В конце ноября либеральная газета The New York Times опубликовала большую статью о персонаже, не слишком типичном для ее редакционной политики. Текст назывался «Голос ненависти в сердце Америки», а его героем – или, скорее, злодеем – выступил Тони Хоувейтер, один из лидеров созданной в 2013 году Традиционалистской рабочей партии (ТРП; в оригинале TWP).
Автор материала буквально через фразу именовал своего героя «изувером» и «фашистом», хотя радикальных взглядов Хоувейтер не высказывал. В своем интервью он заявил, что федеральное правительство чересчур разрослось, что все ведущие СМИ США коррумпированы и что программы поддержки национальных меньшинств несправедливы. «Если так дела пойдут дальше, вскоре президентом США станет толстая, больная, чернокожая лесбиянка, не умеющая читать», – пошутил Хоувейтер, и журналист процитировал шутку с явным отвращением. Этой фразе предстояло стать чем-то вроде спускового крючка.
На следующий день после публикации текста Хоувейтер проснулся знаменитым. Его адрес кто-то выложил в открытый доступ, на его телефон стали звонить незнакомые люди и угрожать убийством ему и его жене. Вскоре вычислили ресторан, где он работал, и поговорили с владельцем, а спустя сутки владелец уволил и Хоувейтера, и его жену, и даже брата жены. Средств на аренду жилья в семье не стало, да и оставаться в доме было опасно – угрозы расправы поступали практически каждый час. Неделю спустя затравленный Хоувейтер скрылся в неизвестном направлении вместе с супругой.
Соратники попытались собрать для него денег, но ведущий сайт по аккумулированию пожертвований GoFundMe перестал принимать взносы в пользу белых националистов.
Все это время прославившая Хоувейтера статья обсуждалась во всех ведущих печатных СМИ. Журналисты дискутировали на тему, можно ли предоставлять трибуну «альт-правому», да еще и признавать при этом, что страшный «белый националист» умен, образован и «своей восточно-американской вежливостью мог бы растопить сердце любой мамаши».
|
Тони Хоувейтер
|
Параллельно читатели забросали редакцию The New York Times гневными письмами, сравнивая Хоувейтера с самыми жестокими нацистскими палачами. Главред газеты лично извинялся за свое решение представить публике такого «монстра». И никто даже не задался вопросом, этично ли выставлять напоказ жизнь человека, зная, что его политические противники превратят ее в ад.
Накал истерии вокруг Хоувейтера особенно поражает, если знать, что Традиционалистская рабочая партия – организация достаточно скромная. В декабре прошлого года основатель движения Мэтью Хеймбах насчитал всего 500 человек в 12 ячейках, сейчас общая численность приближается к тысяче.
При этом повестка у ТРП вполне мирная и сконцентрирована на правах рабочих – скромный объем актива просто не предполагает масштабных и агрессивных действий. Борьба, которую однопартийцы Хоувейтера объявили «капитализму, глобализму и марксизму», ведется лишь теоретическая, а их белый национализм сводится к изоляционизму и техникам выживания. Будто бы руководство партии предвидит большую межрасовую войну и надеется спасти несколько белых семей где-нибудь в американской глуши.
Среди акций ТРП – митинг в поддержку Башара Асада, статьи в поддержку Ратко Младича, пикет у магазина левой литературы в Блумингтоне (Индиана), а также судебный иск против закона об однополых браках. Несмотря на столь скромную активность, руководство партии уже сталкивалось с полицией. В марте 2016 года на митинге в поддержку Дональда Трампа Мэтью Хеймбах был арестован за то, что снимал на видео афроамериканку, протестовавшую против Дональда Трампа. За это его отвели в участок, упоминались серьезные обвинения, но в итоге член ТРП отделался небольшим штрафом.
И все-таки почему активист карликового движения, которое даже нельзя назвать радикальным, получил столько проблем по итогам вполне безобидного интервью? Никакого неожиданного поворота тут нет. История Тони Хоувейтера – типичный пример той травли, которой левые активисты подвергают своих политических врагов.
В августе, сразу после знаменитых боев между антифа и белыми националистами в Шарлоттсвилле, серьезные неприятности начались у организатора митинга «Правые, объединяйтесь!» Джейсона Кесслера. Местный полицейский рассказал журналисту «Нью-Йоркера», что угрозы расправы поступали Кесслеру «тоннами и тоннами, ему звонили буквально каждый час». Кесслер попытался было объясниться, но вынужден был спасаться от толпы под охраной полицейских. Не выдержав угроз и ненависти собственных соседей, с которыми годами сохранял отличные отношения, политик собрал вещи и покинул собственный дом.
Год назад левые общественники затравили мать альт-правого политика Ричарда Спенсера (его интервью газете ВЗГЛЯД можно прочитать здесь). Шерри Спенсер всю свою жизнь прожила в маленьком городке Уайтфиш в штате Монтана, сдавая в аренду помещения в красивом особняке. Однажды ее соседка, левая активистка Таня Герш, узнала о том, что сын Спенсер – лидер американских альт-правых, разместила информацию об этом в социальных сетях и развернула кампанию против Шерри. В частности, обошла всех арендаторов и потребовала, чтобы они немедленно расторгли контракты с «матерью нациста».
Спенсер встретилась с Герш и спросила, чего она добивается. Та выкатила список отступных – отречься от убеждений сына, продать особняк и отдать деньги в либеральные НКО. Иначе Герш сделает все, чтобы дом Спенсер обесценился.
Спенсер сообщила об этом альт-правым. Тролли засыпали Герш оскорблениями в социальных сетях. Активистка обратилась в прессу, и на ее защиту встали почти все ведущие СМИ – и газеты, и телеканалы. Пожилую женщину обвиняли в фашизме, антисемитизме, ряде других «-измов», и в итоге она действительно отреклась от сына, заявив, что не поддерживает его убеждения. Однако изменить что-либо было уже невозможно: Спенсер пришлось продать особняк и вместе с мужем уехать в другой город.
В каждом из этих случаев активистам прекрасно удалось организовать местных жителей и натравить их на свою жертву. Силы в таких случаях обычно неравны, и врагу неизменно приходится спасаться бегством. Недаром символом сопротивления левой истерии в США стал Аллен Арментраут – тот самый одинокий парень с флагом конфедератов, пытавшийся отстоять памятник генералу Ли. Вскоре после событий в Шарлоттсвилле его выгнали из Христианского колледжа. Теперь он избегает любого внимания и дает интервью разве что российским журналистам.
Механизм политической чистки отлажен и сбоев не дает. Активисты сигналят в соцсетях о появлении нового «врага народа». Тему подхватывают ведущие СМИ с многомиллионной аудиторией. Газеты снабжают активистов всей недостающей информацией о злодее и подбирают моральное обоснование для его травли. Кто-то вычисляет адрес, место работы и все контакты жертвы, выкладывая их в интернет. Наиболее активные начинают обзванивать начальство, коллег и арендодателей врага, требуя немедленно изгнать его отовсюду. Параллельно армия интернет-бойцов заваливает жертву оскорблениями и угрозами через посты, письма и телефонные звонки.
Не щадят никого – ни родных, ни друзей. Им тоже угрожают, называют «фашистами» и «расистами», требуют отречься от злодея. А когда испуганные люди обращаются в прессу, к ним приезжают корреспонденты из все тех же либеральных СМИ и вновь подогревают тему в удобном для них свете. Например, журналист, открывший травлю Тони Хоувейтера, написал по следам своей статьи колонку «Я взял интервью у фашиста, и вот что со мной случилось».
В какой-то момент родные и близкие не выдерживают и начинают каяться, но и это, как правило, не помогает, а отношения с соседями оказываются безнадежно испорчены. В конечном счете люди бросают свой бизнес, уходят с работы, продают по дешевке жилье, удаляют все аккаунты в социальных сетях и уезжают в никуда.
Травля конкретных жертв идет параллельно с массовым моральным террором инакомыслящих. В Портленде, где большинство жителей выступает против Трампа, антифа ведут учет всех местных, кто осмеливается выходить на митинги в поддержку президента. Их личные данные традиционно выкладывают в общий доступ. Столь же традиционно обзванивают работодателей, сообщая, что сотрудник «агрессивный и опасный нацист». После этого человека либо выгоняют, либо дают возможность уйти «по собственному желанию». А если правые Портленда попытаются выйти на собственную демонстрацию (например, в поддержку жертвы), леваки неизменно закидывают их камнями и мусором.
Белые националисты на глазах превращаются в наиболее угнетаемое меньшинство США.
Доходит до смешного. Недавно жертвой атак стал дизайнер, выпустивший небольшую партию футболок в защиту вымирающих атлантических марлинов. На одной было написано «Белые жизни имеют значение», на другой – «Голубые жизни имеют значение», а под надписями красовались изображения белых и голубых марлинов. Национальная ассоциация за продвижение цветных меньшинств объявила, что дизайнер намеренно издевался над лозунгом «Черные жизни имеют значение», потребовав от «расиста» снять с продажи все футболки.
Всё это до боли напоминает происходящее в СССР времен борьбы с «левой оппозицией», когда Сталин организовал всеобъемлющую травлю на предприятиях, улицах, по месту жительства и в печати всех активистов и открытых сторонников Троцкого, а также их родственников и друзей. Только выглядит это не просто политической борьбой с высокими ставками, а так, будто население США технично раскалывают по нескольким линиям сразу: левые против правых, белые против черных, женщины против мужчин, марлины против людей. Полномасштабный гражданский конфликт пока что не перерос в горячую фазу, но это кажется только вопросом времени.
А вслед за социальным расколом может прийти и раскол территориальный. Как проницательно заметил сооснователь ТРП Мэтью Пэррот, «сегодня в США, как когда-то в Югославии, глобалисты запирают в одной клетке с ограниченным количеством воды и еды целую свору собак, а потом смотрят, как те дерутся между собой, и кричат «Фашист!».