март Хельме даже делал неожиданные заявления в духе, что эстонские русские – это, дескать, уже «свои», так что он предпочел бы сохранить русские школы.
Причина в том, что лидирующее положение в коалиции занимают «центристы» (премьер-министр страны Юри Ратас одновременно является главой этой партии), которые зависят от русских избирателей – они традиционно голосуют за них по принципу «за неимением лучшего».
На данном этапе «центристы», кажется, сумели убедить своих партнеров по коалиции, что ликвидация русских школ может вызвать массовые волнения населения.
Сейчас в Эстонии русскоязычные составляют до 30% жителей, в Таллине их до 47%. Согласно действующим правилам, в начальных школах нацменьшинств дети могут учиться на родном языке, а на так называемой гимназической ступени (10–12-й класс) на эстонском должно осуществляться до 40% преподавания.
На днях мэр Таллина Михаил Кылварт (Центристская партия) рассказал латвийским журналистам, почему уничтожение русского образования для него неприемлемо. По его словам, большинство политиканов-националистов, выступающих с громкими лозунгами, никогда не заходили в русскую школу и не знают, какими последствиями обернется ее ликвидация.
«Никто не знает технологию процесса и конечные результаты, никто в этой ситуации не заботится о будущем детей. От попыток насильственной ассимиляции пострадают не только национальные меньшинства, но и все общество. Не все осознают, что русская школа – это ресурс, который дает ему волны развития. Если все общество находится на одном уровне культурного восприятия действительности, то люди начинают думать одинаково. Но если все люди думают одинаково, то они гораздо меньше способны к развитию и совместному творчеству», – сказал Кылварт.
Отметим, что вслед за реформистами в качестве «либерала» позиционирует себя и президент Эстонии Керсти Кальюлайд. Она рьяно печется о правах секс-меньшинств и даже вступила по этому поводу в конфликт с правящей коалицией как не желающей предоставлять ЛГБТ-людям возможности вступать в официальные браки. Но права русских детей, по мнению Кальюлайд, в отличие от геев, можно и нужно попирать.
Так, весной прошлого года Кальюлайд получила возможность посетить Россию и встретиться с Владимиром Путиным, но незадолго до визита позволила себе русофобскую выходку.
«Бессрочное продолжение двуязычной школьной системы является угрозой для существования эстонского языка и культуры и никак не увеличивает сплоченность эстонского государства», – сказала Кальюлайд. Впоследствии подобные заявления она делала неоднократно.
Пока что власть оправдывает свое нежелание решительно разобраться с «вражескими» школами тем, что усиливает борьбу за эстонский язык на других направлениях. Бывшая Языковая инспекция, которая занималась тем, что выявляла и штрафовала «негодяев», не желающих говорить на эстонском, преобразовалась в целый Языковой департамент с расширенным штатом и полномочиями.
Но рано или поздно республика дозреет и до «окончательного решения языкового вопроса». Все к тому идет.