"Лубянке нужен герой, который всех объединит"

Дискуссия, прошедшая во вторник в Общественной палате Москвы, оказалась ожидаемо бурной. Ведь темой обсуждения стало возможное возвращение на Лубянскую площадь памятника основателю ВЧК Феликсу Дзержинскому.

Поводом стало недавнее обращение деятелей культуры и журналистов к столичному мэру Сергею Собянину и правительству Москвы с призывом вернуть Железного Феликса на историческое место – у здания, в котором с 1918-го размещалась штаб-квартира ВЧК (позднее ОГПУ, НКВД, МГБ, КГБ), а ныне располагается главный офис ФСБ. Среди подписантов – писатель и политик Захар Прилепин, писатель Александр Проханов, переводчик и блогер Дмитрий Пучков. С аналогичным призывом выступила и организация «Офицеры России».

Свержение монумента Дзержинскому стало одним из символов падения коммунистической власти в августе 1991 года. Возвращение бронзового изваяния на прежнее место активно обсуждается с начала 2000-х. Причем одним из первых речь об этом завел тогдашний мэр столицы Юрий Лужков (предложивший провести референдум), и лишь позже, в 2015-м, инициативу подхватила КПРФ. Как отмечала тогда газета ВЗГЛЯД, сразу появились опасения, что восстановление памятника первому чекисту спровоцирует социальный раскол.

Однозначно против реставрации высказалась РПЦ – Дзержинского в церкви считают инициатором массовых казней, в том числе духовенства. Общественность предлагала либо восстановить на Лубянской площади фонтан, существовавший до 1931 года, либо организовать пешеходную зону. Причем, судя по опросам пятилетней давности, за фонтан и зону отдыха высказалось большинство. Сама же свергнутая 11-тонная фигура работы Евгения Вучетича продолжает пребывать на прежнем месте – в парке «Музеон» на Крымском валу.

Во время нынешнего обсуждения в ОП спецпредставитель президента России по международному культурному сотрудничеству, экс-министр культуры Михаил Швыдкой подчеркнул: памятник на Лубянке должен консолидировать общество. При этом главный архитектор, заместитель гендиректора музеев Московского кремля, доктор искусствоведения Андрей Баталов высказался резко против возвращения Железного Феликса и предложил несколько скульптурных альтернатив. О своей позиции и о том, кто мог бы заменить «Рыцаря революции» на одной из главных площадей Москвы, Баталов рассказал газете ВЗГЛЯД.

ВЗГЛЯД: Андрей Леонидович, что побудило вас высказаться против предложения Прилепина, Проханова и других авторов обращения с просьбой вернуть памятник Дзержинскому?

Андрей Баталов: Фигура Феликса Дзержинского, оценка его деятельности и роли в истории всегда будет вызвать радикально различные мнения, потому и сам вопрос о памятнике абсолютно конфликтогенен. Можно сказать, что нашими современниками эта личность все равно воспринимается как создатель и часть репрессивной машины.

Он является создателем репрессивных органов, ВЧК и ОГПУ – тех органов, которые вели абсолютно преступную деятельность по отношению не только к русскому народу, но и к другим народам, населяющим территорию поруганной Российской империи.

ВЗГЛЯД: Но при этом забывается о том, что Дзержинский в начале 1920-х возглавлял комиссию по улучшению жизни детей – по борьбе с беспризорностью.

А. Б.: Принято говорить о том, что Дзержинский спасал беспризорников, организовал спасение детей-сирот. Но он и был частью того аппарата, той системы, которая и наплодила этих сирот, спровоцировав госпереворотом полный развал той системы, которая существовала и была удержана Временным правительством.

Это были дети или расстрелянных, или погибших от голода, например в Поволжье, или от эпидемий, всегда сопутствующих разрухе, родителей. Вина за все это лежит на большевиках и в том числе на Феликсе Эдмундовиче как главе ВЧК.

ВЗГЛЯД: На заседании комиссии Общественной палаты Москвы, насколько известно, не все разделяли вашу позицию.

А. Б.: В связи с радикальными заявлениями председателя «Офицеров России», коммуниста, говорящего о патриотизме, я и заметил, что Феликс Эдмундович не был патриотом русского государства – как и все коммунисты. Он был патриотом Третьего интернационала, но отнюдь не государства, которое было для него просто испытательным плацдармом для мировой революции.

Но, говоря о патриотизме, надо вспомнить знаменитую речь Сталина от 7 ноября 1941 года, 

когда он обратился к советским войскам и сказал, что надо вдохновляться не только образом Ленина, но и образами великих героев прошлого: Александра Невского и Дмитрия Донского.

На мой взгляд, это предложение – явная провокация. Она вызовет манифестации протеста и поставит руководство страны в сложное положение. Я уверен, что в трудной современной ситуации, когда России приходится отстаивать перед всем миром, достаточно враждебно к ней относящимся, свою культурную идентичность, фигура Дзержинского не сможет объединить народ.

ВЗГЛЯД: А кто мог бы, с вашей точки зрения?

А. Б.: Те исторические деятели, которых я упомянул в выступлении на комиссии. Это святой благоверный князь Александр Невский, который был борцом против западной агрессии на северо-западе нашего государства – во время Русского крестового похода, инициированного папой Григорием IX.

Кроме того, не будем забывать, что рядом с Лубянской площадью находился двор князя Дмитрия Пожарского. Потому и возникает имя героя Смутного времени, одного из спасителей Отечества. Но памятник ему уже стоит на Красной площади.

Дальше возникает фигура Ивана III, потому что рядом находился Иоанно-Златоустовский монастырь, который тот перестроил. Это первый государь всея Руси, создатель того русского государства, которое стало существовать в полной мере в XVI–XVII веках. Человек великого мужества, при котором прекратилась, пусть и формально, наша зависимость от Орды в стоянии на Угре 1485 года. Но значимость его фигуры и личности понятна только для историков.

Что еще рядом? Улица Сретенка, исторически – дорога на Владимир. Через Переславль-Залесский, где родился Александр Невский, прародитель всей династии московских князей и царей. Его сын Даниил Александрович является первым по-настоящему активным и постоянно живущим в Москве московским князем.

ВЗГЛЯД: Швыдкой на заседании предложил поставить памятник Юрию Андропову, поскольку тот сыграл в жизни этого места большую роль, чем Дзержинский.

А. Б.: Я это воспринял как своеобразную шутку.

ВЗГЛЯД: Если говорить серьезно, то кто из перечисленных вами исторических деятелей мог бы стать символом общенационального примирения?

А. Б.: Нужно создавать ту доминанту и того героя, который всех объединит, а не разъединит. Именно образ ратоборца князя Александра Невского и является объединяющим. Можно положить в основу будущего монумента гениальный образ князя, воплощенный художником Павлом Кориным в мозаичном плафоне на станции метрополитена «Комсомольская кольцевая».

Примерно та же угроза, что и при Александре Невском, грозит нам сегодня с Запада – именно поэтому фигура князя ныне наиболее актуальна – это образ и для верующих, и для неверующих патриотов России, и он не вызовет противодействия ни с чьей стороны.

ВЗГЛЯД: Участники дискуссии сошлись во мнении, что Лубянской площади в любом случае нужна доминанта, которой там сейчас нет. Как вы, как искусствовед, оцениваете эстетическую аргументацию: памятник работы Вучетича был скульптурным шедевром и реально украшал площадь?

А. Б.: Нельзя не признать художественные достоинства памятника Дзержинскому. Но главное, по моему мнению, достоинство монумента заключается не в скульптуре работы Евгения Вучетича, а в гармоничном постаменте авторства архитектора Григория Захарова. Сама же фигура Дзержинского – сдержанная и в общем не выразительная, в отличие от памятника Воину-Освободителю в берлинском Трептов-парке работы того же Вучетича.

А. Б.: На мой взгляд, возвращение на площадь исторического фонтана вряд ли целесообразно. Любой перенос изваяний означает неизбежный ущерб и утраты для них – достаточно вспомнить деформацию памятника Минину и Пожарскому после его переноса по Красной площади.

К тому же по прямому историческому назначению – для подачи воды из Мытищенского водопровода для питья лошадей извозчиков – фонтан работать уже не будет. Это будет просто мертвое сооружение, не соответствующее нынешнему облику площади. Но площадь требует монумента, иначе она останется просто транспортной развязкой.

ВЗГЛЯД: Глава комиссии Алексей Венедиктов* по итогам обсуждения сообщил – в столичной Общественной палате сформируют список предложенных исторических фигур. Спикер Мосгордумы Алексей Шапошников считает, что вопрос о возвращении памятника Дзержинскому или об установке другого объекта на Лубянке должен решаться на референдуме. Необходим ли такой плебисцит?

А. Б.: Я думаю, что какое-либо голосование или референдум по этой теме не будет уместным. На мой взгляд, решение нужно оставить за властями Москвы или правительством России. Но при этом необходимо провести широкий и честный конкурс проектов памятника. Существует мнение, что сегодня не найдется авторов, способных монументально воплотить, например, фигуру благоверного князя Александра Невского на Лубянке на высоком художественном уровне. Но это не так. У нас много талантливых скульпторов, которых, к сожалению, не допускают до подобных монументальных работ в столице, работают одни и те же. 

* Признан(а) в РФ иностранным агентом