В ночь на вторник ВС Украины запустили два беспилотника для атаки по объектам инфраструктуры в Краснодарском крае и Адыгее. Подразделения радиоэлектронной борьбы ВС России подавили атаку. Дроны потеряли управление, один упал в поле, другой отклонился от траектории полета, сообщает Минобороны в своем Telegram-канале.
В этот же день дежурные силы Западной зоны ответственности за ПВО провели тренировку взаимодействия с гражданскими органами управления воздушным движением. Военные отработали обнаружение, перехват и идентификацию условного нарушителя с помощью истребителей.
Также они проверили взаимодействие с экстренными службами и силовыми ведомствами в чрезвычайной ситуации. В петербургской мэрии заявили о временном закрытии неба над аэропортом Пулково. В экстренных службах сообщали, что небо закрывали якобы из-за неизвестного объекта. Позже ограничения сняли.
Также 28 февраля очевидцы заметили беспилотник в небе над нефтебазой на Индустриальной улице в Туапсе. Накануне ночью на базе произошел пожар площадью 200 кв. м, его вовремя потушили. Огонь не затронул нефтяные резервуары, разлива не было, пострадавших нет.
Позже в этот день в районе Коломны в Московской области упал БПЛА. По словам главы региона Андрея Воробьева, целью мог быть объект гражданской инфраструктуры, но жертв и разрушений на земле нет. «ФСБ и другие компетентные органы занимаются ситуацией, безопасности жителей ничего не угрожает», – написал он в своем Telegram-канале. Известно, что это был БПЛА иностранного производства.
Примечательно, что во вторник немецкий оборонный концерн Rheinmetall AG отчитался о поставках на Украину автоматических систем разведки с использованием беспилотников, передает «Интерфакс». Системы SurveilSPIRE состоят из мобильных наблюдательных пунктов, оснащенных камерами, мини-беспилотниками и комплексом управления. Для передачи изображений используют сети 4G и Starlink, а энергию получают от солнечных батарей.
«Подобными атаками решаются две задачи. Первая – «прощупывание» нашей системы ПВО. Вторая – вопрос репутации. ВСУ как бы показывают западным союзникам, что при должном техническом оснащении они способны достичь любой точки в европейской части России. Однако наши специалисты своевременными действиями дают понять, что это не так», – пояснил бывший командующий зенитными ракетными войсками Командования специального назначения Сергей Хатылев.
«Как противодействовать таким атакам? О важном шаге в этом направлении сообщалось накануне: войсковая ПВО выведена из Сухопутных войск и переподчинена командованию Воздушно-космических сил. Это приведет к улучшению работы ПВО в масштабах страны», – указал он.
«Также этот шаг позволит эффективнее бороться с малыми беспилотниками, потому что в «сухопутной версии» ПВО сосредоточено больше профильных систем: «Тор-М1», «Стрела-10», «Оса». У нас будет эшелонированная ПВО, управляемая в автоматическом режиме. Это позволит уничтожать в том числе малоразмерные цели и эффективнее вести разведку», – пояснил эксперт.
«Кроме того, в каждом подразделении должны нести круглосуточное боевое дежурство посты визуального наблюдения с мощными стереотрубами и другим оборудованием. Сам военный должен по силуэтам уметь распознать модель военного самолета или ракету (например, «Точку-У») и различать беспилотники. К сожалению, такая практика у нас сложилась не везде», – сказал он.
«Также желательно подумать над тем, чтобы разместить полки ПВО не только в районе каждого областного центра – Белгорода, Курска, Брянска, но и вдоль госграницы. К тому же рядом с каждым С-400 нужно поставить «Панцирь-С1» для работы по маловысотным целям», – добавил собеседник.
Схожей точки зрения придерживается эксперт в области беспилотной авиации Денис Федутинов. По его словам, главные цели применения подобных БПЛА – нанесение материального и связанного с ним репутационного ущерба. «Дроны зачастую нацеливаются не только на военные, но и на гражданские объекты, причем самые чувствительные. Ранее дроны-камикадзе уже атаковали объекты нефтепромышленности», – напомнил Федутинов.
«Ущерб вроде как небольшой, но он все равно нередко превышает затраты на атаку. Дешевые беспилотники однократного применения ВСУ могут собирать самостоятельно или закупать на внешнем рынке по весьма невысокой цене. Теоретически ВСУ тут могут брать количеством, а не качеством техники. И какая-то из атак может привести к болезненным последствиям для нас», – отметил он.
«Что касается собственно пользы для НАТО и США, то с дронов они ведут разведку и наблюдение вдоль границ на достаточно большую глубину, мониторя военную активность, а также выявляя позиции средств ПВО, разведки и связи», – сказал аналитик.
«Одними только системами ПВО мы не закроемся от подобных атак. России нужно активнее создавать и внедрять технику, специально разработанную для борьбы с БПЛА, в том числе интегрируя новые решения с имеющимися. Прежде всего я говорю о системах радиоэлектронной борьбы, позволяющих блокировать каналы связи с БПЛА и спутниковыми системами навигации», – пояснил Федутинов.
«Отдельно подчеркну: если российская промышленность в каких-то ситуациях сталкивается с трудностями в обеспечении пиковых потребностей военных в такого рода системах, они вполне могут быть закрыты за счет импорта из дружественных стран», – сказал специалист.
«Поэтому нужно со всей серьезностью отнестись к происходящему. Рано или поздно какой-нибудь беспилотник противника вполне может прорваться к Москве. И тогда, даже если не будет жертв и материального урона, пропаганда противника раскрутит этот эпизод на полную катушку. Этого нужно избежать», – резюмировал Федутинов.