В среду ВЦИОМ огласил данные своего последнего предвыборного исследования. Заметных изменений в настроениях избирателей не произошло – да и не могло быть. Победитель известен, с окончательными участниками тоже все определилось, предвыборные дебаты на телевидении еще не начались. Но самым интересным из того, о чем рассказывал глава ВЦИОМ Валерий Федоров, оказалось исследование электората главного кандидата от оппозиции – выдвинутого КПРФ директора подмосковного предприятия Павла Грудинина.
Сейчас он идет вторым с рейтингом 7,3%. Этот рейтинг немного вырос за последнюю неделю, вернувшись к показателям конца января, а вот у идущего следом Жириновского цифры стабильно падают. У лидера ЛДПР всего 5,5%, то есть его отставание от Грудинина увеличивается.
Но дело не в том, как борются Жириновский с Грудининым. Есть другая проблема, которая выяснилась в ходе этой кампании. И которую зафиксировал ВЦИОМ – электорат КПРФ раскололся в своем отношении к Грудинину. Из тех, кто проголосовал бы сейчас за КПРФ (а таких 9,6% избирателей), только 47% готовы голосовать за Грудинина.
«Грудинин не выглядит как человек, который действительно способен реализовать левую повестку. Он выглядит как предприниматель, который решает какие-то свои личные вопросы за счет КПРФ. Поэтому очень большое недоверие к нему», – так глава ВЦИОМ Валерий Федоров прокомментировал газете ВЗГЛЯД эти цифры. По словам Федорова, Грудинин должен был бы пройти «по лезвию бритвы» – «не оттолкнуть избирателей КПРФ, которые хотят социальной справедливости, возращения Советского государства и так далее, но и привлечь новых, некоммунистических избирателей».
Но проблема сложнее. Да, слабый результат Грудинина (а им будет объявлено все, что будет меньше 13%, то есть цифры, которые набрал в 2004 году кандидат от КПРФ Харитонов) плохо скажется на положении как КПРФ в целом, так и ее бессменного главы Геннадия Зюганова. Но и
хороший результат Грудинина решает только часть проблем КПРФ, одновременно порождая новые, гораздо более серьезные.
Если Грудинин получит 15% или даже 20%, важно будет, кто именно за него проголосует. Если сохранится нынешняя ситуация и половина электората КПРФ не станет голосовать за беспартийного миллионера, это станет сильнейшим ударом по партии Зюганова. Каким образом?
С одной стороны, сработает задумка по расширению электоральной базы КПРФ – удастся привлечь «некрасных» патриотов, государственников, левых. Но с другой – за это КПРФ придется заплатить потерей голосов жестко коммунистического электората. Тех, кто выступает за национализацию промышленности как таковой, реформирование всей структуры власти, люстрацию элиты и возвращение к попыткам построения социализма. Пусть этот электорат в своей численности окажется даже меньше, чем привлеченный Грудининым, но это был базовый, ядерный электорат КПРФ. И потеря половины традиционной базы – не просто кризис партии. Это ее конец, а точнее, ее раскол.
Четверть века Зюганов пытался склеить красную и патриотическую идеи, создать социал-патриотическую коалицию, но рано или поздно недовольство ортодоксальных коммунистов должно было прорваться наружу. За эти годы КПРФ переживала несколько мелких расколов – из нее уходили в том числе и радикально настроенные коммунисты. Они организовывали и свои партии – но ни у одной из них не получилось стать местом сборки «последовательных марксистов-ленинцев».
До нынешних выборов авторитет фигуры Зюганова предохранял КПРФ от раскола, но выдвижение Грудинина изменило ситуацию. Если за него в самом деле не проголосует половина избирателей КПРФ, разногласия внутри партии уже не удастся удержать под контролем. И недовольные «буржуазным уклоном» будут группироваться между собой и рассматривать варианты реванша.
Кто станет центром сборки, непринципиально. Главное, что «процесс пойдет» – то есть левое, красное крыло КПРФ попробует взять под свой контроль всю партию (уже готовящуюся к уходу Зюганова). А в случае неудачи пойдет на раскол и оформится в отдельную партию.
Почему этот вариант практически неизбежен? Потому что именно на этих выборах заканчивается целая эпоха постсоветской партийной системы России. Это последняя гастроль КПРФ и ЛДПР с их нынешними лидерами – а учитывая, что обе партии на самом деле лидерские (просто ЛДПР на 100%, а КПРФ на 50%), то и самих партий.
И самое главное – в России назревает рост популярности радикально левых идей.
Спрос на партию, выражающую подобные взгляды, несомненно, вызовет предложения – или со стороны обновленной КПРФ, или же со стороны тех сил в ней, которые не хотят остаться за бортом битвы за будущее.
Этот радикально левый электорат не будет слишком большим. Но разве 10% избирателей – мало для настоящей партии? Это не будут европейские левые с их феминизмом, гомосексуализмом и культом толерантности и мультикультурализма. Это будут новые русские большевики с программой радикального переустройства общества на принципах социальной справедливости. В идеологическом смысле – своеобразные нацболы (партия, созданная Эдуардом Лимоновым в 1990-е годы) 2020-х годов.
Удержать такую силу в рамках нынешней КПРФ, конечно же, не удастся. Так что все самое интересное на левом фланге только начинается.