В понедельник был опубликован доклад «Поворот к природе: новая экологическая политика России в условиях «зеленой» трансформации мировой экономики и политики», подготовленный на факультете мировой политики и экономики Высшей школы экономики (НИУ ВШЭ), а точнее – группой экспертов во главе с профессором Сергеем Карагановым.
Как следует из доклада, по итогам нескольких волн COVID-19 в мире возник новый тренд – «зеленые» идеи становятся все более популярными среди политиков, хотя многим казалось, что сейчас не до защиты окружающей среды. Многие правительства делают выбор в пользу экономического роста, однако вопросы экологии при этом отнюдь не отходят на второй план. Элиты ведущих стран мира пришли к выводу:
«деградация среды обитания человека будет и далее рождать разного рода эпидемии, а также усиливать другие транснациональные угрозы».
При этом провозглашенный в начале пандемии императив ценности человеческой жизни идеально совпал с постулатами «зеленой идеологии», подстегнув ее популярность, «что сейчас можно наблюдать в Европе и США», отмечают аналитики.
На Западе и раньше рассматривали «зеленую повестку» как метод для рывка – и для технологической модернизации, и для смены самой структуры экономики. Тем самым Запад собирался резко повысить собственную конкурентоспособность на фоне наступавших ему на пятки. Но теперь передовые страны, за исключением разве что Индии, прямо выбрали «зеленую экономику» в качестве инструмента антикризисной политики.
В мире происходит «поворот к природе», отмечают авторы доклада, и в доказательство приводят декларации руководства Китая – того самого Китая, промышленного сверхгиганта, чья экономика в последние десятилетия ставила во главу угла только извлечение прибыли, без учета ущерба окружающей среде.
«Заявления о стремлении к углеродной нейтральности стали признаком хорошего тона, и Китай тоже выступил в таком духе»,
– сказал газете ВЗГЛЯД соавтор доклада, замдиректора Центра комплексных европейских и международных исследований ВШЭ Дмитрий Суслов. Пекин присоединился к Парижскому соглашению по климату, он пытается позиционировать себя в качестве одного из лидеров борьбы против климатических изменений, указал собеседник. И дело не ограничится декларациями, уверен Суслов. По его прогнозам, в Поднебесной, конечно, вряд ли придут к 2060 году к полной углеродной нейтральности, то есть к сокращению до нуля выбросов углекислого газа, хотя там дают такие обещания, но все же в 2030-е годы китайцы серьезно сократят выбросы CO2 в атмосферу.
«Пекин будет пытаться сокращать выбросы, отказываясь в первую очередь от угля, переходя на менее вредные источники энергии», – полагает Суслов. Среди этих менее вредных источников, к слову, природный газ, один из основных видов экспорта России в Поднебесную.
Что касается Западной Европы, то здесь экоконсенсус уже незыблем, отмечают авторы доклада. «Зеленая» экономика наносит ущерб краткосрочной традиционной энергетике и экономике, но она же является новой базой роста, которая приносит прибыль. Конечно, какие-то отрасли могут страдать, но в целом появляется новый сектор экономики, который будет расти и со временем приносить прибыль», – предрекает Суслов.
Заодно экологические требования становятся инструментом дискриминации конкурентов, отмечается в докладе. Так, администрация Джо Байдена, поднявшая на щит «зеленую идею», уже обвинила главного соперника США – Китай – в недостаточном внимании к этой проблеме. Экологию как инструмент сдерживания конкурентов активнейшим образом использует и Евросоюз, отметил Суслов. «В условиях ужесточения экологических стандартов внутри Европейского союза последний хочет подтянуть конкурентоспособность своих производителей, обкладывая ввозными пошлинами производителей других стран – ведь те недотягивают до евростандартов», – пояснил аналитик.
По совпадению, в пятницу, в канун публикации доклада, Минэнерго России объявило о риске удорожания нашего экспорта нефти в Европу из-за экологического углеродного налога, который намерены ввести в Евросоюзе. Этот риск упоминается в генеральной схеме развития нефтяной отрасли России до 2035 года, подготовленной в ведомстве, сообщил ТАСС. Судя по документу, жесткие «зеленые» требования ЕС могут быть введены уже в 2023 году. «Существует также риск, что углеродное регулирование импорта жидких углеводородов может быть введено до 2035 года и в других странах мира», – предупреждают в Минэнерго. Все это может снизить конкурентоспособность нашей страны – по крайней мере, на европейском рынке.
Как писала еще в августе газета ВЗГЛЯД, углеродный налог стал частью проекта «Зеленая сделка» (Green Deal), запущенного Еврокомиссией в декабре 2019 года. Его задача – перевести жизнь в ЕС на более экологичные рельсы, конечная цель – к 2050 году перейти к экономике с нулевыми углеродными выбросами.
Как предупреждают в группе профессора Караганова, в нашей стране пока недостаточно осознают угрозу, которую несут подобные решения Запада, а главное –
«зеленая повестка» может быть не только угрозой, но и источником выгоды.
«Начиная с 1990-х годов экологическая политика воспринимается в России как бремя, а порой и как угроза для экономического развития. Наиболее очевидно это прописано в Стратегии экономической безопасности Российской Федерации (от 2017 года), где развитие «зеленых технологий» причислено к основным вызовам и угрозам экономической безопасности страны», – отмечается в докладе ВШЭ.
«Определенные пробелы в реализации политики в экологической сфере, занимающей все более важное место в международной повестке дня, ставит нас в невыгодное положение, не дает воспользоваться рядом конкурентных преимуществ», – предупредил Караганов.
По мнению авторов доклада, Москва может улучшить свои позиции, заявив о себе как об одном из глобальных лидеров борьбы за «зеленую идею», как это уже сделал Пекин. России надо позиционировать себя как одного из лидеров совместных усилий по сохранению природы планеты, как «экологическую, чистую» державу» – в дополнение к другим привлекательным ролям, которые страна играет в мире: поставщик международной безопасности, гарант стратегической стабильности, защитник суверенитета и самостоятельности, указывают авторы доклада.
Используя такие площадки, как БРИКС (группа стран Бразилия – Россия – Индия – Китай – ЮАР) и Шанхайская организация сотрудничества, Москва могла бы выдвинуть программу из трех тезисов, отметил Суслов. «Первое. Выброс СО2 считает проблемой Запад, но его не считают таким ни Индия, ни страны Африки. Значит, глобальная повестка в области защиты природы в мире должна быть гораздо шире, чем просто борьба за сохранение климата. Кстати, будет здорово, если позднее Россия такую повестку и предложит», – указал Суслов.
Во-вторых, надо прекратить использовать меры по борьбе с изменением климата как инструмент конкурентной политики, чем промышляет Запад. Не надо вводить примитивные заградительные меры для стран с «грязными» технологиями, надо «продумывать механизмы, которые стимулировали бы сокращение выбросов в России, Китае, Индии и в развивающихся странах Азии и Африки», пояснил Суслов.
«Третье. Европейский «зеленый курс» перекладывает всю вину на производителей. Он исходит из правила: кто производит грязную продукцию, тот и должен платить за нее. Но потребляется эта продукция прежде всего самими европейцами и другими развитыми странами. На нее там есть спрос, – указал эксперт ВШЭ. – Кстати, именно богатые страны перенесли в свое время значительную долю своих грязных производств в развивающиеся страны, которые теперь же сами и обвиняют в ухудшении климата». Нужен справедливый принцип: платят и потребители, и производители, подчеркнул Суслов.
Авторы доклада ВШЭ делают оговорку, призывая не преувеличивать масштаб проблем с окружающей средой внутри России, которая остается экологически сравнительно благополучной страной. «По некоторым показателям Россия относится к числу лидеров среди ведущих стран, «например площадь лесных массивов или структура баланса производства электроэнергии», отмечается в докладе. Но нельзя закрывать глаза на то, что в ряде регионов экологические проблемы достигли критического уровня. Загрязнен воздух в ряде городов Урала и Сибири, каждый год обновляются печальные рекорды по размаху лесных пожаров в Сибири. Еще одним мрачным примером стала экологическая катастрофа в Норильске в мае прошлого года. Нельзя предлагать миру альтернативную «зеленую повестку», не решив острейшие экологические проблемы внутри страны, указывают эксперты.
Доклад подготовлен под эгидой МИДа и при поддержке комитета Госдумы по международным делам, а также при участии фонда «Росконгресс», Совета по внешней и оборонной политике и журнала «Россия в глобальной политике».