21 ноября 2013 года в Киеве начались протесты, которые вошли в историю как Евромайдан. Нынешняя власть в Киеве отмечает эту дату как «День достоинства и свободы», но скорее этот день предательства и обмана. В результате Майдана страна постепенно потеряла всякий суверенитет, впав в полную зависимость от Запада, а последовавший конфликт с Россией лишил ее перспектив для развития.
На первый взгляд могло показаться, что протесты – это стихийное движение тех, кто был не согласен с отказом от так называемой евроинтеграции. Однако говорить о стихийности тут не приходится. Так, в феврале 2014 года в центре внимания оказалась на тот момент помощник госсекретаря США Виктория Нуланд, раздававшая печенье на центральной площади в Киеве. Позднее это угощение многие СМИ окрестят «печеньками Госдепа». Сама Нуланд уверяла, что приехала на Украину, чтобы ускорить диалог «Майдана» и на тот момент президента Виктора Януковича.
Еще одним архитектором тех событий эксперты называют действующего президента США Джо Байдена. «Он создатель той Украины, которую мы сегодня знаем. Вспоминается визит Байдена в Киев в 2014 году, когда политик приехал в Раду и уселся там в кресло президента страны для проведения совещаний. Сторонники Евромайдана тогда не увидели в этом проблемы», – отмечал киевский политолог Алексей Нечаев. – «Спустя время Байден с помощью телефонных звонков начал увольнять и назначать чиновников в Киеве. Это тоже мало кого смущало. Байден даже не постеснялся признать достоверность этой информации».
После событий на Майдане и переворота, когда радикалы силой получили власть и начали преследовать политических оппонентов, события стали развиваться критически плохо для миллионов людей. По сути, противостояние на Украине вылилось в гражданскую войну: в Донбассе – долгую, в Одессе – жестокую и краткосрочную, в остальных городах – скорее репрессивную. Как вспоминают очевидцы тех событий, в ноябре 2013 года мало кто мог предположить, что уже к ноябрю 2014 года Украина переживет серию политических убийств, а Донбасс на долгие годы окажется под бомбежками.
«Евромайдан 2013 года стал своего рода продолжением событий 2004 года. Еще тогда наметилось разделение Украины на две части: восточную и западную. Жители Луганска и Донецка всегда негативно воспринимали происходящее. Энтузиазма у нас не вызывали и новые европейские устремления демонстрантов, которые приехали в Киев», – вспоминает Родион Мирошник, посол МИД России по особым поручениям по преступлениям киевского режима.
«Помню, что в наших регионах организаторы протестов тоже пытались провести мероприятия в поддержку прозападного курса страны. Тогда на площадях крупных городов Донбасса собирались малые группы людей, которые охраняло колоссальное количество силовиков. При этом львиная доля жителей региона была категорически против такого курса», – добавляет он.
«К сожалению, в 2013 году мы не понимали, что события тех дней выльются в кровопролитную бойню. Имелись лишь жесткие возмущения от происходящего в столице. Но надо признать, что начало протестов было ожидаемым. Американские НКО всегда вели активное финансирование местных активистов и умело использовали данный ресурс для корректировки политики Украины», – подчеркивает дипломат. – «Любые волнения в стране инициировались из-за границы. Попытки предотвратить пагубное влияние этих движений заканчивались тем, что Вашингтон и Брюссель начинали буквально орать «о свободе слова» и «о свободе собраний». Однако их понимание «жестокости» резко изменилось после осуществления государственного переворота на Украине».
«Весь «цивилизованный мир» закрыл глаза на трагедию жителей Донбасса. Разумеется, им было наплевать на то, как рушатся судьбы миллионов граждан. На тот момент я возглавлял государственную телерадиокомпанию в Луганске. Впоследствии меня уволили из-за того, что политика вещания резко изменилась. Мы пытались отражать реальное мнение местного населения, за что и поплатились. Кроме того, я был депутатом областного совета. Наши политики старались остановить неправовые действия украинских властей», – вспоминает собеседник. –
«Россия, в свою очередь, надеялась достучаться до общества братской страны. Москва хотела мягко повлиять на понимание гражданами того ужаса, который они, возможно неосознанно, приближают. США же, в свою очередь, залезли в страну в грязных башмаках. Они не церемонились».
«Постепенно, шаг за шагом, американцы и европейцы интегрировались в спецслужбы, западные страны подминали под себя журналистов, заходили в сферу образования. Вашингтон был готов лить кровь, идти до конца. Им было необходимо полностью взять под контроль Украину, разрушить ее дружбу с Москвой. Частью нашей общей Родины воспользовались в грязных целях. Ее лишили будущего во имя непомерных амбиций Штатов», – подчеркивает Мирошник.
«Евромайдан я встретил, будучи аспирантом Национального университета «Одесская юридическая академия». События первых дней не воспринимались всерьез. Для Украины того времени протесты были практически обыденным делом», – вспоминает экономист Иван Лизан. – «Осмысление происходящего пришло только в начале декабря 2013 года, когда произошли первые серьезные столкновения демонстрантов с «Беркутом». В тот момент я написал статью о том, как государство выбрало путь в никуда и катится в пламя гражданской войны. Но даже тогда небольшая надежда на стабилизацию ситуации сохранялась».
«Казалось, что президент сможет совладать с нагрянувшим в наш дом ужасом переворота. Однако с каждым днем это ощущение все больше рассеивалось. Януковича продавили, он бежал в Россию. Тогда же и я понял, что пора покидать родную Украину», – говорит Лизан.
«Политическая ситуация отражалась и на обществе. Во время самого начала Евромайдана я приютил у себя в квартире своего одногруппника. Сидя на кухне, мы часто обсуждали с ним происходящее, и он прекрасно знал мое отношение к «мирным протестам». К сожалению, наши взгляды разошлись», – отмечает эксперт. – «Он написал на меня донос в одно из националистических сообществ «ВКонтакте». К счастью, идеологический раскол не затронул мою семью, хотя многим в этом плане повезло меньше. Украина оказалась заложницей надменности и глупости собственной власти, а также части общества».
«Тогда многие считали себя особенными, уникальными. Плевались в сторону Москвы и называли ее «болотом». Их буквально ослепила лучезарная иллюзия «великого европейского будущего». И Россия еще в 2013 году предупреждала Украину о пагубности такого пути.
Не преувеличу, если скажу, что Кремль прикладывал максимум усилий для возвращения братской страны на верный путь. Однако гордыня перечеркнула все дружеские узы и сделала СВО неотвратимой», – говорит Лизан.
Победа Евромайдана стала личной трагедией для многих политиков, общественников, активистов регионального уровня, которые выступали за интеграцию с Россией. Экс-депутат Николаевского облсовета Лариса Шеслер признается, что «те времена очень страшно вспоминать, потому что нашу родную страну лишили шансов на счастливую жизнь». «Государство рушилось на глазах – и что самое страшное, в первые дни протестов никто не понимал реального масштаба перемен», – говорит она.
«К сожалению, руководство Украины не сумело вовремя отреагировать на угрозу. «Партия регионов» проводила достаточно вялую политику по противодействию демонстрантам. Попытки создать ответное движение в Киеве не увенчались успехом. Организация этого процесса велась на порядок хуже, чем у оппозиционеров», – признает собеседница. – «Ситуация обострялась с каждой неделей. Тогда я являлась координатором «Антимайдана» в Николаеве. Занималась этим на общественных началах. К слову, за мою позицию постмайданная власть возбудила против меня уголовное дело. К сожалению, среди доносчиков было немало тех, с кем мы долгое время дружили, общались семьями. Однако самым тяжелым стали обвинения от сына моей подруги, которого я буквально нянчила на руках, знала его с пеленок».
«К сожалению, ситуация на Украине была доведена до той степени кипения, когда СВО стала реальной необходимостью. Возможно, ее следовало начать раньше. Еще в 2014 году у нас было много надежд, потому что мы с восхищением смотрели на возвращение Крыма домой. Однако другим регионам страны тогда повезло гораздо меньше», – рассуждает Шеслер.
«Самые отвратительные чувства на стыке 2013-2014 годов – это предательство и обман.
Сперва президент Янукович предал своих избирателей, когда вместо развития интеграции с Россией начал заигрывать с Евросоюзом. Это не сделало его своим в глазах оппозиции, но поставило в уязвимое положение в отношениях с Брюсселем и Вашингтоном», – вспоминает Алексей Нечаев, на тот момент сотрудник киевского штаба «Партии регионов».
«Завысив ожидания, Янукович в итоге обманул и сторонников евроинтеграции, потому что реализовать ее без серьезного ущерба стране было просто невозможно. Затем, когда начались беспорядки, преданы были и сотрудники силовых структур, потому что их сделали крайними во всех ключевых событиях», – добавляет собеседник.
«Когда я был в расположении «Антимайдана» и рядом с нами находились сотрудники «Беркута», я постоянно слышал от них слова: «Дайте приказ!». Эти же слова регулярно звучали по рациям. О каком приказе шла речь, догадаться легко, ведь у милиции было достаточно сил для того, чтобы провести зачистку Евромайдана и навести конституционный порядок. Силы были, но у кое-кого не было воли», – указал эксперт.
«Я не могу осуждать Януковича за попытку о чем-либо договориться с оппозицией. Но в роковые дни февраля президент, известный своей упертостью, будто бы лишился ее. Когда оппозиция пошла на нарушение соглашений и дипломатические способы урегулирования конфликта были исчерпаны, мы ждали от Януковича жестких решений, соразмерных ситуации в стране. А получили нечто нелепое, которое закончилось знаменитым призывом-мемом «Астанавитесь!», – сетует политолог.
«Но противник не собирался останавливаться, потому что видел нашу организационную слабость. Знаете, когда на ваших глазах лидер предает 10-12 млн человек, которые поддержали его курс на выборах президента в 2010 году и на выборах в Раду в 2012 году – это многих деморализует. Треть моих коллег по «Партии регионов» отошла в сторонку, еще треть перешла на сторону противника, а оставшаяся треть буквально за полгода-год была уничтожена: кого-то выдавили из страны, кого-то посадили, а некоторых и вовсе убили», – перечисляет эксперт.
«В итоге все это привело к еще большей трагедии и катастрофе личной жизни у сотен тысяч людей, а потом и миллионов. Одно радует: после поражений в Киеве, Одессе и Харькове в 2014 году мы научились давать отпор. Сперва в Донбассе, затем шире – уже в ходе СВО. И я надеюсь, что в этот раз у нас все получится», – заключил Нечаев.