В опросе газеты ВЗГЛЯД «Вы верите в версию об искусственном происхождении коронавируса?» приняли участие почти 40 тысяч человек. Около 85% из них ответили: «Да, верю».
Верящих легко понять: официальная версия происхождения COVID-2019 пестрит нестыковками, а конспирология в области международных заговоров и смертельно опасных исследований особенно привлекательна.
Меж тем, если смотреть на эту ситуацию с научной точки зрения, искусственное происхождение самого знаменитого на сегодняшний день коронавируса маловероятно. Объяснение этому лежит в самой природе вирусов – организмов, систематика которых до сих пор четко не определена.
Их отличительной особенностью является то, что они способны воспроизводить себе подобных только внутри живой клетки, пользуясь ее ресурсами. То есть они по определению паразиты.
Проникнуть в защищенную мембраной клетку и покинуть ее в компании новых вирусов – задача крайне трудная. Говоря бытовым языком, для этого вирус должен иметь при себе два «ключа» – на вход и на выход. Роль ключей или сигналов типа «свой-чужой» выполняют белки. У коронавирусов они расположены на кончиках покрывающих их «шипов».
Эти «ключи» уникальны, как уникальна произвольная пара «пароль и отзыв». Система распознавания наших клеток закалена миллионами лет эволюции и чрезвычайно надежна – в противном случае вирусы умертвили бы на планете все живое. Зато у них есть собственный «бонус»: будучи предельно примитивными организмами, они очень легко мутируют и обзаводятся новыми «ключами».
Кстати, на блокировании «ключей» строится работа ингибиторов – противовирусных препаратов, благодаря которым, например, ВИЧ в современном мире уже не смертелен: вирус не исчезает из организма полностью, но теряет способность размножаться и передаваться другим людям.
Считается, что на планете миллионы видов вирусов. И каждый из них на уровне отдельно взятого организма сконцентрирован на том, чтобы стать болезнетворным – проникать в клетки и размножаться за их счет. «Подбор ключей» в ходе мутации можно сравнить с вычислительным процессом многих миллиардов компьютеров, эффективность которого в плане выработки биологического оружия измеряется количеством опасных для человека вирусов. А их немного – благо, помимо нужных «ключей», нужно обладать еще и дополнительными характеристиками: устойчивостью, «заразностью», смертоносностью и так далее.
Когда мы говорим об искусственном происхождении COVID-2019, мы очень сильно льстим своему уровню научно-технического прогресса. Он и близко не подразумевает тех «вычислительных мощностей», которые есть в совокупности у вирусов в их «естественной» среде обитания.
В НИИ Скриппса, крупнейшем частном центре биомедицинских исследований в США, проанализировав геном терзающего планету коронавируса, так и пишут: COVID-2019 слишком сложен и, если хотите, совершенен для того, чтобы его можно было создать на текущем уровне развития науки и техники.
Приземленно выражаясь, мы можем вывести новую породу собак, но крылатого медведя – не можем. А все известные человечеству опасные патогенные вирусы – это своего рода крылатые медведи.
Однако то, что теория искусственного происхождения эффективного болезнетворного вируса маловероятна, не означает того, что подобное полностью исключено. Если искать клад не в произвольной точке мира, а с приблизительной картой на руках, может улыбнуться удача.
В 2015 году она улыбнулась ученым из университета Северной Каролины, изучавшим как раз коронавирусы.
Эта группа вирусов (всего известно около 40 видов) в плане возникновения новой и опасной для человека заразы выглядела особенно перспективно. В основном ее представители вызывают заболевания у животных, в том числе и смертельные, но мембрана человеческих клеток их надежно блокирует. Однако хорошо известны два исключения – атипичная пневмония (SARS) и ближневосточный респираторный синдром (MERS).
В первом случае речь идет о мутировавшем коронавирусе, поражавшем циветт, во втором – верблюдов. Выявленный уровень смертности от них гораздо выше, чем от COVID-2019 (10% для SARS, 25% для MERS), правда, они менее «заразные». Но для нашего примера важно то, что эти коронавирусы обладают необходимым набором ключей-белков, чтобы эффективно проникать в клетки человека и распространяться дальше.
Соединив «ключи» коронавируса SARS с коронавирусом, вызывающим легочное заболевание у азиатских подковоносов, ученые получили новый штамм, теоретически способный вызвать эпидемию. Теоретически, потому как никто не испытывал на практике, насколько новый коронавирус заразен и уязвим для иммунной системы человека.
В любом случае это исследование вызвало переполох в научных кругах – даже сами авторы перепугались своего успеха. Но американские власти перепугались еще раньше, введя в 2014 году запрет на исследования, подразумевающие создание новых болезнетворных организмов. Поэтому то, что начиналось в Северной Каролине, закончилось в Китае, конкретно – в Уханьском институте вирусологии. Именно его конспирологи называют возможным местом утечки нового коронавируса, вину за появление которого китайцы изначально возлагали на уханьский рынок, где жарят летучих мышей.
Это, конечно, особенно подозрительно: мало ли в Китае и в мире рынков, где жарят летучих мышей, но сдетонировало именно в том районе, где располагается наиболее современный, строго засекреченный и не имеющий в КНР аналогов институт вирусологии, в котором должен храниться штамм искусственно созданного коронавируса.
Как следствие, между США и КНР сейчас разворачивается коронавирусная информационная война.
Для Америки борьба с пандемией грозит стать рекордно затратной, а лично для Дональда Трампа ставит под большой вопрос его переизбрание президентом на второй срок. Учитывая антикитайский настрой действующей администрации, неудивительно, что на Пекин посыпались обвинения в диверсии – американские журналисты и политики любят конспирологию ничуть не меньше, чем наши.
Пекин не только защищается, но и атакует в ответ: в китайских СМИ немало материалов о том, что коронавирус может иметь американское происхождение. Понятно, что их авторы ссылаются на китайских же ученых, в свободе высказывания которых есть основания сомневаться. Понятно и то, сколь велико в данном случае желание спихнуть с себя ответственность за накрывшую планету пандемию, сопровождающуюся тысячами смертей и миллиардными убытками.
Однако, если иметь в виду тот самый коронавирус летучих мышей, экспериментировать с которым начали в Северной Каролине, Китай можно считать оправданным. Как следует из процитированного выше исследования НИИ Скриппса, новый коронавирус – это именно что уникальный организм, а не тот случай, когда за основу были взяты SARS, коронавирус подковоносов или любой другой известный науке вирус.
В калифорнийском НИИ Скриппса могут чистосердечно заблуждаться, но врать им бессмысленно. Геном COVID-2019 расшифрован, его образцы теперь (к сожалению) есть повсеместно, так что коллеги-вирусологи из других стран калифорнийцев обязательно поправят – это вопрос недолгого времени.
Таким образом, к утверждениям о том, что коронавирус может иметь искусственное происхождение, нужно относиться с большой осторожностью: создать такую заразу «с нуля» для современной науки невозможно, а методом Франкенштейна –возможно, но не так, чтобы это не оставило следов и объект нельзя было идентифицировать как искусственный.
При этом с ходу и на все 100% можно исключать возможность создания вирусного оружия, которое поражало бы только представителей определенной национальности или расы. Пока от COVID-2019 заболевали исключительно в Китае, приписывание ему «расистских» свойств можно было встретить сплошь и рядом. В реальности клетки у китайцев и людей любых других национальностей схожи, а потому одинаково уязвимы для одного и того же белкового «ключа».