«Нарендра Моди проинформировал о своем визите в Киев, подчеркнув заинтересованность внести вклад в возможное политико-дипломатическое урегулирование ситуации вокруг Украины. Со своей стороны Владимир Путин дал принципиальную оценку деструктивной линии киевских властей и их западных покровителей, изложив ключевые российские подходы в отношении путей разрешения конфликта».
Так «украинская» часть российско-индийских переговоров обозначена в пресс-релизе Кремля. Еще два абзаца посвящено темам двустороннего сотрудничества.
«Сегодня поговорил с президентом Путиным. Обсудили меры по дальнейшему укреплению особого и привилегированного стратегического партнерства. Обменялись точками зрения на российско-украинский конфликт и своими мыслями по недавнему визиту в Украину. Подтвердил твердую приверженность Индии поддержке скорейшего, прочного и мирного урегулирования конфликта».
Так описал переговоры сам индийский премьер. Эти два, казалось бы, предельно сухих и официальных пресс-релиза несут достаточно информации о том, что произошло и к чему привела трехходовка Нарендры Моди (визит к Путину 8 июля, визит к Зеленскому 23 августа, звонок Путину 28 августа).
США и Европа многие месяцы активно обхаживали Индию для того, чтобы Нью-Дели сыграл посредническую роль в российско-украинском конфликте. Они хотели, чтобы Нарендра Моди использовал все свои возможности и влияние для того, чтобы принудить Москву сесть за стол переговоров о заморозке боевых действий. И выбор Индии для этой роли был очевиден.
Во-первых, Индия считается самой большой демократией в мире. Ее согласие участвовать в западных проектах по Украине позволяло бы США и Европе говорить о том, что все демократии в украинском вопросе заодно.
Во-вторых, Индия – один из лидеров Глобального Юга. Это страна, которая не имеет такого влияния на Москву, как Китай, но при этом, благодаря своему нейтралитету и аккуратности в амбициях, обладает колоссальным влиянием на другие государства Азии и отчасти Африки, чего Москва не может не учитывать.
В-третьих, Индия, в отличие от КНР, не находится в конфликте с Западом, и ее гораздо проще уговорить на сотрудничество. А уговаривали, надо сказать, знатно.
Еще до так называемой мирной конференции в Швейцарии западные посланники давали понять, что благословляют Индию на роль посредника и что не будут вставлять ей палки в колеса, как делали, например, в отношении китайских и венгерских посреднических усилий.
Миротворческая роль в конфликте, по итогам которого так или иначе будет сформирован новый мировой порядок, сулила Нью-Дели много возможных бонусов. Поэтому Моди ответил согласием, но явно не для того, чтобы сыграть в западную игру с ее завиральным сценарием и большими рисками для Индии. Вместо этого индийский премьер действует по собственному плану.
Навряд ли этот план подразумевает достижение реального мира между Москвой и Киевом. Да, индийские аналитики пишут, что Нью-Дели в реальном мире заинтересован, ведь чем дольше длится конфликт между Москвой и Западом, тем теснее становятся отношения Москвы и Пекина – геополитического соперника Нью-Дели.
Каким-либо образом давить на Россию Индия тоже не хочет, понимая, что такое давление только ускорит российско-китайское сближение, а к миру не приведет. Москва не намерена заканчивать конфликт до достижения целей СВО военным или дипломатическим путем, а Киев, хотя и проигрывает на поле боя, не готов к конструктивным переговорам – следовательно, боевые действия будут продолжаться.
Однако это не помешает Индии симулировать переговорный процесс, извлекая из этого ряд бонусов поменьше. Так, например, можно потрафить Западу, который доволен уже тем, что Моди приехал в Киев.
«Мы приветствуем любую другую страну, которая хочет помочь президенту Зеленскому достичь справедливого мира, и любую страну, которая готова присоединиться к этой дискуссии, взглянув на ситуацию с точки зрения президента Зеленского и выслушав его», – заявил представитель Совета национальной безопасности США Джон Кирби.
Индия может создавать образ игрока, который, в отличие от КНР, Венгрии, Турции и других потенциальных посредников, является истинно незаинтересованным лицом, способным предложить по-настоящему джентльменские посреднические услуги.
Наконец, под удобным прикрытием как бы миротворческой деятельности можно развивать экономические отношения с Россией, например, покупать российскую нефть и зарабатывать на этом, не опасаясь вторичных санкций.
Россия понимает игру Нью-Дели и, учитывая теплые двусторонние отношения, подыгрывает Индии.
«Мы рассматриваем визит премьер-министра Индии Моди в Киев как попытку внести свой посильный вклад в политико-дипломатическое урегулирование украинского кризиса наряду с усилиями других стран, выдвигающих не ангажированную, сбалансированную линию. Мы готовы к продолжению диалога с нашими друзьями в Индии по украинской теме», – заявила пресс-секретарь российского МИД Мария Захарова.
При этом нигде – ни в заявлении Захаровой, ни в сообщении пресс-службы Кремля – не было сказано, что Россия приняла какие-либо индийские предложения. Потому что их не было.
Казалось, глава киевского режима Владимир Зеленский тоже должен быть доволен: он добивался внимания Моди и наконец добился.
Но, по всей видимости, Киеву не понравилось, что индийская служба протокола добилась максимально нейтрального содержания визита. Никаких туристических поездок в Бучу, забегов под сигнал воздушной тревоги и участия в мероприятиях, говорящих о поддержке гостем украинского взгляда на историю. Моди посетил только выставку, посвященную погибшим детям.
Неудивительно, что Зеленский, отвечая на вопрос индийских журналистов, решил поучить Моди правильно вести политику, а в итоге спровоцировал дипломатический скандал.
«Индия будет играть свою роль. Я думаю, что Индия начала осознавать, что это не просто конфликт, а военное противостояние одного человека, и его зовут Путин, против целой страны, имя которой Украина. Вы – большая страна. У вас большое влияние, и вы можете остановить Путина, остановить его экономику и поставить его на место», – заявил он.
Индийский премьер на подобные указания никак не отреагировал, о чем и свидетельствуют официальные сообщения из Нью-Дели и Москвы. Но к сведению наверняка принял, сделав для себя выводы отнюдь не об индийско-российских отношениях, а о Владимире Зеленском лично.