Грузия больше не сможет выполнять миротворческие функции на осетинском направлении. Такое заявление было сделано заместителем начальника российского Генштаба Анатолием Ноговицыным в четверг.
Грузия, фактически нарушив статус, на наш взгляд, не имеет права выполнять миротворческие функции
По его словам, в зоне ответственности миротворцев в регионе останутся только российские представители. При этом в ближайшее время число их наблюдательных постов будет увеличено.
Причиной такого решения стало неоднозначное поведение грузинских миротворческих сил в ходе конфликта. До начала наступления Грузии на Цхинвал они покинули свои части. При этом были даже зарегистрированы случаи, когда грузинские миротворцы стреляли в российских коллег.
«В границах ответственности на сегодняшний день имеют право выполнять миротворческую миссию только Вооруженные Силы Российской Федерации, которые пунктуально выполняли договоренности 1992 года. Грузия, фактически нарушив статус, на наш взгляд, не имеет права выполнять миротворческие функции», – убежден Анатолий Ноговицын.
Кроме того, как выяснилось, не самым чистоплотным образом проявили себя и наблюдатели ОБСЕ. Как подчеркнул заместитель начальника российского Генштаба, они были уведомлены грузинской стороной о том, что будет вторжение, но российских миротворцев не предупредили
Генерал напомнил, что пребывание миротворческого контингента в зоне грузино-южноосетинского конфликта осуществляется в соответствии с двусторонним российско-грузинским соглашением «О принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта» от 24 июня 1992 года.
«В связи с тем, что указанное соглашение не содержит положений, предусматривающих возможности выхода из него, то, в соответствии со статьей 54 Венской конвенции о праве международных договоров от 1969 года, соглашение может быть прекращено лишь по взаимному согласию сторон – то есть, России и Грузии», – отметил Ноговицын.
Он добавил, что все полеты в зоне ответственности российской стороны отныне должны осуществляться только по ее разрешению. Что же касается представителей международных организаций, то мешать им работать в зоне грузино-осетинского конфликта Россия не собирается, однако все эти поездки также должны быть согласованы. Первая встреча с представителями ОБСЕ о порядке контроля состоится 22 августа в 15 часов.
«Существуют международные правила, которых мы придерживаемся. Что касается выполнения контрольных функций, которые будут осуществляться в границах ответственности российских миротворцев, в установленном порядке мы с ними (представителями международных организаций) будем устанавливать контакт и никаких препон российская сторона создавать им не намерена», – сказал Ноговицын.
Также он прокомментировал информацию о том, что российские военнослужащие якобы задержали представителей ОБСЕ, среди которых был и посол Франции в Грузии Эрик Фурнье. Инцидент произошел на российском миротворческом посту у грузинского населенного пункта Игоети.
«Представителей ОБСЕ никто не задерживал. Они просто были не допущены в зону безопасности, поскольку прибыли в регион без предварительного уведомления российской стороны. Уведомительный порядок обозначен практикой и нормой взаимодействия в цивилизованном мире, и мы не отказываемся от сотрудничества», – сказал генерал.
Не обошел стороной представитель Генштаба и вопрос о положении дел в российских частях, находящихся на границе Южной Осетии и Грузии. Он заявил, что к исходу 22 августа они будут выведены в зону ответственности миротворческого контингента на южноосетинском направлении. Пока же российские военные продолжают обеспечивать безопасность. В частности, они проводят операцию по разминированию местных населенных пунктов. Она организована по заявкам граждан и органов местной исполнительной власти.
«Взрывчатых веществ обнаружено и обезврежено более тонны, 294 противотанковые мины, более 100 противопехотных мин, 137 минометных мин. Других взрывоопасных предметов – 13», – уточнил Анатолий Наговицын.
Давая итоговую оценку ситуации в горячей точке, генерал констатировал, что она по-прежнему остается напряженной.
«Обстановка в зоне грузино-южноосетинского и грузино-абхазского конфликтов серьезных изменений не претерпела и оценивается как сложная », – признался он.