Заявление главы украинского МИДа Вадима Пристайко о вероятности войны между Россией и Белоруссий вызвали ожидаемую реакцию в Москве и Минске. «Чем дольше Пристайко находится на посту главы МИД Украины, тем больше он становится похож на Климкина», – написал в своем Twitter глава временной комиссии Совета Федерации по информационной политике и взаимодействию со СМИ Алексей Пушков.
Действительно, еще не прошло и года с момента избрания нового президента Украины, а риторика украинских властей уже стала абсолютно неотличимой от их предшественников. Зеленский произносит даже более радикальные с точки зрения украинского национализма речи, чем Порошенко, а риторика дипломата с экономическим образованием Пристайко еще дальше от стандартов профессии, чем заявления дипломата-электросварщика Павла Климкина.
Председатель комиссии палаты представителей Белоруссии по правам человека, национальным отношениям и СМИ Геннадий Давыдько отреагировал более развернуто и эмоционально, чем его российский коллега. «Я думаю, что это не очень обдуманное заявление официального лица. Им (Украине) заявления такие делать легко, потому что им уже терять нечего во взаимоотношениях с Российской Федерацией. У нас отношения (с Россией) – они, естественно, непростые, как у любых государств, но до войны не то что далеко, это просто немыслимо, это невероятно, этого никогда не может быть», – заявил белорусский парламентарий. Белоруссия и Россия – братские народы и «за это надо держаться». Он также добавил, что перед глазами есть пример Украины, однако «у белорусов другая ментальность и отношения с Россией абсолютно другие, на гораздо более высоком уровне».
Давыдько подчеркнул, что мелкие конфликты Москвы и Минска экономического характера «не должны перерасти в политические конфликты, тем более в какой-то военный».
Действительно, искать политику в противоречиях России и Белоруссии последних месяцев – занятие очень увлекательное, но крайне далекое от реальности. Проблема только в одном – Белоруссия хочет получать нефть и другие ресурсы по внутрироссийским ценам, а также иметь доступ к российскому рынку на тех же правах, что регионы России. При этом никакого контроля за тем, куда потом девается эта нефть и откуда берутся пресловутые «белорусские креветки», России давать не хочет. Это чистая и голая экономика. Да, если Россия получит контроль над внешнеэкономической деятельностью Белоруссии, это будет некоторая утрата самостоятельности. Но страны Евросоюза, например, имеют контроля за своей экономикой куда меньше – и ничего, никто не кричит об оккупации.
Разумеется, в истории случалось немало войн, развязанных по чисто экономическим причинам – собственно, атака США на Ирак, как уверены многие аналитики, имела однозначную нефтяную подоплеку. Но формальным-то поводом стала фальшивая пробирка с «оружием массового поражения», которой госсекретарь Колин Пауэлл тряс с трибуны ООН. Представить на его месте Сергея Лаврова трудно, даже обладая фантазией украинских дипломатов.
И еще очень важно добавить, что Россия с Украиной не воюет и не воевала, что бы по этому поводу не говорили к юго-западу от российской границы. Если бы поддержка вооруженной оппозиции в другой стране являлась фактом войны, мир бы выглядел совершенно иначе.
Просто представьте, с каким количеством стран Россия находилась бы в состоянии войны в 90-е годы, когда в Чечне воевал террористический интернационал из десятков стран мира, включая Украину, а отдыхали и лечились боевики в Грузии, Турции и арабских странах. При этом европейские компании заключали прямые контракты с чеченскими властями. Некоторым европейцам эта экономическая деятельность в буквальном смысле стоила головы – четверо британских инженеров были похищены и обезглавлены в 1998 году.
Россия оказывает Донбассу куда меньшую финансовую и политическую поддержку, чем европейские страны оказывали террористической «независимой Ичкерии». Тут уместно напомнить, что сколько бы украинская официальная пропаганда ни называла ДНР и ЛНР «террористами», ни одного теракта повстанцы не организовали.
Предположения Вадима Пристайко можно объяснить двумя причинами. Первая – он дурак, который не понимает, что Россия никогда не будет применять военную силу против Белоруссии и любого другого соседнего государства без крайне серьезной угрозы. Как, например, это было в 2008 году в Южной Осетии, когда по распоряжению Михаила Саакашвили были убиты российские миротворцы и существовал серьезный риск геноцида всего осетинского населения республики. Украина после 2014 года живет в значительной степени выдуманной и сконструированной реальности, поэтому утратить адекватное представление о происходящем вокруг может кто угодно, включая министра.
Вторая причина – его заявление является банальным информационным вбросом, призванным отвлечь внимание от серьезных проблем на Украине, где в последние дни разом произошло несколько неприятных для власти событий.
Во-первых, обрушилась легенда о «небесной сотне». Среди назначенных «героев» – погибшая от анафилактического шока слабоумная женщина, убитые в пьяных драках люди, самоубийцы, а также те, кого убивали непосредственно сами «майдановцы».
Во-вторых, итоги поездки Владимира Зеленского в Мюнхен никак нельзя назвать успешными,
в результате один из авторов нового плана мирного урегулирования, глава Мюнхенской конференции по безопасности Вольфганг Ишингер попал в базу сайта «Миротворец» по обвинению в «покушении на суверенитет и территориальную целостность Украины».
В-третьих (это произошло после заявления Пристайко, но вполне возможно он получил информацию по дипломатическим каналам раньше, чем СМИ), в Нидерландах опубликован документ Службы военной разведки и безопасности, согласно которому в зоне крушения малайзийского «Боинга» не было ни одного зенитного ракетного комплекса «Бук». Это разбивает поддерживаемую Украиной версию о том, что самолет был сбит российской ракетой.
Неудивительно, что в подобной ситуации украинские политики придумывают любые поводы, лишь бы сменить повестку дня. Зеленский, к слову, созвал заседание Совета по национальной безопасности и обороне из-за обострения в Донбассе, в результате которого есть жертвы среди украинских военных. Киев, разумеется, обвиняет в срыве мирных переговоров «российских оккупантов». По версии ЛНР, стрельба началась из-за попыток украинской диверсионной группы проникнуть на контролируемую повстанцами территорию.
Очевидно, что пока официальный Киев не перестанет видеть в ДНР и ЛНР «террористов» и «российских оккупантов», все мирные переговоры и соглашения бессмысленны, с террористами переговоров не ведут, а с оккупантами соглашений не подписывают.
Вот и остается в подобной ситуации пугать одних соседей другими.