Страшная калининградская история об избиении девочки-инвалида одноклассницами вылилась в спор взрослых о деньгах и телевидении, а вовсе не о воспитании. Дети социально жестоки, и девочки, как рассказали газете ВЗГЛЯД эксперты, уже превосходят по этим грустным показателям мальчиков.
Какие уроки можно извлечь из того, что произошло в маленьком городе Гусеве?
Буллинг по-гусевски
Размытые кадры, снятые камерой мобильного телефона, вызывают отвращение даже не самим фактом избиения – жестокого (ногами по голове и лицу), бессмысленного (жертва даже не пытается сопротивляться, а ее добивают) и подлого (лежачего не бьют по всем неписаным законам улицы), а нарочитой публичностью этого «наказания».
Есть такой тип людей, про которых старые психиатры говорили, что на чужой свадьбе они хотят быть женихом, а на чужих похоронах – покойником
Но если покопаться в криминальных сводках или просто забить в поисковике «драки девушек» или «драки подростков», то становится ясно, что ЧП в Гусеве – лишь звено длинной цепи подросткового насилия. И началось это не сегодня и даже не вчера.
Специалист по посттравматическим стрессовым расстройствам, руководитель отдела клинической психологии Научного центра психического здоровья РАМН Сергей Ениколопов убежден, что проблема буллинга (агрессивного преследования одного из членов коллектива, особенно коллектива школьников и студентов – прим. ВЗГЛЯД) значительно усугубилась за последние годы. Причем происходит это во всем мире. Россия здесь занимает, к счастью, далеко не лидирующее место. Но буллинг, в той или иной степени встречающийся почти в каждом коллективе, приобрел особые, извращенные черты.
«Бойкот», «темная»... Эти понятия известны всем: кому – по личному опыту, кому – из рассказов знакомых, кому – из литературы или кино (вспомните ту же «Республику ШКИД» или «Чучело»). Но, как правило, коллективная расправа всегда происходила, когда никто из взрослых не мог это проконтролировать.
«До определенного времени все делалось тихо – на территориях, которые были вне контроля взрослых, школы. На задворках, в туалете. И, кстати, огромное количество этих «булей» – так называемые «хорошие дети». Они очень социабельны и отлично понимают, что власть держится кулаками. Кто сильнее – у того и власть. В большинстве случаев их жестко и строго воспитывают в семье», – говорит в интервью газете ВЗГЛЯД Сергей Ениколопов.
«Но парадокс: после появления новых СМИ люди стали не просто бить, они снимают это и выкладывают в сеть. Против них даже не нужно никаких доказательств собирать. Все уже есть. Многие сотрудники правоохранительных органов, которые сталкиваются с такими делами, просто не понимают: как можно на себя собирать компромат?!» – продолжает Ениколопов.
«В человеческой психологии ничего не меняется. Две составляющие того, что произошло в Гусеве, – власть и слава. И это перебарывает инстинкт самосохранения. Вот единственное, чем можно объяснить то, что они снимали все на видео. Ну а чем мы больше об этом говорим, в том числе по ТВ, тем это больше будет усиливаться», – говорит психолог.
«Эпидемия таких избиений вполне возможна – подростковая среда наиболее чувствительна к моделям поведения. И любая модель, где подросток показывает, что он готов перейти Рубикон и социальную норму, тут же начинает тиражироваться. Вот недавно у нас с высоток прыгали, теперь, возможно, одноклассников избивать начнут», – сказала в интервью газете ВЗГЛЯД старший научный сотрудник Института психологии РАН Ольга Маховская.
Недетские ошибки
То, что тиражирование информации в социальных сетях может породить новый виток насилия, проблемы не исчерпывает.
Дети повели себя неадекватно, но основные чудеса все равно демонстрируют взрослые. На официальном сайте администрации Гусевского района Калининградской области в субботу, 7 апреля, появилось сообщение о прошедшем внеочередном расширенном заседании комиссии по делам несовершеннолетних. В этом же сообщении администрация делает довольно неуклюжую попытку сместить акценты. Вскользь, мимоходом упоминается, что «Елена действительно имела инвалидность, но родители не нашли времени или желания, чтобы подтвердить ее на комиссии» (то есть не прошли все круги обязательного бюрократического ада), что «Елена С. также состоит на учете в комиссии по делам несовершеннолетних», что тетя Елены «обратилась к сотрудникам администрации с просьбой оказать содействие в лечении родителей Елены от алкогольной зависимости».
Пишут на сайте и о том, что, «по заверениям психологов, которые все это время работали со всеми девочками, одна из них склонна к суициду». Ну и, конечно, досталось коллегам: «Журналисты как печатных, так и телевизионных СМИ буквально разрывали телефоны администрации, ОВД и членов семей участниц видеоролика. Если одни требовали комментариев и дальнейших реакций со стороны власти, то программы «Пусть говорят», «Прямой эфир с Михаилом Зеленским» и прочие предлагали принять участие в этих ток-шоу, обещая баснословные гонорары, бесплатный проезд и проживание в городе Москве».
Психологи согласны только с последней частью упреков.
«Ни в коем случае нельзя было придавать этой истории такую публичность. Знаете, есть такой тип людей, про которых старые психиатры говорили, что на чужой свадьбе они хотят быть женихом, а на чужих похоронах – покойником. То есть в центре внимания. Правильно было бы разобраться во всей ситуации без привлечения ТВ», – уверен Сергей Ениколопов.
Что стало не причиной, но поводом для жестокого избиения, скорее всего, сможет выяснить следствие. Но, как уверяют специалисты, хорошо знакомые с проблемой подростковой жестокости, повод в 90% случаев оказывается пустяковым и смехотворным. Что-то не так сказала, не так посмотрела, кто-то что-то неправильно понял...
Кстати, в последние годы подростковая жестокость все чаще встречается среди девочек.
«Сейчас агрессия девочек пошла в гору. Лет шесть назад я проводил исследование на эту тему в Азове. И завуч одной школы сказала: «Ну наконец-то мы можем об этом открыто говорить!» Раньше они боялись поднимать эту тему. Да, девочки дерутся, жестоко. И тут очень важно отметить: у мальчиков существуют хоть какие-то правила. Например, драка до первой крови. Или – лежачего не бьют. Потом всегда кто-то попытается разнять дерущихся. У девочек – настоящий беспредел. Почему? Да потому что у мальчиков поведение во время драки отрабатывалось веками, а у девочек этого не было», – поясняет Ениколопов.
#{interviewsociety}«Ну а в калининградской истории все допустили ошибки: и журналисты, показавшие это по ТВ, и администрация Гусева. Ей вообще не надо было подключаться к разбирательству. Администрация уже сатанеет против жертвы! Что это такое: «Пускай помирятся»? Разбираться в ситуации должна школа, комиссия по делам несовершеннолетних, полиция, родители, конечно же, но уж никак не администрация района», – убежден Сергей Ениколопов.
Как наказать?
Уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов считает, что поступок школьниц, избивших Елену Сухорукову, нужно квалифицировать не только в соответствии с Уголовным кодексом. Родители девочек, по мнению чиновника, должны возместить моральный и физический вред, причиненный ребенку. При этом он просит общественность, жаждущую крови, одуматься и не устраивать над подростками самосуд.
«Помимо квалификации в соответствии с УК РФ этого жестокого поступка, участникам избиения должны быть предъявлены также гражданские иски о возмещении вреда. Прокуратура их поддержит. Родители ответят кошельком. Здоровье и человеческое достоинство девочки, попранное подростками-садистами, должно быть восстановлено в судебном порядке», – цитирует слова омбудсмена его пресс-служба.
С Астаховым согласен и Сергей Ениколопов: «Надо было, конечно, дать сильно по ушам девочкам. Но не уголовная же статья! И родителей надо было поставить материально в такое положение, чтобы они раз и навсегда разобрались с девочками».
В то же время Следственный комитет России заявил, что намерен добиваться привлечения виновных в избиении к уголовной ответственности, даже если для этого необходимо будет обратиться к генеральному прокурору РФ. С таким заявлением выступил официальный представитель Следственного комитета РФ Владимир Маркин. По его словам, позиция СК России и его председателя Александра Бастрыкина однозначна и принципиальна: виновные должны быть наказаны.
Пусть идут в хоспис или в дом престарелых, ухаживают за больными, стариками. И вырабатывают там социальный рефлекс. Пусть научатся сострадать
«Еще раз хотел бы обратить внимание, что именно председатель СК России, увидев в сети интернет видеозапись зверского избиения несовершеннолетней девушки, поручил руководителю следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Калининградской области ходатайствовать перед прокуратурой об отмене решения органов полиции об отказе в возбуждении уголовного дела. В результате было возбуждено уголовное дело по факту покушения на убийство девочки-подростка», – заявил Маркин.
Однако психологи считают, что тюрьма или колония в этой ситуации не выход, а, наоборот, тупик.
«Я считаю, что они обязательно должны быть наказаны. Но если их посадить – это все. У нас самая жестокая пенитенциарная система по отношению к подросткам. Посадить, изолировать от общества. А подросток выйдет оттуда озлобленным и обязательно отыграется. Я бы предложила наказание в виде длительных социальных работ по уходу за больными. Пусть идут в хоспис или в дом престарелых, ухаживают за больными, стариками. И вырабатывают там социальный рефлекс. Пусть научатся сострадать. В криминальной среде они еще больше ожесточатся, а работа в хосписе будет тяжелым, но полезным социальным научением. Когда подростки убивают на улицах, то это уже не отыграть назад. А здесь еще можно попытаться», – считает психолог Ольга Маховская.
Работа на опережение
О том, как предотвратить подобные случаи, много раз говорилось. Два института: семья и школа – по мнению всех экспертов, должны снижать уровень детского насилия.
«Семья – это институт социализации для ребенка. Ведь в семье уже давно не учат, к примеру, что, когда вошел старший, надо встать. Это осталось только у кавказских ребят», – говорит Сергей Ениколопов.
«Ребенка можно и нужно наказывать. И в некоторых случаях даже физически. Но он должен понимать за что. А если наказание несправедливо, то и он будет мордовать других», – полагает психолог.
«То, что подростковая среда жестока, мы знали всегда. Но раньше мы чаще это связывали с узким кругозором родителей, неблагополучием семьи. Но сейчас себя жестоко ведут подростки из семей, где формально благополучные отношения. Родители заняты карьерой, нацелены на то, чтобы отбить социальный стандарт. Дети у них накормлены, напоены, дома есть все. Но эмоционально они неблагополучны. У детей спрашивают: был в школе, что получил? Отношения строятся в формальном ключе. Родители могут и не знать, что творят их дети. И потом очень удивляются, что их вроде бы благополучный ребенок совершил такое! Мы не знаем своих детей», – резюмирует Ольга Маховская.
По ее мнению, когда подростки выкладывают в сеть такие записи – это еще некий неосознанный запрос на любовь и внимание со стороны родителей.
«Холодные дистантные отношения порождают агрессию. В раннем возрасте, у дошкольников и младших школьников, это страхи и слезы. У подростков – агрессия», – полагает Маховская.
«Обращать внимание на тревожные моменты надо в среднешкольном возрасте: в шестом, седьмом, восьмом классе. Позже, в старших классах, все социальные роли уже распределены», – предупреждает Ениколопов.