Владимир Путин принял решение сменить посла России в Белоруссии. В опубликованном во вторник указе сообщается, что «чрезвычайным и полномочным послом Российской Федерации в Республике Беларусь назначен Дмитрий Мезенцев». Другим указом глава государства освободил Михаила Бабича от обязанностей посла, а также от должности спецпредставителя президента по развитию торгово-экономического сотрудничества с Республикой Беларусь.
Слухи об отставке Бабича, проработавшего в Минске меньше года, ходили уже несколько месяцев. На фоне обострившихся противоречий между Москвой и Минском по финансово-экономическим и интеграционным вопросам фигура российского посла то и дело оказывалась в центре внимания белорусской прессы и профильных ведомств.
Причиной тому – активная позиция Бабича в плане защиты российских интересов, которую он не стеснялся озвучивать в СМИ, акцентируя внимание, например, на нелегальном реэкспорте в Россию через Белоруссию продукции из третьих стран, в отношении которых Москва ввела контрсанкции.
Также в одном из своих интервью Бабич оценил уровень российской поддержки Белоруссии в 5–6 млрд долларов в год. По его словам, если Минск хочет внутрироссийских цен на газ, компенсацию налогового маневра, более дешевых кредитов и прочих благ – тогда нужно выполнять соответствующие положения союзного договора и формировать институциональные органы управления Союзным государством.
Но больше всего Минску не нравилась медиаактивность Бабича, разительно отличающаяся от той линии поведения, которой зачастую придерживаются российские дипломаты. Бабич регулярно ездил по регионам Белоруссии, посещал крупные предприятия, общался с бизнесменами и даже контактировал с местной оппозицией. При этом Бабич не делал чего-то такого, что позволяют себе, скажем, посол Британии в Минске Фиона Гибб или посол США в Киеве Мари Йованович.
Однако даже такие действия посла вызывали резкое недовольство со стороны белорусских коллег. И пиком этого стало крайне резкое заявление представителя МИД Белоруссии Анатолия Глаза.
«Отношения между нашими странами и народами гораздо более глубокие и всеобъемлющие, нежели искусственный, подтасованный набор цифр, за которые регулярно хватается российский дипломат. Но это его право – определять для себя планку, которая превращает его в счетовода либо подающего надежды бухгалтера», – сказал Глаз, добавив, что Бабич «не понял разницы между федеральным округом и независимым государством».
По данным источников газеты ВЗГЛЯД, после этого в Москве стали всерьез рассматривать возможность отставки Бабича, на которой настаивала белорусская сторона. Этот вопрос также обсуждался между Владимиром Путиным и Александром Лукашенко в Пекине, где оба лидера находились с официальным визитом, проходившим на фоне кризиса с нефтепроводом «Дружба».
«Отношения между Россией и Белоруссией действительно нуждались в аудите.
Эта процедура время от времени должна проводиться даже в отношениях между союзниками, и именно для аудита отношений, как мне кажется, Бабич был назначен послом в Минск», – заявил газете ВЗГЛЯД президент Российской ассоциации прибалтийских исследований, профессор факультета международных отношений СПбГУ Николай Межевич.
«Наших белорусских друзей, конечно, смутила публичность обсуждения экономических разногласий между Москвой и Минском. Я не сторонник тайной дипломатии, но обсуждение таких вопросов требует тишины», – полагает Межевич.
По его мнению, решение финансово-экономических проблем не предполагает привлечения внимания аудитории непрофильных СМИ, так как человеку без специальных университетских знаний, что в России, что в Белоруссии, тяжело понять специфику обсуждаемых вопросов. Потому одно неправильно использованное слово или термин мгновенно провоцирует конфликт, считает Межевич.
«Другое дело, что белорусская сторона в лице МИДа излишне эмоционально отнеслась к заявлениям Бабича. Они могли бы вспомнить старую советскую шутку «ТАСС уполномочен промолчать», но почему-то решили пойти на эскалацию конфликта. Впрочем, ничего критического в этом нет: в семье тоже бывают эмоциональные споры, но некий микроклимат в отношениях между МИД Белоруссии и послом оказался напряженным. Все это и привело к отставке Бабича», – продолжил собеседник.
Говоря о фигуре нового посла в Минске, Межевич рассказал газете ВЗГЛЯД, что ему удалось познакомиться с Мезенцевым еще в 1990-е, когда тот работал в команде Анатолия Собчака в мэрии Санкт-Петербурга на должности председателя комитета по печати и средствам массовой информации.
Позже Мезенцев защитил диссертацию в СПбГУ на соискание ученой степени кандидата психологических наук и принимал участие в избирательной кампании Владимира Путина в 2000 году.
«Если Бабич – человек суровый и прямой, обладающий бесспорно блестящими качествами, то Мезенцев – представитель другой школы. Он прекрасный специалист в области политической психологии, и ему будет гораздо легче найти контакт с белорусскими коллегами», – предполагает Межевич.
«Вообще отношения между Москвой и Минском на данном этапе требуют от посла набора противоречивых качеств: здесь нужно удивительное сочетание экономической жесткости и дипломатической мягкости. В этой связи фигура Мезенцева выглядит наиболее подходящей», – считает эксперт.
В свою очередь белорусский политолог Алексей Дзермант рассказал о надеждах Минска на дипломатический опыт Мезенцева, приобретенный на должности генерального секретаря Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). По мнению эксперта, благодаря Мезенцеву с мертвой точки может сдвинуться работа межправительственной группы с представителями профильных министерств и ведомств.
«Белорусская сторона надеется на то, что с приходом Мезенцева начнется реальная работа над теми вопросами и проблемами, которые накопились за годы существования Союзного государства», – сказал Дзермант газете ВЗГЛЯД.
Он также отметил, что опыт работы Мезенцева в ШОС – это позитивный фактор.
«У России и Белоруссии выстраиваются двухсторонние отношения с Китаем, и это хорошо. Но союзная политика требует согласованной позиции, чтобы оба государства вырабатывали совместные действия по работе с Пекином. В этой связи Мезенцев, как профильный специалист, должен помочь и России, и Белоруссии», – говорит Дзермат.
«К тому же, в последнее время в наших странах было очень много разговоров о сопряжении ЕАЭС и китайского мегапроекта «Один пояс – один путь», но дальше слов дело не шло. Теперь есть вероятность того, что мы займемся этим вопросом на практике», – надеется Дзермант.
Схожей точки зрения придерживается и Межевич.
«Мезенцев хорош тем, что он был генсеком ШОС и прекрасно знает все нюансы сотрудничества Москвы и Минска с Пекином. Китай как великая держава не заинтересован в противоречиях между нашими странами, так как в его проекте «Один пояс – один путь» Белоруссии отведена особая транзитная роль. Потому любые разногласия между Россией и Белоруссией могут нарушить китайские планы», – поясняет Межевич.
«В этом смысле решение Путина по назначению Мезенцева мне видится удачным, так как он владеет всеми тонкостями больших интеграционных проектов», – резюмировал Межевич.