Десятилетия великие дипломаты всего мира пытались развязать узел арабо-израильских противоречий на Святой Земле. Определить статус Иерусалима, который и евреи, и арабы считают своим священным городом и делить друг с другом не собираются. Решить судьбу Западного берега реки Иордан, оккупированного Израилем после войны 1967 года. Израильтяне тогда не присоединили эту территорию к своему государству, но построили там более сотни поселений с населением 400 с лишним тысяч человек, вывести которых теперь практически невозможно. Многие американские президенты совершали подход к этому дипломатическому снаряду, пытались найти компромисс – и все они потерпели неудачу.
И тут пришел Трамп. Увидел всю сложность ближневосточного узла, всю его запутанность. И решил победить стандартным для него путем – отказаться от принципа компромисса, полностью поддержав все израильские территориальные претензии.
Сначала Трамп «решил» вопрос о статусе Иерусалима – в одностороннем порядке признал его столицей Израиля. А сейчас настала очередь той части Западного берега, на которой находятся израильские поселения – для чего и предлагается так называемая сделка века. Хотя сделкой ее можно назвать условно – скорее это аннексия чужих территорий с шансом на компенсацию противоположной стороне.
В рамках этой «сделки» должна произойти фактически легитимизация существующего статус-кво. Еврейские поселения на Западном берегу со своей территорией (около 30% всего Западного берега) и всем своим 400-тысячным еврейским населением, как планируется, официально войдут в состав Израиля. Туда же войдет и долина реки Иордан (восточная часть территории Западного берега, граничащая с Иорданией). Таким образом, оставшаяся у палестинцев часть Западного берега будет как бы анклавом внутри Израиля (связь палестинских территорий с королевством будет осуществляться через две специально сооруженные дороги). Сам Иерусалим останется израильским и в качестве столицы еврейского госуданства. А несколько арабских кварталов объединят с находящимся неподалеку городком Абу-Дис, дадут им название «Аль-Кудс» (арабское название Иерусалима) и назначат – вместо нынешней Рамаллы, центра Палестинской автономии – столицей демилитаризованного Государства Палестина.
Фактически в Палестинском государстве останется лишь 70% территорий, которые сейчас имеют статус «оккупированных Израилем» – но это всего 15% исторической Палестины, без особых водных ресурсов и сельхозземель. Что же касается «компенсаций», то они весьма условны. Потерянные земли палестинцам компенсируются за счет территорий в пустыне Негев, которые должны стать промышленным и сельскохозяйственным кластером для перенаселенного сектора Газы. Кроме того, палестинцы получат на руки около 50 миллиардов долларов на развитие.
Палестинскому руководству пытаются объяснить: если они не согласятся на условия Трампа сегодня, завтра они получат еще меньше – а то и вообще ничего. Что если палестинское руководство это не устроит, то состоится «свадьба без невесты» – Израиль в одностороннем порядке аннексирует территории Западного берега. Собственно, об этом сейчас и говорит Нетаньяху – закон об аннексии, скорее всего, будет предложен Кнессету менее чем через полтора месяца.
Выборы и наследие
Эта аннексия, как и весь план, нарушает все, что только можно. Резолюции Совета Безопасности ООН, соглашения в Осло, сами принципы арабо-израильского урегулирования. Наконец, основы американской внешней политики. Государство оккупирует (по мнению США) часть другого государства, и Штаты де-факто в одностороннем порядке признают и легитимируют эту «оккупацию» – это не только удар по международному праву, но и важнейший прецедент в деле международного признания возвращения Крыма в состав Российской Федерации.
Американские чиновники могут сколько угодно говорить об «уникальности» ситуации с Западным берегом (как они ранее и говорили об «уникальности» ситуации с признанием израильской оккупации Голанских высот). Однако искренняя вера в незыблемость принципа «что позволено Юпитеру – не позволено Быку» уже сослужила американцам плохую службу в случае с «косовским прецедентом», отчасти опираясь на который Москва сделала то, что сделала в Крыму. Теперь же у России есть возможность использовать «израильский прецедент» – и она наверняка использует его в нужный момент.
Однако сделка века, по мнению Трампа, стоит свеч. Ведь она служит его личным, трамповским интересам. Интерес этот не только ментальный или родственный, но и электоральный.
«Потакая сионистам и американским евреям, Дональд Трамп прилагает усилия для предоставления сионистскому режиму Западного берега реки Иордан с целью привлечения поддержки сионистского лобби и во избежание поражения на президентских выборах в США», – поясняет газете ВЗГЛЯД посол Ирана в России Казем Джалали. Действительно, как отмечает New York Times, для Трампа завоевать голоса флоридских евреев важнее, чем завоевать палестинские сердца в Рамалле.
Однако дело тут не только в американских евреях (большая часть из них поддерживают демократов и не являются сионистами). Дело в десятках миллионов американских евангелистов, для которых интересы Государства Израиль имеют куда большее значение, чем для нью-йоркских или калифорнийских евреев-либералов. И Трампу нужны голоса этих евангелистов, нужна их мобилизация и явка на выборах. Особенно сейчас, когда эпидемия коронавируса похоронила десятки тысяч американцев, сотни миллиардов долларов – а вместе с ними и главный тезис предвыборной кампании Трампа: «Я самый успешный президент, я поднял экономику – поэтому закройте глаза на мою эксцентричность и переизбирайте меня».
Израиль и Байден
Что же касается непосредственного инициатора аннексии – Израиля, то тут интерес двойственный. Во-первых, государственный. Израильтянам плевать на какие-то международные прецеденты, для них куда важнее не профукать шанс закрепить за собой «исторические земли» – Иудею и Самарию. «Эти территории являются местом, где еврейский народ появился и развивался. Пришло время распространить израильский суверенитет и вписать еще одну славную главу в историю сионизма», – заявил Нетаньяху.
Аннексия Западного берега и «окончательное территориальное решение» палестинского вопроса – давняя мечта правого лагеря израильской политики. И сейчас, благодаря «сделке века» и позиции Дональда Трампа, ряд экспертов стал говорить о появлении у Израиля уникальной возможности. Возможности смести фигуры с неудачно ведущейся дипломатической партии на шахматной доске – и даже изменить правила игры в свою пользу.
Помимо государственных интересов у израильского премьера есть и личный. Биньямин Нетаньяху уже давно находится под дамокловым мечом израильского правосудия – прокуратура хочет привлечь его к ответственности за коррупцию. После многих лет правления амбициозный премьер не хочет завершать его на минорной ноте – он хочет войти в историю как глава государства, окончательно вернувший Израилю суверенитет над Иудеей и Самарией. Ну и, возможно, надеется на то, что это историческое достижение сможет как-то размягчить суровые сердца израильских судей.
Однако чтобы войти в историю, у Нетаньяху не так много времени.
В ноябре в США состоятся президентские выборы – и, возможно, следующим президентом Америки станет Джозеф Байден. У которого совершенно иной взгляд на сделку века, чем у Трампа. «Мирный план требует того, чтобы стороны сели вместе и договорились. Это же лишь политический трюк, который может спровоцировать односторонние шаги по аннексии территории и отбросит мирный процесс еще дальше назад. Я всю жизнь работал над тем, чтобы укрепить безопасность и обеспечить выживание евреев и демократического Израиля. Нынешний план – это не решение проблемы», – отмечает бывший вице-президент и, возможно, будущий президент США. В переводе с дипломатического на русский, Байден говорит о том, что в случае его прихода к власти американской политической крыши лишится не только сделка века, но и сам смутьян Биньямин Нетаньяху.
Слова без дел, дела без слов
Нетаньяху-то это переживет, а вот план – нет. Без американской поддержки реализовать его будет очень сложно. Ведь политические последствия реализации для Государства Израиль могут быть очень опасными. «Условия сдачи и мирный план – это не одно и то же, – пишет бывший израильский дипломат Даниэль Леви. – Но даже условия капитуляции имеют больше шансов на реализацию в том случае, если они написаны так, чтобы сохранить достоинство у проигравшей стороны». А в плане нет ни йоты достоинства – и многие акторы вынужденно или добровольно на это отреагируют.
Речь, конечно, идет не о реакции со стороны Палестинской национальной администрации – она, как обычно, бессмысленна и не особо опасна. Палестинские радикалы и арабские СМИ требуют от палестинского руководства «перестать выполнять роль подрядчика по вопросам безопасности» израильских властей и самораспуститься. А поскольку Махмуд Аббас вряд ли пойдет на этот шаг (ведь, кроме статуса, у него ничего нет), у палестинских радикалов появится отличный шанс подняться – электорально, имиджево, а также в военном и финансовом плане – на волне общественного возмущения палестинского населения. Которое лишат земли, шансов на получение израильского гражданства (понятно, что нынешние арабские жители аннексируемых территорий его не получат и будут депортированы) и которые уже лишены экономических перспектив из-за последствий эпидемии коронавируса.
Это недовольство будут активно разжигать два самых активных мусульманских критика «сделки века» – Турция и Иран.
Оба государства сейчас рассматривают Израиль как враждебного игрока и активно поддержат палестинское сопротивление. Конечно, речь не идет о, скажем, десанте турецкой армии в секторе Газа – однако новую провокацию а-ля «Мави Мармара» (отправка гуманитарной помощи в сектор Газа с пиар-прорывом израильской блокады и трупами «правозащитников») организует на раз. Иран же усилит свои позиции в ХАМАС, а также в Ливане (через «Хезболлу»).
Да, с такими проблемами Израиль справляться привык – однако у него возникнут две другие, гораздо более серьезные. Во-первых, европейские экономические санкции. В ЕС они уже обсуждаются и, учитывая страх лидеров Старого Света перед мусульманским электоратом, скорее всего будут приняты. А Европа – это крупнейший торговый партнер Израиля.
Второй проблемой станет восточная граница с Иорданией. Иорданские короли всегда поддерживали особые отношения с Тель-Авивом, и даже в войну 1967 года Иордания вступила вынужденно. А после заключения мирного договора в 1994 году граница оказалась на надежном замке. Сейчас же король Иордании Абдалла II говорит о возможности «масштабного конфликта» между странами, а эксперты предупреждают даже о возможности разрыва мирного соглашения.
В результате последствиями аннексии поселений может быть тотальная изоляция и конфликт на всем протяжении израильских границ. И если Биньямин Нетаньяху не найдет способ как-то погасить все проблемы (особенно в случае неудачных для Израиля итогов выборов президента США в ноябре 2020-го), то его наследие будет совсем не таким, как ему бы хотелось.