На прошлой неделе много шума наделала публикация в официальном журнале Минобороны, посвященная «боевым методикам парапсихологии», которые якобы использовал спецназ ГРУ ГШ еще во время чеченских кампаний. Статья вызвала волну иронии и насмешек, а Минобороны потребовало от автора, полковника запаса Николая Пороскова, разъяснений.
Некоторая правда в словах полковника все-таки есть – однако в гораздо большей мере он выдал желаемое за действительное. П-к Поросков сильно преувеличил степень наличия у российского спецназа методик так называемого невербального допроса и защиты от него.
Достоверно известно следующее. В ряде научных учреждений России действительно велись и ведутся работы в области открытия внутренних способностей человека, в том числе для военного применения. В начале двухтысячных годов в структуре Главного разведуправления (ГРУ) был создан специальный научно-исследовательский институт по данному профилю. В него для прохождения соответствующей подготовки направлялись группы офицеров. Смысл подготовки заключался в более продвинутом владении приемами рукопашного боя, основанном на более глубоком понимании бойцом самого себя, своих физических способностей, особенностей реакции – для более эффективного применения оружия в бою.
Прошедшие обучение признавали, что их эффективность в бою повысилась – они получили способность автоматически просчитывать вероятность развития событий в бою и интуитивную реакцию на опасность.
Автор настоящего текста лично знаком с бойцами, которые рассказывали, как эти навыки не раз спасали им жизнь в боевой обстановке в Чечне. Например, находясь в критической ситуации и напрягая все свои внутренние силы, офицер внезапно осознавал, что в него сейчас выстрелят – и немедленно падал. Конечно, это не значит, что российских спецназовцев учили легко и непринужденно уворачиваться от пуль. Тем не менее факты подобного спасения в реальности имели место.
Кроме того,
велись занятия по выполнению стрельб в условиях ограниченной видимости или даже при полном отсутствии видимости (с завязанными глазами). И эти занятия приносили определенный результат.
В частности, над проблемами совершенствования боевых навыков наших спецназовцев в институте работал известный рукопашник Алексей Кадочников (со своими учениками и партнерами). Среди его сотрудников были мастера, владеющие бесконтактным способом воздействия (удар наносится без прикосновения к противнику).
Известен случай, произошедший на одной из тренировок группы Кадочникова. На нее были приглашены в том числе американские морпехи. Когда сотрудник группы Кадочникова демонстрировал бесконтактный бой на своих коллегах, американцы только ухмылялись – мол, это все демонстрация на публику, фальсификация. Тогда наш тренер с расстояния в два–три метра нанес негру бесконтактный удар в область шеи. Тот мгновенно схватился за область поражения, а потом рухнул на пол. Чтобы его восстановить, потребовалась медицинская помощь.
И все же такими навыками владели лишь единицы из тренерского состава. В личной беседе с автором они признавались, что сами не в полной мере понимают, как рождается эта энергия и как ею управлять.
Все закончилось тем, что прошедших данную спецподготовку начали сманивать «смежники» (например, из ФСБ), где зарплата офицера значительно выше армейской. Поняв, что институт готовит кадры не для собственных подразделений, ГРУ приняло решение его закрыть.