«Самоизоляция – это когда максимальное количество людей находятся в домашних условиях и не контактируют между собой. Карантин же подразумевает более жесткие требования и применяется к инфицированным людям или к тем, у кого есть подозрение на инфекцию», – так обозначил разницу между этими понятиями член комитета Госдумы по охране здоровья, доктор медицинских наук Борис Менделевич.
Смысл ясен – на обязательном карантине у нас с недавних пор находятся все вернувшиеся из-за рубежа россияне, а также инфицированные коронавирусом и контактировавшие с ними. В самоизоляции – все остальные. Остается только выяснить, какая юридическая база лежит под каждым из этих понятий.
Начнем с того, кто и как в России имеет право вводить те или иные меры в условиях эпидемии.
Есть два документа. Прежде всего – закон «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30.03.1999 № 52-ФЗ, в котором есть 31-я статья, определяющая, что любые ограничительные мероприятия, или карантин, в стране вводит федеральное правительство только после выхода соответствующего предписания главного санитарного врача, то есть главы Роспотребнадзора.
И еще есть постановление правительства № 529 от 2005 года, в котором поясняется, что тот же процесс может применяться и на региональном уровне, то есть главный санитарный врач города или региона выпускает предписание, и затем региональные власти могут вводить ограничительные (карантинные), профилактические, противоэпидемические и лечебно-диагностические мероприятия.
С карантином все, на первый взгляд, понятно. В первой же статье закона № 52-ФЗ есть определение: «Ограничительные мероприятия (карантин) – административные, медико-санитарные, ветеринарные и иные меры, направленные на предотвращение распространения инфекционных заболеваний и предусматривающие особый режим хозяйственной и иной деятельности, ограничение передвижения населения, транспортных средств, грузов, товаров и животных».
В нынешнем контексте интересны прежде всего слова об ограничении передвижения населения – вот почему о приехавших из-за рубежа туристах смело говорят как о находящихся на карантине, передвигаться запрещено в первую очередь им.
Здесь, конечно, некоторый сумбур вносят формулировки в постановлениях главного санитарного врача России, касающиеся ограничений из-за коронавируса. Во всех идет речь об обязательной «изоляции» приехавших в страну. Сначала изолировать предлагалось только приехавших из Ирана и Южной Кореи и проявивших симптомы, затем – вообще всех, кто в последние две недели пересек границу РФ. О карантине не говорится, но по сути это карантин и есть, что подтверждают объяснения чиновников и врачей вроде Менделевича.
За нарушение режима карантина предусмотрены вполне законные штрафы, о которых газета ВЗГЛЯД уже писала – недавно Госдума их ужесточила. Что же касается режима самоизоляции, который ввели у себя власти ряда регионов, то официально такого понятия в российском законодательстве нет. Лучше всего подобные шаги региональных руководителей подходят под понятие «дополнительных санитарно-эпидемических (профилактических) мер». И как раз с такими словами вышло предписание главного санитарного врача Москвы Елены Андреевой под номером 1П, предшествовавшее указу мэра города об обязательной самоизоляции всех граждан.
Предписание Андреевой не было официально опубликовано, однако его существование позже подтвердила пресс-секретарь мэра. Обосновывая предложенные меры, в документе главный санитарный врач Москвы ссылается, помимо № 52-ФЗ, на два СП – на 3.1/3.2.3146-13 «Общие требования по профилактике инфекционных и паразитарных болезней» и СП 3.4.2318-08 «Санитарная охрана территории Российской Федерации». В первом, в частности, говорится о том, что власти на местах и органы Роспотребнадзора должны контролировать соблюдение не только карантина, но и профилактических мер (в постановлении правительства № 529 были слова только о контроле за карантином), а во втором – что за нарушение санитарных законов может грозить административная, дисциплинарная и уголовная ответственность. Собственно, те же слова есть и в статье 55 самого № 52-ФЗ.
Кроме того, в предписании Андреевой, равно как и в указе мэра города, нет слов об обязательной «самоизоляции» для всех – она упоминается только в отношении граждан старше 65 лет. Пункт 9.3 указа об остальных горожанах содержит следующую формулировку: «Обязать граждан не покидать места проживания». Покидать можно только за рядом исключений. То есть речь, как ни крути, идет об «ограничении передвижения граждан», которое, согласно первой статье № 52-ФЗ, по сути означает карантин.
Определение санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в законе тоже есть – это «организационные, административные, инженерно-технические, медико-санитарные, ветеринарные и иные меры, направленные на устранение или уменьшение вредного воздействия на человека факторов среды обитания, предотвращение возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) и их ликвидацию». Ограничения передвижения граждан в этом списке нет, то есть «профилактикой» их считать нельзя .
Но все это не значит, что если не соблюдать требования, подобные московским, то человека не оштрафуют. Могут и оштрафовать. Тут вопрос скорее формальный и он лишь в том, за что именно – «обязательная» самоизоляция, согласно российскому законодательству, представляет собой карантин, поскольку ограничивает граждан в передвижениях, и подразумевает, согласно этой логике, ответственность по одной из статей: 6.3, 19.5 федерального КоАП или по ст. 236 Уголовного кодекса. И региональные кодексы о правонарушениях, даже если в них появилось понятие «самоизоляции», вероятнее всего, в судебной практике отойдут на второй план.
Получается, что терминология здесь не так уж и важна. Изощренность формулировок, вероятно, обусловлена в том числе тем, что согласно закону, для официального объявления карантина главному санитарному врачу нужно, чтобы болезнь была в соответствующем перечне инфекционных заболеваний, которые могут стать основаниями для таких мер. А COVID-19 там нет. Так что оштрафуют в итоге не за нарушение «карантина» или «самоизоляции», а за невыполнение различных актов, предписаний и указов.
При этом термины в условиях эпидемии совсем не так важны – практически все математические модели, используемые для прогнозирования распространения различного рода вирусов, показывают, что изоляция граждан, как ее ни называй, это одна из самых эффективных мер борьбы с пандемией.