Из полузабвения и почти небытия внезапно о себе напомнило движение FEMEN.
Интервью Ждановой само по себе эпитафия и честная надгробная речь о «покойнице», и в этом его самое большое достоинство
Активистка FEMEN Яна Жданова в интервью рассказала о том, что движение, по сути, прекратило свое существование. В свою очередь Анна Гуцол, лидер и одна из основательниц движения, опровергла ее слова, заявив: FEMEN – «не организация, а движение. И пока есть люди, желающие участвовать в нем, оно существует».
Яна Жданова – одно из самых известных и немногих остающихся на слуху имен эпатажного движения.
12 января апелляционный суд Парижа пересмотрел решение суда первой инстанции, признавшего ее виновной в эксгибиционизме, когда она в июне 2014 года устроила акцию в музее восковых фигур Гревен в Париже, повредив восковую фигуру президента РФ Владимира Путина.
В середине октября 2014 года парижский суд признал Жданову виновной в нанесении ущерба и эксгибиционизме, приговорив ее к штрафу в размере 1500 евро, а также выплате музею 3004 евро за материальный ущерб и 1000 евро за моральный ущерб. Рассмотрев материалы дела, в январе 2017 года апелляционный суд снял с активистки FEMEN обвинения в эксгибиционизме, приговорив ее к штрафу в размере 600 евро за нанесение ущерба и оставив в силе решение по выплатам, предназначенным музею Гревен. При этом, по словам самой Ждановой, дело не закончено, поскольку прокурор намерен идти в кассационную инстанцию.
В своем интервью Жданова назвала причинами распада движения FEMEN то, что «девочки» «не поделили власть и деньги». Однако это интервью куда интереснее просто признания абсолютно банальной и самой распространенной причины смерти большинства общественных, политических и околополитических организаций.
По большому счету это интервью – само по себе эпитафия и честная надгробная речь о «покойнице», и в этом его самое большое достоинство. Откровенность Ждановой позволяет «препарировать» феномен FEMEN не только в политическом, но и в культурном и даже цивилизационном разрезе.
Для начала бросается в глаза, что самые известные активистки некогда украинского движения в данный момент благополучно перебрались на Запад. Та же Жданова уже несколько лет живет во Франции.
Во второй половине XX века в странах второго и третьего мира возник феномен общественно-политической деятельности как инструмента эмиграции в мир первый. «Золотой век» этого процесса далеко позади. Ныне Запад куда меньше привечает опальных – как реально, так и псевдо – политиков, журналистов, правозащитников. Однако FEMEN удалось успешно справиться с решением данной задачи и вывезти своих основательниц и ключевых активисток с Украины в Европу.
Однако, наверное, самым интересным является признание Ждановой, что FEMEN интересовало Запад и поддерживалось им исключительно как внезападный феномен. Движение было псевдоэкспортом Запада в незападный мир, потому что на самом деле в данном случае Запад просто поддерживал и помогал расширять свое влияние внутренним деструктивным силам стран, где действовало движение (в первую очередь на Украине и в России). А когда тот же самый процесс FEMEN начали переносить на сам Запад, это вызвало уже куда меньше восторгов, о чем откровенно рассказала Жданова:
«Когда мы приезжали с Украины во Францию или другие страны Европы делать акции, то все кричали: «Браво! Какие девочки молодцы». Когда на Украине мы делали акции, и приходили об этом новости во Францию, все тоже хлопали в ладоши, говорили, как мы все правильно делаем, протестуем против диктатуры в России и на Украине, они такие все борцы за свободу... Но когда мы приехали во Францию и начали делать то же самое здесь, то люди вдруг начали возмущаться и говорить: «Что это тут происходит? Вы нам тут не нужны, у нас тут свои законы».
Например, нас упрекали за акцию в Нотр-Дам де Пари. Но когда Pussy Riot* сделали акцию в храме в Москве, французы очень сильно их поддерживали и возмущались, как так, что девушек посадили на два года за акцию в церкви. Когда то же самое сделали FEMEN во Франции, люди стали кричать, что это слишком священное место.
Или реакция на спиливание креста в Киеве. Европейцы очень поддерживали эту акцию, говорили, что это акт демократии, проявление крайнего атеизма, это так круто, но когда в Ватикане я похищала младенца Иисуса из колыбели, меня закидали помидорами, сказали, что слишком священное место, и зачем это я на святыню подняла руку.
Фактически получается лицемерие: если это происходит где-то далеко, то европейцы поддерживают, ведь «мы такие демократы и за свободу слова, волеизъявления», а если все это происходит в нашей стране, то «Чего это вы сюда приехали и трогаете святое?». А люди, которые выражают поддержку правым силам, так и говорят: «Чего это вы понаехали, валите на свою Украину».
Забавно, что Ждановой не нравится то, во что выродилось FEMEN на Западе, в том числе чисто эстетически. Она является носительницей традиционного мировоззрения, которое полагает, что если уж женщина публично обнажается, то по крайней мере она должна своим внешним видом радовать глаз окружающих. Изначально активистки FEMEN, по ее словам, даже проходили определенный отбор по внешности. Мало можно придумать идей, более противоречащих и даже оскорбительных для современного западного феминизма, который требует от общества принимать женщин такими, какие они есть, а культ женской привлекательности считает одним из самых отвратительных в человеческой цивилизации.
Аморфный формат FEMEN как движения действительно позволяет делать «хорошую мину при плохой игре» и заявлять, что оно существует, пока есть активисты. Другое дело, что позиция Ждановой, признающей, что по существу движение мертво, выглядит более честной и соответствующей действительности.
Правда, рассказывая о причинах кризиса и кончины FEMEN, Жданова упустила из виду еще одно важное обстоятельство. Эпатаж работает, пока он является эксклюзивом. Когда он превращается в мейнстрим, он утрачивает свою главную ценность. А эпатаж в современном женском движении явно перестал быть чем-то из ряда вон выходящим. В конце концов, выйти на улицу с обнаженной грудью в некотором смысле требует меньше смелости, нежели появиться на публике в костюме, имитирующем женский половой орган.
* Внесен в список террористов и экстремистов в РФ