Верховный суд (ВС) России рассмотрел иск гражданки Кирильчук, пытавшейся оспорить ведомственную инструкцию Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН). Заявительница жаловалась на то, что действующий в тюрьмах порядок лишает ее родственника, отбывающего наказание, доступа к Интернету и нарушает конституционные права граждан на доступ к информации.
До обитателей мест лишения свободы следует доводить важные новости, но лишь при помощи «средств, контролируемых администрацией
Рассмотрев это дело, суд принял сторону исправительных учреждений, сообщает Фонтанка.Ру. Согласно действующему уголовно-исполнительному законодательству, для заключенных предусмотрены другие формы получения информации, в частности они могут покупать литературу, подписываться на газеты и журналы, пользоваться библиотекой. Но Интернета в этом перечне нет, поэтому заключение суда выглядит так: «Использование результатов научно-технического прогресса в свете доступа осужденных к лишению свободы через сеть Интернет и иные средства связи нормы международного права не предусматривают».
Суд отмечает, что российская инструкция не противоречит Правилам обращения с заключенными, принятым Конгрессом ООН. Международные правила предусматривают, что до обитателей мест лишения свободы следует регулярно доводить самые важные новости, но лишь при помощи «средств, допускаемых и контролируемых органами администрации».
Как писала газета ВЗГЛЯД, в начале года знаменитый петербургский следственный изолятор «Кресты» пошел на смелый эксперимент. Местным заключенным впервые в России открыли доступ к электронной почте, правда, с оговорками.
Первое время тюремный сервис электронной почты работал только на «вход», то есть заключенные могли получать письма от родных и близких, но сами отвечать им не могли.
Естественно, сотрудники «Крестов» соблюдали при этом все положенные меры безопасности, сообщения с воли обязательно вычитывались цензорами. Непосредственно к компьютерам заключенные не допускались, а письмо, присланное на e-mail тюрьмы, передавалось им на руки в распечатанном виде.
Как рассказывала тогда корреспонденту газеты ВЗГЛЯД начальник пресс-службы Главного управления (ГУ) ФСИН по Петербургу и Ленобласти Сильва Арутюнян, разбор электронной, а не бумажной почты существенно экономил время сотрудников СИЗО, работающих с корреспонденцией.
«Представьте: ежедневно в колонии, тюрьмы, СИЗО приходят десятки писем. В целях безопасности эту корреспонденцию, естественно, приходится прочитывать специальному сотруднику. Работать с ворохом бумаг тяжело, почерк у всех разный, не всегда хорошо читаемый. А когда письмо приходит по электронной почте, таких проблем нет. Время существенно экономится».
Инициатива «Крестов» понравилась всем: и осужденным, и тем, кто их охраняет. Сообщалось, что следующим шагом питерского ГУ ФСИН станет предоставление заключенным возможности и самим посылать письма на волю. «Такой механизм сейчас разрабатывается. Он появится в самое ближайшее время», – обещали тогда.
И выход нашли, причем он не противоречил ведомственным инструкциям и последнему решению ВС. Как сообщается на сайте, отвечающем за связь с обитателями «Крестов», с марта 2009 года была добавлена услуга для людей, желающих получать ответы на свои письма заключенным. «Ответ вы получаете в виде сканированной копии рукописного письма вашего адресата», – говорится в сообщении администрации.
Корреспондент газеты ВЗГЛЯД во вторник вновь связался с начальником пресс-службы ГУФСИН по Петербургу и Ленобласти. Сильва Арутюнян заверила нас, что ее ведомство четко следует всем законам и инструкциям.
«Сервис электронной почты работает. Однако непосредственно за компьютером сидит не сам заключенный, а наш офицер, отвечающий за работу с корреспонденцией. Это соответствует всем нормам безопасности».
В то же время Арутюнян отметила, что несколько лет назад в соответствии с федеральной программой «Образование», которую тогда курировал вице-премьер Медведев, сразу несколько учреждений петербургского ФСИН обзавелись современными компьютерными классами. На этих машинах заключенных обучают азам компьютерной грамотности.
«Например, в рамках этой программы компьютерный класс появился в воспитательной колонии в Колпино. Да, там есть возможность выхода в Интернет. Но только для преподавателей, только когда преподаватель контролирует», – пояснила она.