Соединенным Штатам наступит конец, если президентом станет Камала Харрис.
Этим видением самый богатый человек планеты Илон Маск объясняет свой приход в большую политику. Выглядит пошло.
Ровно то же самое говорили и про Джона Кеннеди, и про Джимми Картера, и по Барака Обаму, а чаще всего такое говорили про Дональда Трампа, хотя ничего особенно страшного в период его президентства не случилось. Надо думать, президента Камалу Харрис Соединенные Штаты тоже как-нибудь переживут.
Но если выборы в ноябре выиграет именно она, приход Маска в политику обернется фальстартом. Вместо политики ему и его адвокатам придется сосредоточиться на проблемах, которые организует им мстительная (действительно мстительная) Демократическая партия США. Там есть, за что мстить
«Никто даже не пытается убить Камалу. Потому что это бессмысленно! Чего этим добиться можно?» – такое, например, сообщение написал Маск в своей знаменитой соцсети. Правда, потом он его стер, а теперь пересказал инцидент в интервью Такеру Карлсону – еще одному влиятельному в медиасреде человеку, которому очень хочется, чтобы ноябрьские выборы выиграл Дональд Трамп.
У демократов принято считать, что конец Соединенным Штатам наступит именно в этом случае, а не при избрании Харрис. И это тоже пошлый предвыборный треп.
Но самое пошлое в этой ситуации, наверное, то, что богатейший человек мира и его тоже совсем небедный 78-летний фаворит апеллируют к людям с действительно тяжелой долей. Это «синие воротнички» (то есть рабочие) штата Пенсильвания, пострадавшего от переезда производств в страны Глобального Юга и отказа Вашингтона от некоторых протекционистских мер. От этих работяг сегодня зависит выбор всей Америки.
Если сильно упрощать и не учитывать ворох маловероятных сценариев, чтобы выиграть выборы в США, Трампу нужно выиграть выборы в Пенсильвании, где у него с Камалой примерно равные шансы при некотором лидерстве миллиардера в последних опросах. А чтобы выиграть выборы в Пенсильвании, нужно заручиться поддержкой экономически неблагополучных слоев, которые могут проголосовать как за трамповский национал-протекционизм, так и за социалистические обещания товарища Харрис.
Эта ее «левизна», как считает мультимиллиардер Маск, подпишет приговор США. Также он видит в будущем однопартийную диктатуру демократов и то, что эти президентские выборы могут стать последними.
Между ними старое соперничество (Маск даже называл Сороса суперзлодеем), но дело тут не в нем. И не в том, что Трамп предложит Маску в своей администрации высокий пост. И не в деньгах, хотя они имеют важное значение: появление Маска в Пенсильвании заставило акции Trump Media подорожать на 15%, а ведь вывод этой фирмы на рынок обеспечил избирательную кампанию средствами, которых ей прежде не хватало.
Дело даже не в том, что США при Камале Харрис якобы ожидает национальная катастрофа. Для той социальной среды, к которой относили прежде Маска, такое мнение – довольно вызывающая глупость пополам с необоснованной истерикой. В мире американского IT, высоких технологий, глобальных консорциумов и инвестиций в медиа абсолютное большинство поддерживает демократов, и даже те, кто не поддерживает, не склонен Харрис уж настолько демонизировать.
Если взвесить всё, кажется сомнительным, будто Маск на самом деле верит в коммунистическую диктатуру. Вряд ли его интересуют и деньги (куда уж больше), и высокий государственный пост, поскольку строгая чиновничья дисциплина плохо вяжется с его манерой вести дела.
Тут личное. Маску нравится считать себя супергероем. А еще он мстит за сына.
Детей у миллиардера много, но есть слишком явный отцовский провал: один из сыновей по имени Ксавье сменил пол, проклял родителя, отрекся от фамилии – в общем, ситуация драматичная, хотя история знавала и похуже конфликты отцов с детьми.
Маск обвиняет в потере сына «воукизм» (идеология внимания к меньшинствам), а также лоббизм «леваков» в образовании и медицине, но ощущение такое, будто он хочет победить в конфликте с Ксавье по очкам.
Так, Маск купил Twitter, переименовал его в X (заблокирован в России) и запретил употреблять там слово «цисгендерный». А это была любимая социальная сеть Ксавье, где она (теперь уже она) ругала отца последними словами, в частности «цисгендерной сволочью».
Потом Маск вошел в команду Трампа и активно включился в процесс его избрания президентом. Ксавье и ее новые друзья считают Трампа худшим из людей.
И прежде казалось, что семейная история мультимиллиардера – это то, что на самом деле толкнуло его в политику. Теперь, после выхода Маска на сцену в городе Батлер, ряд СМИ решили проследить его путь от типичного предпринимателя, который голосовал за демократов, до главной звезды избирательной кампании «оранжевого чудовища». Наверное, никто не удивился, что Маск начал дрейф в сторону консерваторов с того, что стал финансово поддерживать антитрансгендерные группы и губернатора Флориды Рона Десантиса, который произвел зачистку школ штата от трансповестки.
Борьба, которую ведет Маск как будто за мир во всем мире, а на самом деле против решения сына стать дочерью, может показаться комичной или, по крайней мере, достойной телесериала, а то и романа «Отец» от серьезного писателя Макса Биттера.
В то же время она делает Маска понятным и человечным в большей степени, чем других американских мультимиллиардеров. И как бы это ни казалось странным, выводит на первый план проблему, которую назовут одним из слагаемых победы Трампа в случае, если он действительно победит.
Смена пола детям – это для США теперь не экзотика, а одна из горячих тем «родительских чатов». Это вопрос того, могут ли врачи выписывать 14-летним блокаторы полового созревания без согласия родителей и могут ли мужчины, называющие себя женщинами, пользоваться школьными раздевалками для девочек (случаи насилия уже были).
Как бы огромна ни была дистанция между либеральным миллиардером и потерявшим работу «синим воротничком» из ржавого пояса, проблемы с дочерью делают Маска полноправным участником эдакого всеамериканского движения отцов: пусть школы у них разные, но трансповестка на всех одна, а про Камалу известно, что она трансповестку поддерживает и что своих детей у нее нет.
Если она, несмотря на это, все-таки выиграет выборы, наибольший восторг испытает не она сама, а та, кого раньше называли Ксавье Маском.