Чуда не случилось. 10 июля было оглашено решение Госсовета (Высшего административного суда) Турции о статусе Святой Софии. Теперь это не музей – ей официально возвращается статус мечети. И Эрдоган соответствующий указ уже подписал, опубликовал и добавил подпись «поздравляю». Собственно, и не мог не подписать – ведь Госсовет Турции принимал решение под диктовку турецкого президента-султана.
Мерило патриотизма
Конечно, некоторые инстанции еще продолжают бороться с решением Анкары на юридическом уровне. В ЮНЕСКО говорят о том, что любое изменение статуса или облика Святой Софии как мирового культурного памятника должно утверждаться в соответствующих институтах ООН. Однако вряд ли Эрдоган проявит уважение к позиции организации, чье мнение в мире уже особо никому не интересно. Для него куда важнее позиция граждан Турции.
А большинство турецких политиков – даже лидер главной оппозиционной Республиканской партии Кемаль Кылычдароглу – либо занимают индифферентную позицию, либо поддерживают Эрдогана. Все потому, что турецкий президент мастерски превратил вопрос с Айя-Софией из чисто религиозного в религиозно-суверенный. Те, кто внутри страны выступал против изменения статуса, рисковали получить клеймо предателя и труса – ведь они якобы протестовали лишь потому, что потакали зарубежным противникам или боялись, «что скажут США и Евросоюз».
Поэтому реальная дискуссия в Турции идет не по вопросу «за или против изменения статуса», а «почему вдруг решили». Лишь 29% турок считают, что инициаторы изменения статуса действительно просто хотели вернуть музею статус мечети. 44% населения Турции уверены в том, что история с изменением статуса была затеяна президентом лишь для отвлечения внимания общества от экономических проблем.
Еще одна причина – желание нанести психологический удар по сторонникам светского государства (символом которого и был музейный статус Святой Софии). Не случайно в правящей партии уже предложили провести первые молитвы в Айя-Софии 15 июля – в четырехлетнюю годовщину неудавшегося путча против Эрдогана, организованного светски настроенными военными. Ну а некоторые уверяли, что Эрдоган просто решил повесить себе имиджевую медальку в преддверии будущих досрочных выборов.
Другая Турция
Однако при всей внутриполитической целесообразности (которую в мире понимают и не оспаривают) эксперты, политики и журналисты вне Турции – то есть не боящиеся, что Эрдоган их за критику посадит или впаяет разорительный штраф – уверяют, что турецкий президент совершил стратегическую ошибку. «Проявленный Эрдоганом национализм... отбрасывает страну на шесть веков назад», – заявила министр культуры Греции Лина Мендони.
И это отбрасывание будет всем очевидным как раз на примере Айя-Софии. Этот музей был одним из самых популярных туристических объектов страны. Лицо Турции. И Эрдоган меняет это лицо со светского, современного и мультикультурного на религиозно-фундаменталистское. Ведь теперь туристы (если их, конечно, пустят в мечеть) увидят не смесь христианской и исламской культур, обрамленную в музейный интерьер, а толпы молящихся.
«Анкаре теперь предстоит выглядеть в глазах всего мира нарушителем межрелигиозного баланса и терять свой авторитет в качестве важного регионального игрока», – констатирует российский сенатор Константин Косачев.
Правда, здесь вся тонкость в трактовках – ряд экспертов почему-то до сих пор считают султана Эрдогана президентом Турецкой Республики образца Ататюрка. Это тогдашним президентам нужно было выглядеть хорошими и современными в глазах Запада, а Эрдоган, наоборот, пытается стать новым халифом – лидером всех правоверных (каковыми были не президенты, а султаны Турции).
Что же касается статуса «важного регионального игрока» – то Эрдоган как раз и хочет им стать. Просто в другом регионе – не в Европе и даже не в Евразии, а на Ближнем Востоке. И когда эксперты предупреждают, что действия Эрдогана могут возбудить «турецких экстремистов», стимулировать их на захваты и десекуляризацию других христианских памятников на территории Турции – то в Анкаре не станут считать эти захваты какой-то имиджевой проблемой. Ведь в том мире, где Эрдоган хочет быть лидером, такие захваты и десекуляризация – норма вещей и даже правильные шаги. Своего рода пощечина христианским государствам и их мусульманским предателям-прихлебателям.
Свято место пустым не оказалось
Однако проблема Святой Софии создает возможности не только для Эрдогана, но и для других смелых лидеров. На фоне общей пассивности европейских и американских элит на Западе существует объективный запрос на лидера, который поставит на место турецкого султана.
По идее этим лидером должен быть Трамп – ряд американских журналистов и членов Конгресса возмущены действиями Эрдогана и уже требуют от хозяина Белого дома вмешаться в ситуацию. Возможно, президент США в итоге и вмешается (все-таки его электорат религиознен и исламофобен), однако сейчас ему не до этого. И в результате святое место занимает Россия – западные СМИ уже регулярно позиционируют российских лидеров как чуть ли не главных защитников христианского облика Айя-Софии.
Так, в условиях, когда номинальный глава всех православных церквей – Константинопольский патриарх Варфоломей – из страха перед Эрдоганом самоустранился от защиты Святой Софии, на арену выходит РПЦ.
«В истории отношений Руси и Константинополя были разные, порой весьма непростые периоды. Но любую попытку унизить или попрать тысячелетнее духовное наследие Константинопольской церкви русский народ – как раньше, так и сейчас – воспринимал и воспринимает с горечью и негодованием. Угроза Святой Софии – это угроза всей христианской цивилизации, а значит – и нашей духовности и истории. И по сей день для каждого русского православного человека Святая София – это великая христианская святыня», – заявил глава РПЦ патриарх Кирилл.
Да, защищать музей уже поздно – но можно встать на защиту его убранства. «Специалисты по сохранению древностей и эксперты в области истории искусства беспокоятся о судьбе средневековых мозаик Айя-Софии, изображающих Святое Семейство и христианских императоров Византийской империи. Истовые мусульмане могут потребовать эти мозаики прикрыть», – пишет The New York Times. И вопрос в том, чем турецкие власти решат их прикрыть. Полотнами, баннерами – или снова нанесут на стены слой штукатурки, как много веков назад? А может, вообще примут «окончательное решение мозаичного вопроса» и снесут их?
Так что если сейчас российские представители вслед за патриархом тоже поднимут градус риторики в вопросе защиты художественных и христианских ценностей, то они тем самым имеют шанс поднять авторитет России в мире. Да, это может несколько расстроить Эрдогана – однако турецкий президент столько раз расстраивал нас в Сирии, Ливии, на Кавказе и в российском Крыму, что ему можно ответить взаимностью.
Мы же все-таки вежливые люди.