Нужно понимать, что сенаторы выбрали президента США в качестве итогового адресата своей петиции («большого белого царя»), поскольку их эпистолярная тяжба с директором ЦРУ Джоном Бреннаном длится уже полтора года и результата не принесла. Конфликт разгорелся еще летом 2014-го, когда в терминальную стадию перешла подготовка сенатского доклада о пытках ЦРУ в тайных и не очень тайных тюрьмах.
Изворотливый, хитрый и говорливый очаровашка-итальянец Панетта без проблем задурил голову «еврейским девушкам из комитета». А вот при резком, грубоватом и прямолинейном ирландце Бреннане все пошло не так
В 2008 году Обама активно использовал лозунги «я закрою Гуантанамо» и «нет незаконным методам допросов» в качестве предвыборных ходов. И тогда же комитет Сената по разведке начал мучительное расследование всех художеств ЦРУ, а не только наиболее известного эпизода – пыток в тюрьме Абу-Грейб. Со временем актуальность миротворческих лозунгов лауреата Нобелевской премии мира сошла на нет, а вот разоблачительный запал Сената остался на прежнем уровне – комиссия продолжала свою работу. С 2010 года и ее конфликт с ЦРУ принял открытый характер, а спустя еще четыре года перешел в рукопашную.
Оперативные сотрудники ЦРУ умудрились уничтожить более сотни видеофайлов с допросами, в ходе которых применялись незаконные методы. В ответ Сенат решил проводить расследование без участия ЦРУ, самостоятельно. Управление в качестве своего ответного хода внедрилось в компьютерную систему Сената и принялось в систематическом порядке просматривать материалы комитета по разведке, чтобы быть в курсе, чего «враги накопали».
Важно, что ЦРУ не имеет права заниматься вообще какой-либо деятельностью на территории США, это ведомство заточено исключительно на внешнюю разведку. На сей счет есть внутреннее законодательство, а также специальные ведомственные инструкции. И это не говоря уже о том, что сенаторы США пользуются исключительной системой неприкосновенности, а материалы сенатского комитета по разведке – одни из самых секретных по американской градации секретности документов. Если уж так приспичило, то существуют ФБР, ATFE и некоторые другие внутренние агентства, которые с судебной санкции могут прослушивать и перлюстрировать сенаторов, опираясь, например, на «Акт о патриотизме». Другое дело, что никаких доказательств преступной деятельности сенаторов не было, а было простое желание ЦРУ обезопасить себя доступными и привычными методами.
Сенаторы-республиканцы Данни Файнштейн и Саксби Чэмблисс (председатель и вице-председатель сенатского комитета по разведке), обнаружившие вмешательство ЦРУ в свои компьютеры, возмутились первыми. Выяснилось попутно, что помимо конституции и местных законов существует еще и специальное отдельное соглашение между ЦРУ и комитетом по разведке, которое запрещает подобного рода вмешательства. Его шпионы тоже нарушили.
ЦРУ принялось защищаться. Сперва генеральный инспектор генерал Дэвид Бакли (формально эта должность гражданская и выдается почитателями либеральной демократии американского образца как «гражданский контроль за спецслужбами») заявил, что сотрудники ЦРУ, которые взломали компьютеры сенаторов и скачивали оттуда документы, «не знали, что нарушают федеральные законы» (как дети малые, честное слово). Через 10 дней после заявления генерала Джон Бреннан был готов извиниться, поскольку с точки зрения ЦРУ конфликт был исчерпан. Он написал трехстраничное письмо на имя сенатора Чэмблисс, в котором фактически признал, что факт прослушки имел место, но не повлек за собой угрозу национальной безопасности. Об изначальном вопросе – пытках ЦРУ в тайных тюрьмах – речь уже не шла.
Но сенатор Чэмблисс обратила внимание на то, что под письмом, которое в обиходе стали называть «Brennan's mea culpa», отсутствует, собственно говоря, подпись самого директора ЦРУ. Это был отпечатанный на компьютере бланк со всеми нужными атрибутами, кроме самой малости – личной подписи. Раз Бреннан отказался подписывать извинительное письмо, конфликт тут же перешел в личную стадию, как и многие конфликты, в которых затронуты не только государственные интересы, но также персональные амбиции и даже честь.
И вдруг выяснилось, что у сотрудников сенатского комитета по разведке как-то не так работает Гугл. Выяснение заняло примерно год, зато дало поразительные результаты.
В 2009 году ЦРУ заключило контракт на 40 миллионов долларов с фирмой из Массачусетса Centra Technology. Эти милые люди занялись настройкой Гугла и файловой системы для членов сенатского комитета по разведке. По итогам их работы в Лэнгли могли спокойно отслеживать работу сенаторов: кто какие файлы запрашивал, что с ними делал, кому пересылал – и тому подобное. Даже поисковые запросы законодателей оказались под контролем. При этом Centra что-то такое встроила в гугл-движок законодателей, что он отказывался находить для сенаторов те документы, которые ЦРУ хотело бы скрыть. Это уже что-то принципиально новое в шпионском деле – заставить законодателя верить в то, что кое-какие документы не существуют, потому что их не находит Гугл.
И если вы согласны с этим, то проинфомируйте меня ближе к вечеру. Я к этому времени уже напьюсь до приятной оцепенелости
Тут, впрочем, необходимо пояснить, что это не простой Гугл, а «правительственный», он подсоединен к внутренней системе передачи данных между Сенатом и ЦРУ. Впервые эта система была опробована еще при прежнем директоре ЦРУ Лео Панетте. У Сената есть собственная система безопасности, располагающаяся в Харт Офис Билдинг, там же (физически) находится и специальная компьютерная сеть Сената. Ее-то и переподчинили подконтрольной ЦРУ частной фирме «на аутсорсинге». Предлагая Сенату «объединить усилия» в сфере компьютерной безопасности, Панетта апеллировал к традиционному шпионскому страху: чувствительности разведки к информации. Мол, есть риск обнародовать имена или псевдонимы сотрудников и агентуры, это обычно и говорят спецслужбы, когда хотят или действительно обезопасить агентуру, или задурить голову гражданским.
Панетте как-то удалось договориться с Файнштейн, в результате 15 сотрудников ЦРУ с максимальным допуском переработали более двух тысяч страниц информации, проходившей через сенатский комитет. Панетта требовал от них не разглашать географические данные о тайных тюрьмах ЦРУ, чтобы действительно не подставлять сотрудников, агентов и даже целые страны.
Изворотливый, хитрый и говорливый очаровашка-итальянец Панетта без проблем задурил голову «еврейским девушкам из комитета». А вот при резком, грубоватом и прямолинейном ирландце Бреннане все пошло не так.
Файнштейн утверждает, что ЦРУ отделило компьютерную систему, связанную с Сенатом, от собственной компьютерной сети и занялось уже не сотрудничеством, а элементарной прослушкой, тогда как Меркель прослушивать можно, а Сенат нельзя. ЦРУ сменило характер общения и принялось огрызаться, порой в крайне развязной манере. Например, оперативный сотрудник мог написать сенатору: «Если сделали какие-то пометки на оперативных материалах, то я хочу, при всем уважении к чести каждого члена палаты, пересмотреть эти заметки с помощью офицеров и редактуры. И если вы согласны с этим, то проинфомируйте меня ближе к вечеру. Я к этому времени уже напьюсь до приятной оцепенелости».
Бреннан и вовсе стал игнорировать печальные мольбы сенатского комитета. В январе 2016 года сенаторов наконец прорвало, и они написали непосредственно президенту Обаме с просьбой «приструнить холопов». Причем документ подписали три сенатора-демократа – Рон Уайден, Мази Хироно (уроженка японской префектуры Фукусима и член комитета по вооруженным силам) и Мартин Хайнрих (также член комитета по вооруженным силам), формально к комитету по разведке отношения не имеющих.
Челобитная Обаме выдержана в очень мягких и просительных выражениях, а общий смысл «требований» сводится к тому, чтобы больше такого не было, поскольку это неприемлемо в условиях демократии. Такой примирительный тон (по-английски это звучит как мультфильм, а не официальный донос парламентариев на сотрудников разведки за их неправомочные действия) свидетельствует о неспособности сенатского комитета не то что взять ЦРУ в укорот, а просто даже привлечь их к ответственности за нарушение всех мыслимых законов и норм поведения. Да, ЦРУ сейчас активно борется за свое место под солнцем после двадцати провальных лет, но попытка контролировать расследование Сената – действительно страшное преступление. То ли еще будет.