Компромат из архива Митрохина
И в любом правительстве, не побоюсь этого слова, мира сидели люди Штази
Известный норвежский политик Эйнар Герхардсен, в середине прошлого века на протяжении 14 лет возглавлявший правительство страны, сотрудничал с КГБ. Об этом сообщает ТАСС со ссылкой на норвежский телеканал TV2, сотрудники которого вместе с историком Осмундом Эгге подробно изучили бумаги из так называемого архива Митрохина.
В материалах, которые в 1992 году вывез в Великобританию сотрудник архива КГБ перебежчик Василий Митрохин и к которым летом 2014 был открыт публичный доступ, были найдены упоминания о более чем 40 норвежских военных, политиках и общественных деятелях, с которыми на том или ином уровне поддерживали связи сотрудники КГБ.
Среди них, по словам Эгге, под агентурным именем Ян проходит один из «отцов нации», руководитель социал-демократической Норвежской рабочей партии Эйнар Герхердсен, занимавший пост премьер-министра королевства в 1945–1949 и 1955–1965 годах.
Как сообщает TV2, Герхардсен, который охотно общался с советскими дипломатами и в 1955 году первым из руководителей западных стран совершил официальный послевоенный визит в СССР, был так называемым конфиденциальным контактером КГБ, то есть по большому счету осознавал, с кем именно имеет дело. Двое министров его кабинета имели статус агентов КГБ.
В начале 1990-х британские спецслужбы сообщили норвежским коллегам данные о лицах, упоминавшихся в архиве Митрохина. Согласно заявлениям норвежской службы контрразведки (ныне Полицейская служба безопасности), среди них были сотрудники норвежского МИДа, и некоторые из них оставались на дипломатической службе в начале 2000-х.
Журналисты, впрочем, не сообщают, упоминается ли в обнародованных бумагах Йенс Столтенберг – нынешний глава НАТО, бывший премьер-министр Норвегии и экс-глава Рабочей партии, которого КГБ разрабатывало на рубеже 1980–1990-х годов. Данная информация стала достоянием гласности в 2000 году и была подтверждена норвежскими властями, однако не отразилась на карьере политика.
«Это, скорее всего, Штази»
Как рассказал газете ВЗГЛЯД генерал КГБ в отставке Борис Курдюмов, Василий Митрохин иногда пользовался информацией, которая у него была и которую ему «сливали», но если говорить о подозрениях в отношении бывшего норвежского премьера, то, скорее всего, он мог сотрудничать не с КГБ, а с разведкой ГДР Штази.
«Это была в то время самая сильная разведка. И в любом правительстве, не побоюсь этого слова, мира сидели люди Штази. Я думаю, что подозревать нужно их», – поделился мнением Курдюмов.
Кроме того, бывший сотрудник КГБ считает, что премьер Норвегии «вряд ли доверял секреты кому-то незнакомому, болтал о них направо и налево», если он и общался с кем-то из представителей спецслужб других стран, то делал это сознательно.
Информация о том, что в правительстве Норвегии якобы заседали как минимум двое советских агентов, у Курдюмова вызывает сомнения: «Так много – вряд ли. Все-таки там работала и местная контрразведка, и американцы тогда были очень активны, пытались засылать везде своих людей. Английские спецслужбы. И, как я уже сказал, Штази проникали везде», – рассказал он.
Комментируя возможность навредить интересам России так называемым архивом Митрохина сейчас, спустя почти 25 лет с тех пор, как этот человек покинул страну, эксперт отметил, что вряд ли это возможно. «Все изменилось. И методы те устарели. При Путине совершенно другая работа ведется. Сейчас – гораздо жестче, дисциплинированнее. И сам Путин – очень жесткий человек. То, что было раньше (вывоз архива – прим. ВЗГЛЯД) – все это ушло в прошлое, надо просто забыть и все».
При этом Курдюмов не исключил, что подозрения журналистов по поводу другого экс-премьера Норвегии и нынешнего генсека НАТО Йенса Столтенберга могут иметь под собой почву. «Этот человек вообще производит впечатление или слабого руководителя такой организации, как НАТО, или он сознательно тормозит принятие некоторых решений, рассмотрение вопросов, – полагает собеседник газеты ВЗГЛЯД. – Я вижу, что он достаточно лояльно настроен к нам. А будь я на его месте (смеется), в той ситуации, которая сейчас в мире, я бы действовал совершенно по-другому. Все-таки он возглавляет огромную военную машину, а ведет себя довольно непонятно, мягко, не серьезно».
«Вы лучше положите факты на стол»
В свою очередь бывший начальник аналитического управления КГБ СССР и замсекретаря Совбеза России в 1993–1996 годах Владимир Рубанов рассказал газете ВЗГЛЯД, что работник архива КГБ Митрохин смог уйти за рубеж с копиями ряда документов, которые действительно могли представлять собой оперативную ценность. При этом судить об этом крайне сложно. Не известны ни объемы вывезенной информации, ни точные источники, откуда они поступали.
«В принципе, то, что содержится в его архиве, – это не придумка, – полагает Рубанов. – Что касается конкретного случая с бывшим норвежским премьер-министром, у меня есть несколько предположений. Предположение первое – это могут быть данные и не Митрохина. Но исходя из того, что о нем известно, что он что-то вывез, вполне возможно, что эту ситуацию сейчас кто-то пытается использовать в своих политических целях».
Второе предположение Рубанова состоит в том, что это в принципе фейк. Если же Герхардсен действительно сотрудничал с советскими спецслужбами, то понятие «сотрудничество» достаточно растяжимое.
«Он мог с кем-то просто встретиться несколько раз, мог разоткровенничаться, его могли считать источником информации здесь, в Москве. И он мог даже не подозревать об этом. Допустим, с ним контактировали какие-то дипломаты, агенты под прикрытием, он делился с ними своим мнением по злободневным вопросам, а наши могли отписывать в центр о том, что, мол, его завербовали. И такое могло быть», – рассказал Рубанов.
И даже понятие «знал – не знал» тоже не такое однозначное. Кто-то из помощников мог докладывать политику, что на каком-то приеме он пообщался с человеком, подозреваемым в связях с КГБ. Политик принимал во внимание эту информацию, и все. Может быть, доказательств в отношении человека, с которым он общался, больше и не было.
«Конфиденциальными» же контактами обычно называются такие, когда собеседники встречаются в каком-то месте с глазу на глаз, без посторонних, без контроля.
Касаясь ныне живущих норвежских политиков, которые также могут иметь отношение к советской разведке, Владимир Рубанов заметил, что подозревать можно вообще кого угодно и в чем угодно. «А вы лучше положите факты на стол и скажите, в чем заключалась преступная деятельность (с точки зрения родного государства – прим. ВЗГЛЯД) того или иного политика, того или иного человека. Можно ли его разговор или разговоры с кем-то квалифицировать как нарушение закона, предательство интересов страны», – рассуждает эксперт.
И даже если разработка Столтенберга велась, сам нынешний генсек в этом не виноват, и вообще это обычная практика в отношении руководителей стран со стороны разведок других государств.
Наконец, эксперт рассказал, что разработка бывает двух видов: чтобы разоблачить кого-то или чтобы попытаться завербовать. Исключать, что в КГБ Столтенберга рассматривали в качестве второго варианта, нельзя.
Комментируя возможный ущерб от архива Митрохина для нынешней России, бывший начальник аналитического управления КГБ СССР рассказал, что о «ценности» заключающейся там информации можно судить лишь по прессе. Но какой-то ущерб, безусловно, был нанесен.
«Где-то, может быть, взяли наших негласных сотрудников, где-то их убрали мы сами, зная, что над ними нависла опасность, а значит, пришлось думать, кем и как их заменить... Сейчас, конечно, вред от этого архива уже не так актуален. Но вся эта ситуация до сих пор может использоваться другими странами для ведения какой-то своей игры. Она может быть объектом шантажа. Какой-то политик, может, даже и не помнит, с кем он там разговаривал на банкете в каком-то году, а ему говорят, вот, подняли архивы, получается, что вы контактировали с сотрудником разведки. И эту ситуацию можно преподнести очень по-разному», – заключил он.
Как сообщала газета ВЗГЛЯД, летом прошлого года Великобритания обнародовала материалы перебежчика из КГБ Василия Митрохина, который в течение 12 лет копировал секретные документы, прятал их в бидонах из-под молока на своей даче, а потом передал британцам.