В пятницу нижняя палата испанского парламента, именуемая конгрессом депутатов, вынесла вотум недоверия правительству Мариано Рахоя. Глава Народной партии (НП) возглавлял кабинет с 2011 года. За отставку проголосовало 180 депутатов при необходимых 176.
Любопытно, что после того, как в Испании в конце 1970-х годов восстановили демократию, это первый вотум недоверия правительству. При этом испанцам, как видим, для смены власти не пришлось устраивать майдан в Мадриде. А для решения проблемы каталонского сепаратизма власти не отравляют свои бомбовозы на Барселону, а сменивший теперь Рахоя социалист Педро Санчес оказался полной противоположностью украинскому «Педро» по фамилии Порошенко. Каков же рецепт испанской демократии?
Испанская оппозиция накопила немало упреков к команде Мариано Рахоя. И если большинство из них ему до сих пор удавалось парировать, то с обвинениями в коррупции экс-премьер уже не смог совладать. В конце мая Национальный суд Испании признал виновными по так называемому делу Гюртель 29 бывших бонз правящей Народной партии, которых за отмывание денег и уклонение от уплаты налогов суммарно приговорили к 351 году лишения свободы.
Если раньше Рахою удавалось дистанцироваться от этого скандала, то после ряда разоблачений в прессе выяснилось, что он все же был в курсе махинаций. Этот факт склонил чашу весов в Испании на сторону оппозиции, и она наконец сумела набрать нужное число голосов за вотум недоверия кабинету министров.
Кризисы в Каталонии и в Донбассе: в чем сходство?
«Официальной причиной отставки является коррупционное дело, связанное с финансированием избирательной кампании Народной партии. Это та причина, по которой был вынесен вотум недоверия. Социалистам удалось сплотить такую большую коалицию из восьми различных партий, чтобы добиться этого решения. Перед этим был жуткий скандал в марте – апреле: глава Мадридского региона Кристина Сифуэнтес добровольно ушла в отставку, когда оказалось, что она подделала диссертацию. До этого планировалось, что она в будущем станет преемницей Рахоя на посту премьера. Это все накапливалось и наконец-то прорвалось», – заявил газете ВЗГЛЯД научный сотрудник Центра испанских и португальских исследований Института всеобщей истории при РАН и член испанской Ассоциации исследователей актуальной истории Георгий Филатов и добавил:
«Педро Санчес по испанским законам теперь должен стать премьер-министром. Он был кандидатом и автоматически становится премьер-министром Испании. Это вопрос двух–трех дней, его даже не будут избирать заново».
Такая же история вполне могла бы произойти и с Украиной на стыке 2013/2014 годов, когда тамошняя оппозиция действительно имела немало оснований требовать отставки президента Виктора Януковича в связи с коррупционной деятельностью его ближайшего окружения. Но на Украине мы увидели совершенно «неиспанский» сценарий. Поначалу мирные манифестации быстро переросли в нападения на полицию с применением огнестрельного оружия и бутылок с зажигательной смесью. Количество жертв росло день ото дня, потом начался погром штаб-квартиры правящей партии с убийством случайно оказавшихся внутри людей. Затем произошел штурм резиденции законно избранного президента, государственный переворот, итогом которого стали гражданская война на Юго-Востоке и уход Крыма.
Кризисы в Каталонии и в Донбассе: в чем разница?
Когда в прошлом году в Испании тоже обострилась угроза сепаратизма, эксперты начали проводить параллели между Каталонией и Донбассом. Между ними и впрямь есть немало общего, а разница главным образом заключается в том, как Киев и Мадрид реагируют на вызов.
Как известно, каталонцы получили автономию в 1979 году, а в 2006 году права автономии были расширены. Самоуправление Каталонии опирается на местную конституцию, каталонцы признаются отдельной национальностью в рамках испанской нации, у них есть собственные флаг и гимн, а родной язык – каталанский – официальный наравне с испанским.
Донбассу, да и другим преимущественно русским регионам Украины, так не повезло: после 2014 года слово «федерализация» в Незалежной получило однозначно негативный окрас. Даже устные призывы к нему были приравнены к сепаратизму, а унитарный строй, слабо разбавленный формальной «децентрализацией», признан чуть ли не святыней, которую следует беречь от всяких посягательств.
При этом стоит напомнить, что изначально Донецкая и Луганская народные республики не помышляли о выходе из состава Украины, требуя лишь автономии и расширенных прав.
В отличие от украинского Педро, Педро Санчес уже пообещал, заняв пост премьера, начать переговоры с Барселоной для выхода из тупика, в который вверг Испанию и Каталонию его предшественник Рахой. Тот не желал вести полноценный диалог с законно избранным каталонским лидером Карлесом Пучдемоном. Тем самым Рахой стал главным архитектором каталонской проблемы. Такое жесткое неуступчивое поведение Рахоя отчасти и стоило ему должности.
«Еще одна причина отставки – это общее недовольство политикой Мариано Рахоя в течение последних лет, – говорит Филатов. – Одним из важных факторов стал каталонский кризис, то, что он довел ситуацию до такого кризиса. Рахой не идет ни на какие уступки и к диалогу не готов».
И здесь, конечно, киевским политикам стоило бы поучиться у своих мадридских коллег, которые пока удерживают Барселону под испанской короной без применения бронетехники и артиллерии.