После 13 лет пребывания у власти Реджепа Эрдогана у власти и систематической маргинализации военные вновь начинают усиливать свое влияние в Турции. Турецкие военные и генералитет постепенно возвращаются в качестве основного игрока в турецкую политику. Об этом пишет влиятельная американская газета The Wall Street Journal.
Вашингтон не будет сочувствовать Эрдогану так, как он сочувствовал свергнутому президенту Египта Мухаммеду Мурси
Турецкие военные, которые пережили четыре госпереворота с 1960 года, были маргинализированы после прихода к власти умеренного исламиста, лидера Партии справедливости и развития Реджепа Эрдогана. Однако после начала войны в Сирии, в которой Турция де-факто принимает непосредственное участие, и гражданского конфликта на юго-востоке с Рабочей партией Курдистана (РПК) Эрдоган вынужден мириться с усилением роли военных.
Американское издание подчеркивает, что турецкая армия превращается в центральную силу по принятию политических решений в сфере национальной безопасности, а это, в свою очередь, не может не беспокоить Эрдогана.
Военные против Эрдогана
«Именно турецкие военные являются единственной силой, которая способна и, самое главное, хочет «поставить на тормоза» Эрдогана и создать систему сдержек и противовесов против него», – сказал изданию бывший офицер турецкой армии Метин Гурчан, который в настоящее время работает в качестве военного аналитика в одном из стамбульских центров.
Сирийская компания усилила трения между условными турецкими исламистами во главе с Эрдоганом и военными. В целом военные относились скептически к участию Турции в сирийской войне. Наряду с этим планы Эрдогана по созданию буферной зоны на севере Сирии и отправка турецкого спецназа в Сирию и Ирак были восприняты военными в штыки. Именно твердая позиция военных не позволила Эрдогану масштабно и в открытую вмешаться в сирийский кризис, пишет Wall Street Journal.
Возможность переворота
Подобной точки зрения в США и ЕС придерживаются многие. Так, американский эксперт по Ближнему Востоку и Турции, бывший сотрудник Пентагона Майкл Рубин предрек военный переворот в Турции в статье, опубликованной на сайте Американского института предпринимательства.
Турция понимает, что Эрдоган ведет ее к краю пропасти, и турецкие военные тоже это осознают. «Если турецкие военные задумают свергнуть Эрдогана и упрятать его внутренний круг за решетку, смогут ли они выйти сухими из воды? Да, с точки зрения аналитики, а не с точки зрения одобрения действий такого рода», – утверждает Рубин.
Вашингтон не будет сочувствовать Эрдогану так, как он сочувствовал свергнутому в 2013 году президенту Египта Мухаммеду Мурси. И демократы, и республиканцы будут готовы работать с новым режимом, считает Рубин. Членство Турции в НАТО не станет помехой для возможного военного переворота, добавил он.
Вышел из-под контроля?
Напомним, что за последние месяцы президент Турции начал преследования своих политических оппонентов, сажает в тюрьму представителей оппозиции. Более того, в Турции оказывается систематическое давление на прессу, закрываются издания и газеты.
#{smallinfographicleft=780808}Наряду с этим ранее в этом месяце Эрдоган пригрозил распустить Конституционный суд страны. Эрдоган обвинил его в нарушении конституции в связи с освобождением двух журналистов, арестованных ранее за публикации о тайных поставках оружия сирийским джихадистам со стороны спецслужб Турции, пишет турецкая газета Hurriyet.
«Конфликт усиливается и приобретает идеологический характер»
Главный редактор журнала «Проблемы национальной стратегии» Российского института стратегических исследований (РИСИ), политолог Аждар Куртов отметил в беседе с газетой ВЗГЛЯД, что конфликт между турецкими военными и Эрдоганом имеет давнюю историю, однако сегодня он усиливается из-за событий в Сирии и Ираке.
«Взаимоотношения Эрдогана и офицерского корпуса очень сложные. Действительно, военные очень недовольны Эрдоганом. События в Сирии и Ираке лишь усилили конфликт между ними. Исторически военные всегда имели огромную власть и почет в Турции. Более того, это было узаконено при Ататюрке. Потом военные трижды совершили перевороты (в 1960, 1971 и 1980 годах – прим. ВЗГЛЯД), и еще один почти совершили в 1997 году. С приходом Эрдогана роль армии изменилась», – напомнил эксперт.
#{interviewpolit}Собеседник отметил, что с приходом к власти Эрдогана военные были отстранены от власти. «Дело в том, что главной особенностью турецких военных является их приверженность к охране светских традиций Мустафы Кемаля Ататюрка», – отмечает Куртов.
Особая роль армии в турецкой политике связана с фигурой самого отца-основателя Турецкой Республики, Мустафы Кемаля – кадрового офицера османской армии, военачальника в годы Первой мировой, победителя в войне за независимость 1919–1923 годов. Ближайший сподвижник Ататюрка в годы войны, начальник генштаба и преемник на посту президента Исмет Инёню активно присутствовал в турецкой политике вплоть до 1972 года. И, как было сказано выше, армия всегда воспринимала себя в качестве гаранта республиканского и светского характера государства.
«Сложившиеся традиции ломает Эрдоган, насаждая исламские принципы, – отмечает Куртов. – В результате конфликт между ними усиливается и приобретает идеологический характер. Что бы ни говорил Эрдоган, он целенаправленно и осознанно ведет Турцию к исламской форме правления. Военные против этого».
Три с половиной переворота
Вышеупомянутые случаи открытого вмешательства армии в турецкую политику проходили в целом по схожему сценарию.
В 1960 году генерал Джемаль Гюрсель, ушедший в отставку с поста командующего сухопутными войсками (из-за несогласия с действиями премьер-министра, лидера демократов Аднана Мендереса, использовавшего армию для подавления студенческих волнений), произвел переворот и первым делом заявил, что Турция будет следовать заветам Ататюрка, и одновременно – обязательствам в рамках НАТО.
В 1971 году в Турции активизировались как левацкие – рабочие и студенческие – движения, так и исламистские и националистические организации. В том числе заявили о себе известные впоследствии «Серые волки». Противостояние левых и правых ультрас привело к волне насилия и серии взрывов и нападений. Происламская Партия национального порядка, во главе которой стоял «духовный отец» Эрдогана – Неджметтин Эрбакан, рвалась к власти, открыто отрицая светский характер республики.
Умеренная Партия справедливости, во главе которой стоял премьер Сулейман Демирель (впоследствии еще четыре раза занимавший пост главы правительства), не справлялась с ситуацией, что вновь заставило вмешаться армию. Генштаб выпустил «меморандум» – фактически ультиматум, после чего премьер был отстранен военными. Впрочем, к концу десятилетия ситуация вновь дестабилизировалась. Фактическая гражданская война, которую развернули, с одной стороны, «Серые волки» (атаковавшие не только политических оппонентов, но и представителей нацменьшинств), и с другой – маоистский «Революционный путь», активизация фундаменталистов из партии Эрбакана и нестабильность во власти вновь побудили военных «нажать на стоп-кран».
1 января 1980 года начальник генштаба генерал Кенан Эврен и командующие родами войск и жандармерией посетили президента Фахри Корутюрка и вручили ему очередной меморандум, с предупреждением – если власть не справится с ситуацией, «армия выполнит свой долг по охране и опеке республики». После переворота армия (взявшая власть под лозунгом спасения страны от фашизма, коммунизма, курдского сепаратизма и религиозного сектантства) действовала весьма жестко: 50 человек были казнены, от 250 тыс. до 650 тыс. – заключены в тюрьмы, 1,6 млн попали в черные списки. Как бы то ни было, волну насилия удалось сбить, а экономическое положение – стабилизировать.
И наконец, «недопереворот» 1997 года обошелся без насилия – бывший тогда премьер-министром страны умеренный исламист Неджметтин Эрбакан – политический наставник Реджепа Эрдогана – ушел в отставку под давлением военных.
Дело «Эргенекона»
В 2007 году Эрдоган, который к тому моменту уже пять лет находился на посту премьера, видимо, «сыграл на опережение». Было объявлено о раскрытии правоохранителями заговора, в который был вовлечен ряд высокопоставленных военных, чинов службы безопасности, бизнесменов, профсоюзных лидеров и общественных деятелей из числа оппонентов режима. В частности, заговорщиком был объявлен генсек левокемалистской Рабочей партии Турции Догу Перинчек, приговоренный к 117 годам тюрьмы.
По версии правоохранителей, участники заговора принадлежали к тайной организации «Эргенекон», связанной с армейскими кругами. Критики Эрдогана считают дело сфабрикованным ради «зачистки» оппозиционно настроенных представителей военной элиты и наиболее последовательных критиков эрдогановского «умеренного исламизма» из числа кемалистов.