Ленты новостных СМИ грозят вот-вот превратиться в дистиллированный коронавирус. С одной стороны, от этого устаешь. С другой, внезапная напасть позволяет совершенно иначе взглянуть на привычные проблемы. Особенно в соседней стране.
«В Верховной раде Украины предлагают отменить ряд норм тотальной украинизации. Такие предложения могут внести в законопроект...» – стоп-стоп-стоп. Наверное, журналист что-то напутал. Как это: на Украине – и вдруг отменить тотальную украинизацию? Но нет, все точно.
В частности, в документе предлагается временно приостановить действие норм, регулирующих квоты на украиноязычные передачи по радио и ТВ (до конца текущего года), отложить до 2026 года введение второго этапа этих квот (квота украиноязычного контента поднимается до 90%, сегодня – 75% для центральных телеканалов и 50% для местных). До 2024 года предлагается отложить украинизацию массовых мероприятий. И уж совсем невероятное: «...Приостановить действие статьи 15 Закона «О кинематографии», которая запрещает демонстрировать фильмы, направленные против независимости Украины, которые «распространяют российскую или коммунистическую пропаганду, унижают украинскую нацию или язык или участниками фильма являются лица, включенные в перечень угроз национальной безопасности».
Плюс по мелочи: телеканалы смогут увеличить долю рекламы в эфире, показывать фильмы без прокатных удостоверений, а также смогут с легким сердцем не соблюдать условия лицензий – штрафовать за это не будут.
Если, конечно же, законопроект примут.
Нет, не образумились. Но дело к тому идет
Шансов на это, впрочем, немного, в том числе и потому, что уж слишком явно торчат из него уши владельцев и менеджмента телеканалов. Их интерес вот в чем: из-за карантина летит к чертям все производство телепрограмм на новый телесезон. Т. е. осенью будет банально нечего ставить в эфир. Временная отмена квот эту проблему решает – можно будет ставить российские сериалы и программы.
В общем, умиляться и торжествовать: «Ну вот, наконец-то украинцы за ум взялись» – рановато. Не взялись. Но справедливости ради: часто ли вы такие внезапные трансформации видели? Они настолько редки, что впору сравнивать их с чудесами.
Но есть и другое. Чуму, с которой теперь все чаще сравнивают коронавирус, в средневековой Европе считали божьей карой. Чума не смотрела на чины и ранги. Загляните в раздел «Умершие от чумы» на «Википедии». Сравнительно небольшой и явно неполный, чуть больше полутора сотен человек. Но даже там хватает громких имен. С болезнью нельзя договориться, нельзя порешать. Взятка и высокое заступничество не помогут. Даже деньги в какой-то момент перестают что-либо значить. «Ну что, теперь понял, чего ты стоишь на земле нашей грешной?» – говорил Шарапову Горбатый.
Главред одного из украинских изданий Вячеслав Чечило в своем посте в Facebook* иронично перечисляет, что в одночасье изменила эпидемия на Украине: «Из-за коронавируса мы начали забывать о действительно важных вещах. На каком языке должен разговаривать врач? Паска или кулич? Мы больше не красим мосты и не плетем дидухов из соломы, не поем гимн. Не обновляем «Миротворец». Более того, стыдливо делаем вид, что не замечаем, как принимаем помощь от коммунистического Китая. Все, за что мы боролись шесть лет, стало неважным и никому не нужным. Коронавирус подрывает основы нашей идентичности, и с этим нужно что-то срочно делать, панове».
И это действительно так. Из украинских новостей куда-то пропали борцы за мову, швыряющие мелочь в лицо кассиру за обращение не на том языке. Пропали нацисты со своими ежемесячными факельными маршами. Вообще активность разного рода активистов на Украине сильно сократилась.
Нет, дело не в карантине. Вернее, не только в нем. Адекватные граждане продолжают самоорганизовываться. Покупают старикам продукты и лекарства, чтобы те лишний раз не выходили из дома. Возят на работу и с работы медсестер и врачей. Пытаются помочь бездомным: в одном только Киеве 40–45 тысяч бомжей. Сегодня, когда на карантин закрылись ночлежки, вокзал и многие заведения общепита, они остались без крова и без куска хлеба. И даже без возможности куда-то уехать, потому что транспорт тоже не работает. Т. е. проблем хватает, заняться есть чем. Но занимаются ими те же люди, что и прежде, а не активисты на телекамеру.
А где НАТО?
Так происходит не только на Украине.
Как известно, в Италии дело дошло уже до медицинской сортировки – термин, известный обычно только военным медикам. Это когда врачам приходится оценивать, кто из больных/раненых имеет больше шансов выжить. Тем и помогают в первую очередь. В Испании выставочный центр превратили в полевой госпиталь, а ледовый дворец отвели под морг. В Европу уже прибыли врачи из Китая, Кубы, России. А вместе с ними – и гуманитарные грузы с лекарствами и наиболее дефицитными расходными материалами.
Но стоп. Ведь обе эти страны – члены НАТО. Последняя посвященная эпидемии новость на сайте альянса датирована 6 марта и обновлена 23 марта. Там говорится, что «военно-медицинский персонал НАТО остается бдительным. НАТО продолжает следить за ситуацией на постоянной основе и принимать все необходимые меры для защиты персонала». Кроме того, утверждается, что «у НАТО имеются надежные меры и планы обеспечения непрерывности бизнеса, обеспечивающие продолжение нашей основной работы».
Имеются. Где-то. Видимо, еще не время. А реально работают и помогают медики из других стран. Не просто не входящих в НАТО. а являющихся его (НАТО) потенциальными противниками. Не только из гуманизма и человеколюбия, конечно же. Те же российские военные врачи вернутся в РФ с опытом работы в реальных условиях эпидемии.
Или вот пример из иной области. Муниципалитет Вильнюса принял решение распространять информацию о коронавирусе на литовском, русском и польском языках. Ранее похожее решение приняли на Украине. Там наиболее пострадавшим от коронавируса регионом остаются Черновцы и Черновицкая область. И когда город закрывали на карантин, объявления звучали на украинском и румынском языках (в области много этнических румын). Так что телеканалы со своими просьбами временно отменить квоты не одиноки.
Важное снова становится важным
Эпидемия, как и война, приносит множество страданий. Многие теряют близких. Но вместе с тем все эти кризисные явления еще и возвращают истинную ценность вещам, поступкам, профессиям. Выясняется, что обществу нужны врачи. Жизненно важны скучные и дотошные правила санитарии. Внезапно королями ситуации оказались выживальщики, хотя в готовности к условному зомби-апокалипсису нет ничего нового: еще лет 50 назад средства индивидуальной защиты и тревожные чемоданчики были во многих советских семьях. Просто мы успели забыть, каким хрупким может быть наш уютный мир. И как быстро он может рухнуть в тартарары.
А когда он обрушивается, то вместе с ним исчезает все наносное. Все эти глупые споры о том, на каком языке допустимо общаться врачу и пациенту и какими лекарствами (только не российскими!) врач-патриот может лечить патриота-пациента.
Если эпидемия затянется, мы еще увидим украинские бунты с требованиями закупать российские тест-системы, российские ИВЛ, российские вакцины. Хотя бы потому, что если даже Италии с Испанией недвусмысленно предложено выгребать самим, то Украине (а она для Европы и НАТО вообще никто) тем более никто помогать не станет.
Разве что кроме России, наверное.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ