Приоритет иностранцам
Российские прокуроры в прошлом году вскрыли целый ряд нарушений в работе органов опеки, отдававших предпочтение при усыновлении иностранцам, а не российским усыновителям, заявил во вторник генпрокурор Юрий Чайка, его слова приводит РИА «Новости».
Тут исключительно халатность, какого-либо злого умысла точно не прослеживается
«Нередко нарушается принцип приоритетности при усыновлении российскими гражданами, нарушаются сроки отчета о состоянии усыновленных детей за рубежом», – сказал Чайка.
Это заявление было сделано во время расширенного заседания коллегии Генпрокуратуры по итогам работы надзорного ведомства в 2012 году.
Комментируя слова Юрия Чайки, президент общественной организации содействия защите прав детей «Право ребенка», член Общественной палаты Борис Альтшулер рассказал газете ВЗГЛЯД, что заявление было абсолютно правильным с той лишь корректировкой, что термин «органы опеки» несколько неточен.
«Потому что надо называть головные органы, которые занимаются усыновлением и в ведении которых находится государственный банк данных о детях, оставшихся без попечения родителей. То есть речь нужно вести не только об органах опеки, которые являются лишь низовыми. Это первая поправка к словам Чайки, с которым в целом я абсолютно согласен», – отметил эксперт.
И вторая поправка, по словам Альтшулера, – предпочтение при усыновлении отдается не только иностранцам, но и россиянам, приходящим с большими деньгами.
«Им тоже отдается предпочтение. То есть деньги не пахнут, и неважно, откуда они. Главное, что вся наша система усыновления справедливо называется детским магазином, который не для детей, а в котором дети – товар. Туда приходит покупатель, условно говоря, то есть потенциальный усыновитель, и ему подбирают ребенка, и, опять же, подбирают в зависимости от того, сколько он пообещал», – рассказал представитель ОП.
А поскольку эта система очень закрытая, отметил Альтшулер, все решается «один на один с чиновником», речь идет о том, сколько потенциальный покупатель протянул в конверте этому чиновнику.
«Дело в том, что весь наш закон о государственном банке данных и детях без попечения родителей написан под эти взятки, и он создал эту гигантскую систему коррупции при усыновлении. Его нужно менять в корне», – резюмировал эксперт.
Дали новое имя и документы
#{smallinfographicleft=415988}На этом фоне в Ханты-Мансийском автономном округе произошла почти парадоксальная история с незаконным усыновлением с участием иностранцев.
Следователи города Сургут ХМАО возбудили уголовное дело по факту халатности сотрудников местного комитета опеки и попечительства, из-за действий которых гражданами Бельгии едва не была удочерена маленькая девочка, у которой есть родители.
По версии следствия, сотрудники комитета опеки и попечительства необоснованно сменили ребенку фамилию, имя и отчество после того, как маленькая девочка была доставлена в больницу предполагаемым отцом ребенка. Отец указал все необходимые данные о девочке и ее родной матери, однако произошла путаница, и эти данные каким-то образом были проигнорированы.
«Несмотря на то, что навещать ребенка родственники не приходили, должностные лица не предприняли необходимых мер для их установления, необоснованно указали, что родители у девочки отсутствуют, на основании чего был сделан вывод о признании ребенка найденным (подкинутым)», – сообщили в СК.
И несмотря на то, что отсутствует «надлежащим образом оформленный отказ родной матери от ребенка, а также данные о том, что она была лишена родительских прав в отношении дочери», ребенку было выдано свидетельство о рождении с новым именем и без сведений о родителях.
С указанными данными документы девочки отправили для решения вопроса об ее удочерении гражданами Бельгии. И только во время судебного заседания по рассмотрению вопроса об удочерении вскрылся факт, что ребенка зовут по-другому.
Некоторыми подробностями этой истории с газетой ВЗГЛЯД поделилась представитель СК по ХМАО по взаимодействию со СМИ майор юстиции Елена Шерман.
Она рассказала, что в больницу девочку привез ее родной отец, когда ребенок серьезно заболел каким-то вирусным заболеванием. Было это еще в марте 2011 года. Девочке тогда было около трех месяцев, так как родилась она в декабре 2010-го.
Мужчина, по словам Шерман, сказал работникам больницы, что он отец ребенка, а мать в настоящее время болеет и приехать не может. Он указал фамилию, имя, отчество и ребенка и матери (настоящие – прим. ВЗГЛЯД) и настоящее место жительства. При этом на ребенка у него не было никаких документов, не было документов также ни у этого мужчины, ни у матери девочки – женщина отбывала срок в местах лишения свободы, не имела паспорта и из-за этого даже не могла зарегистрировать новорожденную в органах ЗАГС.
Потом работники больницы обратили внимание на то, что к ребенку никто не приходит, и обратились в опеку.
«Органы опеки в свою очередь не предприняли никаких мер, чтобы установить его родственников, и признали его подкинутым, несмотря на то, что в больнице была запись о том, что это за ребенок и как его зовут», – рассказала Елена Шерман.
Опека, каким-то образом обойдясь без реальных ФИО ребенка, сделала запрос в ЗАГС, выяснила, что ребенок там не зарегистрирован, после чего дала ему новое имя и новые документы.
Настоящие данные о ребенке всплыли только во время судебного процесса по поводу удочерения девочки бельгийскими гражданами. Причем бельгийцы начали оформлять документы только после того, как не нашлось желающих взять в семью ребенка среди россиян.
В итоге бельгийцам из-за неправильно оформленных документов на девочку в праве стать ее родителями уже отказали. И с весны 2011 года ребенок содержится в Урайском специализированном доме ребенка.
При этом, по словам представителя Следственного комитета, мать этой девочки в данный момент находится в местах лишения свободы, а местонахождение отца пока не установлено. Но при этом родительских прав они не лишены, и передавать кому-либо их ребенка, тем более за границу, никто не имел права.
Как отметила Елена Шерман, о дальнейшей судьбе ребенка сейчас говорить сложно, однако бельгийские граждане практически наверняка уже не смогут удочерить девочку. А так есть два варианта развития событий: либо обоих биологических родителей лишат родительских прав, и тогда ребенок будет жить в детдоме, либо мать, находящаяся в тюрьме, потребует возвращения дочки.
«Это первый такой случай на моей памяти»
Как рассказала газете ВЗГЛЯД юрист, специалист по семейному праву Евгения Журавлева, возбуждение уголовного дела о халатности в отношении сотрудников органов опеки в данном случае абсолютно оправданно.
«Как так получилось, что поступает в больницу ребенок и на него не оформлены документы, по которым его потом можно было бы идентифицировать? Они должны были быть. Отец данные называл. Поэтому абсолютно правильно, что возбуждено дело», – отметила юрист.
При этом, по словам Журавлевой, какой бы неблагополучной ни была эта семья россиян, то есть родители девочки, если не было принято решение (а оно не было принято – прим. ВЗГЛЯД) о лишении их родительских прав, никто не имел права передавать ребенка на усыновление гражданам Бельгии.
«Процесс усыновления однозначно был нарушен, он был незаконен, поэтому решение было отменено. А если граждане Бельгии опять захотят усыновить эту девочку, то они должны будут подать соответствующие документы заново... Честно говоря, это первый такой случай на моей памяти», – призналась эксперт.
А напоследок юрист поделилась своим личным мнением, что «дети должны воспитываться родителями и в России».
Как сообщала газета ВЗГЛЯД, последний громкий случай, связанный с фактом незаконного усыновления, стал известен в феврале. По словам уполномоченного МИД России по вопросам прав человека, демократии и верховенства права Константина Долгова, в 2007 году две лесбиянки из США обманным путем усыновили российского ребенка.
Однако, добавил Долгов, «в 2009 году их «однополый брак» распался, ребенок стал предметом «внутрисемейных» разборок двух лесбиянок».
Напомним, что в связи с участившимися фактами происшествий с усыновленными российскими детьми 28 декабря прошлого года президент России Владимир Путин подписал федеральный закон «О мерах воздействия на лиц, причастных к нарушениям основополагающих прав и свобод человека, прав и свобод граждан Российской Федерации».
Также этот документ называют «законом Димы Яковлева» в память о двухлетнем российском мальчике, погибшем после того, как приемный отец-американец запер его на солнцепеке в автомобиле, а также в память обо всех маленьких россиянах, погибших и пострадавших от рук приемных родителей в США.
Одновременно с законом Путин подписал и указ, упрощающий процедуры усыновления сирот для российских семей.