Власти Белгородской области создали на границе с Украиной семь батальонов территориальной обороны из трех тысяч человек. По словам губернатора Вячеслава Гладкова, тероборона уже вполне боеспособная единица, которая тренируется в регионе с ноября прошлого года, передает «Коммерсант».
Однако у бойцов нет оружия, поэтому правительство области, отметил глава региона, рассматривает возможность им его предоставить, чтобы дать врагу отпор «профессионально, а не любительски». Гладков добавил, что с точки зрения самообороны вооружить отряды будет правильно, но действовать нужно в рамках закона. Не исключено, что региональному руководству придется инициировать внесение изменений в законодательство, добавил он.
Напомним, статус теробороны прописан в ст. 22 закона «Об обороне». Из него следует, что деятельность теробороны возможна исключительно в период военного положения. Это охрана важных государственных объектов, обеспечивающих жизнедеятельность населения, функционирование транспорта, связи, энергетики.
Тероборона участвует в борьбе с диверсионно-разведывательными группами и незаконными вооруженными формированиями. Штабы территориальной обороны создаются в регионах и на территориях, где действует военное положение, ими руководят главы субъектов или главы местных администраций.
При этом вопрос о возможном вооружении теробороны возник после того, как в понедельник на территорию Белгородской области проникла с Украины диверсионно-разведывательная группа. Почти на сутки в регионе был введен режим контртеррористической операции (КТО), было уничтожено до 70 украинских террористов. Губернатор уточнил, что привлекать отряды теробороны для противостояния этим диверсантам не пришлось.
В апреле глава рабочей группы по вопросам спецоперации Андрей Турчак на встрече с президентом России Владимиром Путиным предложил законодательно закрепить право на ношение и применение оружия для участников территориальной обороны. По его словам, люди активно идут в эти формирования, участвуют в охране мостов, различных объектов, патрулируют территории и «помогают органам внутренних дел в охране общественного порядка».
«Вместе с тем правовой статус этих формирований сейчас крайне ограничен, и главное, что у них нет права на ношение и применение оружия. Предлагаем на законодательном уровне этот пробел устранить», – говорил Турчак, который также возглавляет генсовет «Единой России».
В Госдуме поддержали позицию Гладкова и Турчака. Депутат от Ростовской области Александр Бородай заявил, что территориальную оборону и народные дружины нужно обязательно наделить правом ношения и применения оружия. «Я за то, чтобы государство на законных основаниях вручило оружие тем, кто готов защищать Родину. Это будет абсолютно правильно», – заявил Бородай.
Политик рассказал, что недавно лично встречался в Белгородской области с руководителем местной теробороны. «На мой взгляд, это возмутительно, что у этих людей до сих пор нет оружия на руках. Это некий пережиток советской эпохи», – добавил депутат.
Однако в экспертной среде нет однозначного мнения о том, на каком этапе и в каком порядке нужно вооружать отряды теробороны.
«Эти подразделения могут создаваться по подобию муниципальной милиции, которая появилась в России в начале 90-х годов и была эффективна на короткий промежуток времени. Речь должна идти о том, чтобы эти дружины действовали лишь на период СВО», – считает подполковник запаса МВД Олег Иванников.
Он назвал давно назревшим решением расширить правовой статус народных дружин, но вопрос оружия «требует оперативной проработки». «В большинстве случаев в отрядах теробороны служат бывшие сотрудники правоохранительных органов, Вооруженных сил России и прочих силовых ведомств. Они по состоянию здоровья или по возрасту не могут быть участниками СВО, но хотят добросовестно послужить родному краю и принести пользу, оберегая своих близких от противоправных действий преступного украинского режима», – говорит эксперт.
Член Совета по внешней и оборонной политике, генерал-майор внутренней службы в отставке Владимир Ворожцов напомнил, что в истории России подобные отряды назывались народным ополчением, как это было во времена Минина и Пожарского и Отечественной войны 1812 года, а в период Великой Отечественной войны подобные функции выполняли истребительные батальоны.
«Но нам нужно четко определить задачи этих формирований. Вопрос оружия должен подниматься в самую последнюю очередь. В целом ряде государств есть добровольные силы охраны порядка, которые во многом выполняют роль наблюдателей, разведчиков и информаторов», – отметил Ворожцов.
Он считает, что при формировании народного ополчения нужно решить вопросы юридического статуса, боевой подготовки, дислокации, организации взаимодействия с армейскими подразделениями, правоохранительными органами и спецслужбами. «Только после этого необходимо решать вопрос об их вооружении», – поясняет генерал-майор.
Иванников согласен, что право на ношение оружие сопряжено с риском повышенной опасности. «За этими подразделениями должен быть особый контроль. Поэтому в будущих нормативно-правовых актах нужно ограничить срок действия права на ношение и применение оружия рамками проведения СВО», – уверен подполковник запаса МВД.
По словам эксперта, критики вооружения отрядов теробороны указывают на дополнительные расходы, но эти расходы и так неизбежны. «Речь идет о помещениях, где они будут дислоцироваться, о комнатах хранения оружия, о материально-техническом обеспечении», – уточняет Иванников.
«В целом же эти подразделения должны действовать в тандеме с Росгвардией, МВД, ФСИН, ФСБ и Минобороны. То есть это будет серьезная деятельная помощь в борьбе с терроризмом преступного режима, который развязал войну с мирным населением на территории Белгородской, Курской и Брянской областей», – полагает собеседник.
При этом любое подразделение должно проходить полноценную переподготовку и боевое слаживание.
«Если человек служил 30 лет назад, то в ряде случаев он вообще не знаком с современными видами оружия. Дайте ему огнемет «Шмель» или ПТУР. Много людей умеют ими пользоваться? Каждый должен пройти переподготовку, получить соответствующий статус и только потом уже можно ставить вопрос об оружии», – предупреждает Ворожцов.
Если же законодатели откажутся вооружать бойцов теробороны, то Иванников предлагает привлечь дружинников для охраны порядка внутри региона, а «высвободившиеся силы полицейских и росгвардейцев направить на охрану границы». «Задачу нужно продумывать комплексно и прописывать ее в концепции развития добровольных народных дружин», – считает эксперт.
Ворожцов в свою очередь добавляет: «В данном случае одним федеральным законом не обойдешься». «Здесь потребуется вносить изменения в два-три десятка нормативных актов. В том числе в законы «О противодействии терроризму», «Об обороне», «Об оружии» и так далее», – говорит он.
На этом фоне депутат Госдумы Анатолий Вассерман ставит вопрос иначе: «Любой, кто выступает против вооружения теробороны, вольно или невольно оказывается союзником нашего противника». По его мнению, поправки, регламентирующие правовой статус этих формирований, должны предложить сами организаторы народного ополчения и главы регионов. «Им видней, какие права и возможности им могут понадобиться. А депутаты проанализируют эти запросы», – объясняет политик.