«Ростки истинного взаимодействия, взаимовыручки, взаимопомощи на фоне пандемии мы видим, и вроде бы в конкретных делах мы должны перейти на более благоприятный режим взаимодействия, но это не так, этого не происходит», – заявил в четверг пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков, комментируя отношения с США.
Самое время добавить – и не произойдет. По крайней мере, в обозримой перспективе.
Ранее западные СМИ со ссылкой на источники утверждали, что президент Дональд Трамп якобы жаждет встречи с президентом Владимиром Путиным на площадке Генассамблеи ООН в Нью-Йорке, чтобы обсудить «широкий круг проблем» и, может быть, даже «вернуть Россию в G8».
Как говорится, «наконец-то я нашел и место, и время». Беда в том, что эта встреча, скорее всего, тоже не состоится.
Это следует как из довольно резкой реакции Пескова на газетные слухи, так и из эпидемиологических реалий. Трудно сказать, что случится с коронавирусом к 15 сентября – дню открытия Генассамблеи, но пока США остаются главным очагом инфекции, а генсек ООН Антониу Гутерреш уже попросил провести мероприятие без первых лиц, глав правительств и министров.
В общем, решать «широкий круг проблем» нужно было гораздо раньше, а если встречаться, то, например, в пятницу, благо на 17 июля выпадают сразу два примечательных юбилея.
Во-первых, 75 лет назад открылась Потсдамская конференция, последняя из трех встреч лидеров «большой тройки союзников» – СССР, США и Великобритании – в рамках послевоенного передела мира. Вскоре после нее началась холодная война, но урегулировать удалось настолько широкий круг проблем, что мало никому не покажется.
Во-вторых, 45 лет назад произошла стыковка космических кораблей «Союз» и «Аполлон», ставшая одним из символов «разрядки» в крайне непростых отношениях двух сверхдержав и во многом пропагандистской акцией. Тогда вся планета поверила, что большой войны (скорее всего, ядерной) удастся избежать, а «мирное сосуществование двух систем» все-таки возможно.
Сейчас в последнем уверенности нет, хотя между системами гораздо больше общего, чем 45 лет назад. Приходится признать, что две страны упустили исторический шанс на улучшение отношений, вместо этого загнав их в кризис, сравнимый с худшими временами советско-американского противостояния.
Эти надежды были связаны в первую очередь с Трампом, которому и политически, и по-человечески было наплевать на Украину, а сотрудничество с Москвой, напротив, казалось перспективной целью. Однако Демократическая партия, исходя из своих электоральных интересов, сделала российскую тему токсичной для Трампа.
Хуже того, велась прицельная работа для того, чтобы Путин и Трамп не смогли установить нормального рабочего контакта, чтобы вели переговоры лично и без свидетелей как можно реже (по сути, это удалось только однажды – в Хельсинки). Самый характерный пример – провокация украинских военных кораблей в российских водах, за чем предсказуемо последовал арест моряков, международный скандал и отмена уже согласованного мероприятия с участием президентов РФ и США.
То есть противники межгосударственного диалога своего добились. Трамп был лучшей кандидатурой для того, чтобы переломить тренд, но вместо этого Вашингтон последовательно хоронил важнейшие межгосударственные договоры с Россией, изобретал все новые санкции, и конца-края этому не видно.
Единственным направлением, где продуктивное сотрудничество продолжалось (в основном негласно), был Афганистан, но и там все как будто пошло прахом.
Во многом Трамп – жертва обстоятельств. Но в то же время это его личный выбор: как было замечено его бывшим советником по национальной безопасности Джоном Болтоном (о том, что его назначение стало одной из главных ошибок президента, газета ВЗГЛЯД писала здесь), действия американского лидера оказались подчинены в основном тому, чтобы переизбраться на второй срок.
Российская тема в этом смысле не только токсична, но и бесперспективна. Не то чтобы американцы хотели продолжения противостояния с РФ, скорее им просто плевать. Особенно это касается электората, благодаря которому Трамп и победил – населения «ржавого пояса», некогда промышленно развитого, а теперь переживающего упадок.
Этих людей, многие из которых пришли на выборы в 2016-м впервые за долгие годы, интересуют именно внутренние проблемы страны, в первую очередь рабочие места. То же интересует и Трампа, вся внешняя политика которого была нацелена или на шоу вроде саммита с Ким Чен Ыном, или на решение утилитарных экономических проблем и помощь американскому бизнесу.
Санкции против «Северного потока – 2» в это укладываются: в силу своей предыдущей специальности Трамп делает ставку на экономическое давление на конкурентов, это понятный для него язык, как и разрыв ограничивающих его страну в чем-либо договоров. А до того, что могло проходить как «позитивная повестка», просто не дошли руки.
В итоге американо-российские отношения были отданы на откуп старой дипломатической команде, развивались по инерции и каждые полгода пробивали очередное дно. Теперь время для прорывов, встреч и переговоров упущено – то, что оставалось, доел коронавирус. Вплоть до ноября у Трампа будет настолько тяжелый график, что надеяться на какие угодно «прорывы» смешно.
Чтобы оправдалась хотя бы часть ожиданий, связанных с его фамилией, Трампу придется вторично победить на выборах. Их результат сегодня зависит от кучи многоступенчатых факторов, поэтому непредсказуем. Однако шансов на переизбрание у действующего президента значительно меньше, чем месяц-полтора назад. Кстати, по той же самой причине – из-за коронавируса.
Дело даже не в том, что экономика страны пережила самое тяжелое падение за сто лет и восстанавливается медленнее, чем ожидалось. И не в том, что Америку накрыло «второй волной» и некоторые штаты вторично уходят на карантин. Пандемия выбила из рук Трампа один из главных козырей, благодаря которому ему однажды удалось переехать в Белый дом – митинги и выступления на них.
Он действительно умеет заряжать толпу – и сам подзаряжается от ее реакции, это для него будто наркотик. А посетители подобных мероприятий – целевая аудитория его кампании, другими словами, политтехнологи Трампа потеряли возможность составлять базу сторонников привычным им образом.
«Ему необходимы митинги, как воздушному змею необходим ветер. Он просто не сможет победить без митингов»,
– заявил каналу CNN один из советников президента, пожелавший сохранить анонимность.
Формально предвыборное ралли Трапа уже стартовало с митинга в городе Талсе (Оклахома), ставшего одним из самых неудачных в его политической карьере – прежде забитые до отказа трибуны зияли проплешинами. Виноват в этом не только коронавирус: сетевые либералы регистрировались на мероприятии, чтобы занять место, но не явиться, и эта вредительская тактика сработала.
Так Трамп потерял возможность общения с электоратом напрямую где-то еще, кроме «Твиттера», а прослойка между ними в виде СМИ, как известно, ненавидит действующего президента. На этом фоне резко растет рейтинг демократа Джо Байдена – он опережает Трампа уже на 10%, а в случае его избрания отношения с Москвой ухудшатся еще сильнее, хотя, казалось бы, куда уж хуже.
Трамп планировал легко переизбираться с лозунгом «Сохраним Америку великой», и еще полгода назад имел на это основания – экономические достижения его администрации действительно впечатляют. Теперь они перечеркнуты, а Америка вновь надевает маски и зализывает раны «расовой войны» и «культурной революции». Претендовать в таких условиях на величие просто смешно, а ничего нового не придумано, поэтому 45-й президент США, сенсационно избранный народом назло элите, сильно рискует остаться президентом несбывшихся надежд – надежд простых американцев, российского политического класса и своих собственных.