В минувшее воскресенье жители Аргентины выбрали нового президента страны. По итогам обработки 96,5% голосов экс-премьер министр и перонист Альберто Фернандес набрал 48,06% голосов, а действующий президент страны Маурисио Макри – 40,4%.
Отметим, что для победы в первом туре кандидату, заручившемуся наибольшей поддержкой населения, необходимо было набрать более 45% голосов, либо 40% при условии, что отрыв от его ближайшего соперника составит не менее 10 процентных пунктов. Таким образом Фернандес уже 10 декабря должен вступить в должность президента, с чем его досрочно поздравил Макри, пригласив на встречу для обсуждения передачи дел.
Победа Фернандеса уже вызвала шок в аргентинской экономике, которая долгие годы находится в зависимости от МВФ. Как пишет Telegram-канал «ЛАТАМ», «аргентинцы уже сняли депозиты на сумму более 12 млрд долларов (36,4% от общего объема). И только в пятницу, за два дня до выборов, центральный банк потерял еще 1,8 млрд долларов своих резервов, чтобы сдержать обесценивание национальной валюты». По мнению авторов канала, зарубежные инвесторы и кредиторы опасаются, что будущее правительство Фернандеса «вернется к активному вмешательству государства в экономику».
Отметим, что при Макри, который во внешней политике ориентировался на Вашингтон, положение дел в аргентинской экономике стало совсем плохим. Как пишут эксперты РСМД, внешний долг страны вырос до 278 млрд долларов, что на 72,5% выше, чем в начале президентства Макри. Инфляция по итогам прошлого года достигла 47% и продолжает расти, а уровень бедности вырос до 34% – это почти 16 млн жителей Аргентины. Самого же Макри аргентинцы признали самым худшим президентом в истории.
Потому победа Фернандеса в таком случае неудивительна. Но она была бы невозможной без Кристины Киршнер, которая по итогам выборов займет кресло вице-президента страны. Напомним, в годы ее президентства (2007–2015) отношения между Москвой и Буэнос-Айресом буквально расцвели, что диктовалось не только экономическим прагматизмом, но и теплыми отношениями между Киршнер и президентом России Владимиром Путиным.
Что касается взаимоотношений Киршнер и Фернандеса – их объединяет не только давнее знакомство (Фернандес был премьером страны во времена президентства Нестора Киршнера, покойного мужа Кристины), но и общая идеологическая платформа, имя которой – перонизм.
Это левая аргентинская идеология, связанная с политикой Хуана Перона (возглавлял страну в 1946–1955 и 1973–1974 годах), и которая является альтернативой неолиберализму. Сегодня перонистами называют себя не только местные марксисты, но и либералы-прогрессисты. Любопытно, что еще в 1972 году сам Перон говорил о политических настроениях в обществе так:
«Десять процентов – социалисты, тридцать процентов – радикалы, пять процентов – коммунисты... А перонисты? – спросил его журналист. А перонисты все мы», – ответил он.
Объединяет перонистов разных эпох и склонность к протестам в случае поражений на выборах. Как справедливо заметило издание Би-би-си, «до сих пор все политические противники перонистов досрочно теряли власть – то военный переворот, то кризис. Макри может войти в историю первым исключением из этого правила».
С этим согласна и ведущий научный сотрудник Центра политических исследований Института Латинской Америки РАН, кандидат исторических наук Наиля Яковлева. «Как мы знаем, та же Киршнер, когда проиграла выборы в 2015 году, отказывалась передать власть и всячески избегала этой процедуры», – напомнила Яковлева газете ВЗГЛЯД. По ее мнению, нынешние выборы отодвинули социальный взрыв, происходящий сейчас в соседних странах Латинской Америки.
Но исторический опыт подсказывает, что Аргентина – страна нестабильная, потому «там может произойти все что угодно». «В стране есть очень много неформальных организаций, которые держат улицу под контролем. Но пока все выглядит очень цивилизованно и есть надежда, что все будет нормально», – сказала эксперт.
Говоря о результатах выборов, Яковлева отметила, что из 47% голосов, полученных Фернандесом, большая часть принадлежит сторонникам Киршнер. «Перонисты обладают мощными избирательными рычагами и скрытым избирательным андеграундом, где Киршнер плавает, как рыба в воде. Так что победа Фернандеса – это ее победа», – подчеркнула эксперт.
В то же время главный специалист Института Латинской Америки РАН Владимир Травкин считает, что успех перонистов обусловлен прежде всего ошибками, которые допустил Макри.
«Макри проиграл потому, что проводил неолиберальную экономическую и финансовую политику. Идя на выборы, он говорил о большом уклонении «влево», которое случилось в Аргентине при Киршнер. Однако простой уход в противоположную сторону и
применение на практике праволиберальных рецептов не дали положительных результатов.
Это явление наблюдается и в других странах региона», – сказал Травкин газете ВЗГЛЯД.
Говоря о российско-аргентинских отношениях, Травкин констатировал, что при президенте Макри сильного охлаждения между странами удалось избежать, потому что российская внешняя политика «не строится на идеологической основе». «Но у нас традиционно хорошие отношения с левоориентированными режимами. Мы исходим из прагматических соображений: там, где это выгодно, отношения развиваются», – отметил собеседник.
«Еще с советских времен Аргентина остается импортером продовольствия на российский рынок. А мы им продаем, например, технику, которая необходима для работы в суровых условиях южных районов страны, граничащих с Антарктидой. Потому главное, что характеризует наши отношения – это стабильность», – подчеркнул Травкин.
При этом эксперты опровергли домыслы либеральных СМИ на тему того, что без пяти минут вице-президент Аргентины Кристина Киршнер является чуть ли не «подругой Путина».
«Да, у них хорошие отношения. Благодаря диалогу Путина и Киршнер, между Россией и Аргентиной сформировались отношения всеобъемлющего стратегического партнерства. Они нашли общий язык, а это очень важно и выгодно для нас. Но что касается дружбы – я думаю, это какие-то придумки. Она же не проводит отпуск в Сочи», – заключила Яковлева.