Массовым побоищем, расстрелами людей, поджогами машин и домов обернулась драка в приграничном с Киргизией Кордайском районе Жамбылской области на юге Казахстана.
Предполагается, что все началось накануне вечером после погони полицейских за машиной, которая не остановилась по их требованию из-за несоответствия стандарту номера. Водитель начал уходить от преследования и попытался укрыться во дворе своего дома в селе Сортобе. На подмогу мужчине пришли многочисленные родственники, которые закидали полицейских камнями.
По одной из версий, они – представители диаспоры дунган – говорящих на китайском языке мусульман. Эти потомки китайцев переселились в Российскую империю в середине XIX века из-за гнета со стороны китайских властей.
Одновременно в соцсетях появились многочисленные сообщения о межэтническом конфликте. В соседнее село Масанчи (из проживающих в Казахстане 40 тыс. дунган здесь находится 17 тысяч, более 90% населения всего села) из других аулов стянулось около 300 человек. Началась массовая драка. Затем конфликты вспыхнули в селах Аухатты и Булан батыр.
Как сообщил председатель Ассоциации дунган Казахстана Хусей Дауров, прибывшие в Масанчи молодчики подожгли более десяти домов, принялись избивать людей и стрелять. Жителям села оставалось ждать помощи полиции, которая появилась только в субботу утром. По мнению Даурова, если бы силовики отреагировали на сообщения о конфликте на сутки раньше, то жертв можно было бы избежать. По его словам, ОМОН прибыл из Алма-Аты в 5.25 утра субботы по местному времени, сейчас омоновцы «на каждом углу, в каждом селе и контролируют ситуацию».
По предварительным данным, которые привел министр внутренних дел республики Ерлан Тургумбаев, в драке участвовали не 300, а около 70 «агрессивно настроенных» жителей. В результате побоища погибли восемь и пострадали 40 человек. Сгорело более 30 частных домов, 15 магазинов и десятки машин. Около 50 человек задержаны. В разговоре с КазТАГ Дауров сообщил, что число жертв погромов может достигать 11 человек, а «раненых очень много, больницы переполнены». Большинство погибших из сел Масанчи и Булар батыр.
В субботу началось расследование по статьям об организации и участии в массовых беспорядках и об убийстве. Сейчас по периметру пострадавших населенных пунктов и въездах выставлены блокпосты.
Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев убежден, что конфликтом между местными жителями воспользовались провокаторы. На своей странице в Twitter он сообщил, что групповая драка произошла «из хулиганских побуждений». По его поручению премьер-министр Казахстана Аскар Мамин создал правительственную комиссию по ликвидации последствий инцидента.
Жамбылская область – одна из самых бедных в стране. По словам члена Общественного совета Алма-Аты Марата Шибутова, регион густонаселенный, в нем почти не осталось свободных земель, люди с большим трудом могут завести свое хозяйство.
«Это приграничный район, поэтому сильно развита теневая экономика. Очень слабое уважение к представителям правоохранительных органов, нет доверия суду»,
– рассказал Шибутов газете ВЗГЛЯД.
Также в области существуют социальные противоречия. Проживающие здесь закрытым анклавом дунгане богаче остальных народностей. Он уверен, что ситуация явно была искусственно «раздута», потому что «в теневой экономике конфликты решаются достаточно жестко». «Когда нет надежды на разрешение конфликта в правовом поле, то появляются решения в неправовом поле. Тут же начинаются рассылки сообщений в мессенджерах, народ легко возбуждается, подтягивается драться – и понеслось», – пояснил собеседник.
В свою очередь руководитель казахстанской аналитической службы Real Politik Талгат Мамырайымов не исключает нескольких версий произошедшего. Конфликт мог быть как бытовым, так и спровоцированным некими силами. Однако наиболее вероятной причиной он считает разногласия на межнациональной почве. Такие конфликты «являются реальным фактором подключения казахов к крупномасштабным конфликтам».
«В этом районе проживает очень много представителей дунган, большинство которых работают на «барахолке» в Алма-Ате. Возможно, была конкуренция дунган с представителями других этносов», – сказал Мамырайымов газете ВЗГЛЯД.
Шибутов убежден, что необходимо повышать доверие людей к судебной власти, правоохранительной системе. «У людей должна быть надежда, что если вмешивается полиция, то конфликт будет решен по справедливости, что не будет коррупции», – уверен Шибутов.
По мнению Мамырайымова, нужно менять работу в межэтнической сфере, делать ее более соответствующей реальности. За это отвечает Ассамблея народа Казахстана – консультативно-совещательный орган при президенте республики. В стране проживает более ста различных народов и «при стечении ряда обстоятельств ситуация может вылиться в открытый конфликт».
«Исследования показывают, что ситуация в межэтнической сфере очень напряженная, множество очагов скрытой и полуоткрытой межэтнической напряженности. Работа ассамблеи начинается и заканчивается в основном всякими гуляниями, танцами, празднествами на основе этнокультурных событий. А для научного развития межэтнической толерантности, чтобы люди глубже знакомились с различными культурами, ничего не делается», – пояснил политолог.
Он напомнил, что ранее в Казахстане неоднократно происходили масштабные конфликты на межэтнической почве и власти пытались «закрутить гайки на месте, чтобы пожар не разгорался». «То есть джинна загоняют назад в бутылку, сжимают пружину, но неизвестно, когда она потом разожмется и, как говорится, мало потом не покажется. Такие очаги наблюдаются во многих других регионах Казахстана, они могут вспыхнуть в любой момент, там даже не нужно сторонам направлять эти конфликты. Достаточно того, чтобы в одной точке пересеклась масса факторов, в первую очередь социально-экономических», – отметил эксперт.
Впрочем, политолог не исключил, что конфликт в Жамбылской области был спровоцирован намеренно. «В последнее время Нурсултан Назарбаев удалил из внутриэлитного поля очень много крупных фигур, оставил их не у дел. Эти очень влиятельные люди могут как-то проявить себя, тем более у некоторых из них есть властные амбиции», – подытожил Талгат Мамырайымов.