«Я хотел бы основательно поговорить с президентом Путиным по душам и, насколько это возможно, продвинуть переговоры по мирному договору», – заявил Абэ перед отъездом в Москву.
А накануне он снова подчеркнул, что «полон решимости под нашим общим руководством добиться завершения переговоров по мирному договору – вопросу, остающемуся нерешенным в течение всего послевоенного периода».
Японский премьер не лукавит – он действительно хочет добиться заключения мирного договора и закрыть территориальную проблему. На это у него есть совсем немного времени. Хотя он будет руководить Японией еще почти три года – его полномочия истекают осенью 2021 года – для заключения договора есть окно не больше ближайших полутора лет. В 2021 году в России пройдут парламентские выборы, и никто не будет в это время заключать договор, вызывающий бурю негативных эмоций у тех, кто во всех действиях власти видит лишь «глупость или измену». До осени 2020 года нужно или подписать договор, или забыть о нем до лучших и непонятно когда ожидаемых времен.
Поэтому Абэ торопится и рассчитывает если не заключить сам договор, то достигнуть всех договоренностей по территориальному спору (который и мешает заключить соглашение) уже в этом году. Конкретно – к моменту визита Владимира Путина в Японию в июне, приуроченному к саммиту «большой двадцатки», который состоится в Осаке. Таким образом, осталось всего пять месяцев. Небольшой срок, но учитывая, что всерьез за переговоры взялись только после встречи Путина и Абэ в Сингапуре 14 ноября прошлого года, когда была достигнута договоренность вести их на основе Московской декларации 1956 года, времени достаточно.
Первый раунд официальных переговоров на уровне глав министерств иностранных дел состоялся в Москве 14 января – и вот теперь визит Абэ. Причем еще до его начала стало известно, что Абэ готов в ближайшее время приехать в Россию еще раз – весной, то есть до визита Путина на острова. Японский лидер хочет получить договор – и ради этого готов даже публично признать реальность. А она состоит в том, что предметом переговоров могут быть только два острова – Хабомаи и Шикотан.
Говорить с Путиным об Итурупе и Кунашире бесполезно и даже вредно – «нет никакого способа, чтобы господин Путин одобрил» передачу двух больших островов.
Об этом заявил в воскресенье агентству Kyodo высокопоставленный чиновник японского правительства. Пока что анонимно – но в скором времени японцам придется сказать об этом и публично. Потому что иначе никакого продвижения в публичной плоскости не произойдет: Москва будет настаивать на том, чтобы переговоры шли исключительно в духе Декларации 1956 года, а в ней упоминаются только Хабомаи и Шикотан. Ведь именно об этом договорились в ноябре в Сингапуре Путин и Абэ.
Причем договорились пока что в общей форме, и еще предстоит достигнуть договоренности о самом главном: как и когда будут переданы два острова. Нет сомнений в том, что Москва не отойдет от требования, чтобы Япония вначале признала российский суверенитет над всеми четырьмя островами – через признание итогов Второй мировой войны, и только потом был заключен договор.
Согласно которому Россия уже в качестве жеста доброй воли передаст Японии Хабомаи и Шикотан – и еще непонятно, только ли в фактическое пользование (при сохранении российского суверенитета), полное владение или будет применен вариант кондоминиума (совместного суверенитета). Все это – предмет переговоров Путина и Абэ, которые они будут вести во вторник, а потом и в ходе весеннего визита японского премьера в Москву.
При этом японское руководство уже начало готовить общественное мнение своей страны к отказу от претензий на все четыре острова. Притом что раньше представить себе такое было просто невозможно, и подавляющее большинство японцев до сих пор считают, что мирный договор можно заключать только при условии получения всех «северных территорий», пусть и не в один прием.
Ясно, что нереалистичность такого подхода была понятна Абэ изначально, но в японской прессе долго писали, что его план якобы состоит в том, чтобы сначала договориться о возвращении Шикотана и Хабомаи, заключить договор, а уже потом продолжить переговоры по двум оставшимся островам. Не чем иным, кроме как сознательной попыткой не будоражить собственное общественное мнение, подобные «утечки» объяснить нельзя – и только в последние месяцы японцев начали готовить к неизбежному. Сначала ноябрьским заявлением о начале переговоров на основе Декларации 1956 года, а теперь, накануне поездки Абэ в Москву, и утечкой агентству Kyodo:
«Настаивать на возвращении Итурупа и Кунашира Токио не будет, так как «нет никакого способа, чтобы господин Путин одобрил это», и команда японского премьера приступила к изучению варианта о заключении мирного договора с Россией на основе передачи острова Шикотан и гряды Хабомаи, если Москва подтвердит свою готовность к этому».
Ключевые слова тут – если Москва согласится. Дело в том, что Путин ничего еще Абэ не обещал. Он действительно хочет заключить мирный договор с Японией: исходя из национальных интересов России выгодно иметь хорошие отношения со своим восточным соседом. Но при этом Путин будет брать на себя ответственность за подобное историческое соглашение только в том случае, если увидит реальную готовность Японии к отказу от любых территориальных претензий к нашей стране. Передача Хабомаи и Шикотана – в какой бы форме она ни состоялась – это добровольный жест России, направленный на урегулирование отношений с Японией, а не пересмотр итогов войны и не ответ на территориальные претензии. Сначала Япония отказывается от претензий и признает итоги войны, а потом заключается договор. Так что Абэ еще предстоит принять на себя «волну гнева», как только – и если – он объявит о признании российского суверенитета над островами.
В России тоже хватает противников мирного договора, и его будут использовать для пропагандистских атак на Путина. Тем более что по опросам категорически против уступок островов Японии выступает от 80 до 90 процентов населения. Беда, а точнее хитрость, подобных опросов лишь в том, что в них спрашивают о южных Курилах вообще – то есть люди представляют, что речь идет и о больших и многонаселенных Итурупе и Кунашире, которые имеют еще и важное военное значение. Островной вопрос у нас постоянно фальсифицируют: «ни пяди родной земли», «нельзя торговать Родиной», «передача островов приведет к тому, что и другие страны выдвинут к нам территориальные претензии».
Людям сознательно врут о передаче Итурупа и Кунашира, чтобы возбудить ненависть к власти, «разбрасывающейся русской землей». При этом ни о какой «торговле Родиной» речи не идет – мало того, что три тысячи жителей Шикотана останутся там жить в качестве российских граждан и под российским покровительством при любом развитии событий, так еще и сознательно умалчивают о самом главном.
Мы с 1956 года признавали возможность передачи Японии двух островов – и главным препятствием к этому было не только японо-американское военное соглашение, но и нежелание Японии отказываться от претензий на все четыре острова. Теперь же Японии придется пойти как на признание суверенитета России над всеми четырьмя островами, так и на получение, причем далеко не в безраздельное пользование, двух меньших островов. Будет полностью решен и закрыт вопрос, много десятилетий позволявший американцам настраивать против нас жителей соседней с нами страны – и позволяющий нам в 21-м, «тихоокеанском», веке выстраивать нормальные и тесные отношения с одной из ведущих стран мира.
У нас любят изображать из себя «патриота», постоянно крича про «предательство власти», вот только сильнее от этого наша Родина не становится. А умелая и последовательная политика Путина по отстаиванию и продвижению наших национальных интересов в мире уже привела к тому, что Россия серьезно увеличила свой геополитический вес и влияние на мировые дела. Договор с Японией сделает Россию сильнее – в этом нет никаких сомнений.