Выступление Германа Грефа на панельной дискуссии Сбербанка в рамках Восточного экономического форума, посвященной образованию, изобиловало яркими заявлениями и душещипательными моментами:
«Вот эта пауза в классе, моя фамилия когда-то начиналась на букву «г» (неясно, почему «когда-то», но так в цитате на ТАСС – прим. ВЗГЛЯД). И вот это когда «сегодня будет отвечать», и рука учителя начинает... И у меня сердце сжимается. Потом я считаю, применяя все свои математические способности, чтобы подсчитать, с какой скоростью движется палец и в какой части располагается моя фамилия на букву «г». Потом я понимаю, что он ее перевалил, я выдыхаю, и тут палец возвращается обратно», – рассказ Грефа напоминал описание сценки из фильма ужасов.
«Я вам честно скажу одну из главных вещей, которые я вынес из школы – я ненавижу процесс оценивания, я ненавижу экзамены.
Это катастрофа... Мы из школы выпускаем людей уже с инвалидностью, что его всю жизнь будут оценивать... Одна из моих личных целей – убить экзамены»,
– признался глава Сбербанка.
Отметим, что неоднократные психотравмы, заработанные при подсчетах движения пальца учителя, и полученная в школе инвалидность не помешали Грефу в 33 года стать вице-губернатором Санкт-Петербурга, в 36 – федеральным министром экономического развития и торговли, а затем возглавить крупнейший банк страны и (при всех неизбежных издержках и сопротивлении материала) превратить Сбербанк из неповоротливого советского монстра во вполне современное финансовое учреждение.
Министерство просвещения в лице первого замминистра Павла Зеньковича оперативно отреагировало на инициативу банкира: «Экономика состоит из разных компаний, и мы должны, выпуская ребенка в жизнь, в данном случае из школы, а потом из вузов, давать им какую-то бумагу, свидетельство, что действительно базовые знания есть, он ими владеет. И пока, наверное, в ближайшей перспективе не вижу возможностей по-другому оценивать итог обучения», – ответил он Грефу в ходе все той же панельной сессии Сбербанка на ВЭФ.
Действительно, за тысячелетия своей письменной истории человечество не придумало иного способа оценки знаний молодежи, нежели тот или иной вид экзаменов, то есть испытаний по итогам полученных уроков. Менялась форма – зубрежка материала наизусть, письменное сочинение с анализом пройденного, развернутый устный ответ на один-два вопроса из программы, компьютерное тестирование, при котором надо поставить галочку у правильного ответа и т. п. Суть оставалась прежней – проверить количество и качество усвоенных учеником знаний.
Разумеется, новые виды тестирования зачастую казались неправильными тем, кто получил образование по старым правилам, но, как мы знаем, старики возмущаются деградацией молодежи на протяжении всех тысячелетий. Если бы они были правы, мы бы сейчас все бегали абсолютно голые, электричества не было нигде, только драки за самок и еду.
Поэтому несмотря на дежурные возмущения тех, кому за сорок, уровнем знаний «поколения ЕГЭ», не следует забывать о том, что представители этого самого поколения регулярно привозят золотые медали с международных олимпиад по математике, химии, физике, биологии, программированию и другим предметам. То есть на мировом уровне наше образование вполне котируется.
Кстати, на этих самых олимпиадах основными конкурентами наших ребят являются представители США и Китая, где экзамены никто не отменял и отменять не собирается. Вряд ли Герману Грефу это неизвестно. К тому же Греф – один из ведущих наставников конкурса «Лидеры России», суть которого – в отборе квалифицированных управленцев на основе все более и более усложняющихся тестов, то есть все тех же экзаменов.
Поэтому, скорее всего, предложение главы Сбербанка «убить экзамены» относится не к отмене проверки усвоения пройденного материала как таковой, а к снижению психотравматичности и повышению эффективности этого процесса. Скажем, описанная им душещипательная ситуация, когда дети в ужасе ждут, напротив чьей фамилии остановится палец учителя, может быть заменена предварительным предупреждением: «На следующем уроке отвечают такие-то и такие-то ученики». Или наоборот – отвечают все, никакого саспенса.
Впрочем, психотравматичность среднего образования в последние годы заметно снизилась. В современных школах, где помимо официально ведущейся видеозаписи во многих классах, у большинства учеников есть смартфоны, стало практически невозможным хамство учителей, которое было, увы, весьма распространено в те годы, когда Греф получал среднее образование.
Не говоря о рукоприкладстве – после зафиксированных на видео инцидентов последних лет и неизбежных уголовных последствий, учитель со слабыми нервами скорее уволится, чем позволит себе ударить ребенка. Да, исключения возможны, но это именно исключения, а не практика.
В сторону отметим, что британская система образования считается одной из лучших в мире – недаром многие российские миллиардеры и чиновники до недавнего времени отдавали в английские школы своих детей, при том, что телесные наказания там отменили совсем недавно, в конце ХХ века, а дискуссия о необходимости возвращения розог в школу не прекращалась до самого последнего времени.
Отказываться от экзаменов там, к слову, тоже никто не собирается.
Так что обрадовавшихся вероятной скорой отмене экзаменов школьников придется огорчить. Если это и произойдет – то явно не в ближайшие годы и даже не в ближайшие десятилетия. Возможно по мере развития компьютерной техники и медицины появятся устройства, которые смогут считывать данные прямо из мозга и оценивать, насколько ученик усвоил пройденный материал.
Но вряд ли для будущих поколений этот вид экзаменов будет менее психотравматичным, чем описанный Грефом кошмар школьника: «Сегодня будет отвечать... сегодня будет отвечать...».