Президент РФ Дмитрий Медведев озвучил в пятницу ряд предложений по противодействию коррупции. Согласно этим инициативам, перечень оснований для увольнения с госслужбы лиц, подозреваемых в коррупции, должен быть расширен, в том числе за счет использования данных, полученных в результате оперативно-розыскных мероприятий. Кроме того, чиновники, по словам Медведева, должны нести имущественную ответственность за свои решения, из-за которых гражданам нанесен ущерб.
Отсутствие ответственности чиновников является коррупционным фактором
Кроме того, президент анонсировал законопроект, который должен уменьшить число случаев возбуждения уголовных дел коррумпированными следователями. «Надо будет использовать институт обязательной прокурорской проверки по возбужденным и прекращенным без направления в суд уголовным делам. При выявлении признаков злоупотребления прокурор будет привлекать следователя к ответственности, вплоть до уголовной», – заявил он.
Одно из предложений главы государства касается проблем коррумпированности судейского корпуса. По мнению Медведева, механизм конкурсного отбора судей и их привлечения к дисциплинарной ответственности следует разделить между квалификационными коллегиями и региональными дисциплинарными судебными присутствиями. «Я поручу оперативно проработать дополнения к механизму конкурсного отбора судей и их привлечения к дисциплинарной ответственности. В настоящее время эти функции соединены в квалификационных коллегиях соответствующего уровня. Считаю более сбалансированным разделение таких функций между квалификационными коллегиями и региональными дисциплинарными судебными присутствиями», – заявил президент.
Новые антикоррупционные инициативы и их перспективы газете ВЗГЛЯД прокомментировал председатель Национального антикоррупционного комитета, член Совета по развитию гражданского общества при президенте РФ Кирилл Кабанов.
ВЗГЛЯД: Кирилл Викторович, как должен выглядеть механизм, при котором чиновников будут увольнять по компрометирующим оперативным материалам?
Кирилл Кабанов: В заявлении об увольнении по оперативной информации речь идет не просто о том, что человека увольняют за то, что он дает взятки. Взятка – это некая материальная история. Должно быть некое расхождение между уровнем жизни чиновника и его доходами. То есть, фактически, мы подходим к тому, о чем мы давно с вами говорили, – к понятию «незаконное обогащение».
Например, какой-нибудь министр дарит своему другу или подруге машину стоимостью 1 млн евро. Это становится публично известным. Проходит разбирательство, так это или не так – этим занимаются журналисты, общественные организации либо спецслужбы. Выясняется, что это так. Это признак того, что его доходы существенно выше – он же не будет дарить последние свои деньги. Откуда у него миллион евро? Это само по себе является основанием для недоверия и увольнения.
Надо будет смотреть, как это будет реализовываться, попытаться внести свои предложения.
Ну а для того чтобы было уголовное наказание, чтобы мы могли вменить эти незаконные доходы, надо привести законы к ратификации 20-й статьи Конвенции ООН против коррупции, вводить понятие незаконного обогащения.
ВЗГЛЯД: Какие условия необходимы, чтобы эти нормы заработали?
К.К.: Для этого нужно то, о чем, опять же, говорил президент – вводить политическую конкуренцию и развивать общественный контроль. Наиболее эффективный механизм контроля за высшими чиновниками – парламентские расследования. Это высшая форма общественного контроля.
Очень правильной, на мой взгляд, является либерализация уголовного законодательства, потому что мы выбиваем некую основу для тех же самых структур «крышевать» контрабандный бизнес.
ВЗГЛЯД: В выступлении говорилось также об имущественной ответственности чиновников. Каким образом она должна наступать?
К.К.: Отсутствие ответственности чиновников является коррупционным фактором. А у нас это присутствует фактически везде. Теперь надо, чтобы эти механизмы заработали.
ВЗГЛЯД: Как это будет выглядеть?
К.К.: Человек может из-за непринятия решения чиновником понести материальный ущерб.
Чиновник предоставляет услугу – не мы к нему на поклон идем, а он предоставляет услугу, которую мы уже оплатили своими налогами. Мы им платим зарплату, они оказывают услугу, пускай отвечают тогда.
Должна быть система штрафов, и они не должны быть смешными, как предлагает Минэнерго – на уровне 5 тысяч рублей.
ВЗГЛЯД: Как скажется на борьбе с коррупцией передача контроля над следствием прокуратуре по делам, не доведенным до суда?
К.К.: Контроль над следствием обязательно должен быть. Мы об этом давно говорили, в том числе по делу Магнитского и другим громким делам, которыми занимается наша рабочая группа. Президент сказал, что еще нужен общественный контроль, иначе антикоррупционная система развиваться не будет, без него она просто работать не будет.
ВЗГЛЯД: Президент заявил также, что механизм отбора судей нуждается в доработке. Что здесь имеется в виду?
К.К.: Здесь тоже нужен общественный контроль. Минимальная ответственность для судей – снятие полномочий. Наш Совет и Тамара Георгиевна Морщакова подготовили целый пакет предложений, мы передадим его президенту. Речь идет о создании внутрисудебного органа. Это независимые судьи, которые будут заниматься делами судей.
ВЗГЛЯД: Они будут конкурировать с квалификационной коллегией?
К.К.: Нет, у них будут другие функции, но своего рода конкуренция есть.
ВЗГЛЯД: Нет ли опасности, что это превратится в некий коррупционный механизм?
К.К.: Там есть условия, чтобы избежать этого. Тамара Георгиевна предложила очень интересную модель избрания и отбора этих людей.
Пока силовой блок с судьями имеют огромные лоббистские возможности, очень сложно это реализовать. Но если машина запустится, можно надеяться на то, что судейский корпус очистится от нечистоплотных людей.