Фельдмаршал привез Путину ключ от Африки

В мире осталось не так много больших стран, с руководителями которых никогда не встречался Владимир Путин. Кто-то приезжал в Москву, с кем-то Путин встречался на различных международных форумах. 40-миллионный Судан, одна из крупнейших стран Африки и арабского мира, оставался, пожалуй, последним значимым государством, не имевшим ни одного контакта с президентом России. Притом что взаимный интерес у наших стран всегда был большим.

Более того – Судан был одной из немногих стран Африки, которую посещал Леонид Брежнев. Пускай и не в качестве генсека, а в 1961-м, в качестве формального главы государства, то есть еще до того, как он возглавил партию. Дипломатические отношения между нашими странами были установлены 60 лет назад, после того как Судан освободился от британского и египетского владычества, и с тех пор пережили взлеты и падения.

Первые полтора десятилетия все шло по восходящей – СССР помогал готовить профессиональные кадры, строил заводы. После прихода к власти в конце 60-х генерала Джафара Нимейри был взят курс на построение «суданского социализма» – страны еще больше сблизились, выросли поставки советского оружия. Но спустя пару лет местные коммунисты, состоявшие в правительстве, решили взять всю власть в свои руки – переворот провалился, лидеры компартии были казнены.

При этом ни о какой «руке Москвы» в заговоре против Нимейри не было и речи – СССР не свергал власти дружественных государств третьего мира (точно так же, как ни при чем была Москва и в «апрельской революции» 1978 года в Афганистане, когда власть взяли коммунисты). Однако как казнь коммунистов, так и подозрение суданских властей, что за ними стоял СССР, привели к тому, что отношения двух стран были безнадежно испорчены на следующие полтора десятилетия. Судан был первой страной, которую СССР «потерял» в Африке и арабском мире – и понятно, что военное образование, полученное Нимейри в США, сыграло тут свою роль.

Судан стал союзником Штатов в регионе, позже Вашингтон сумел еще и развернуть от Москвы соседний Египет. Все 70-е и первую половину 80-х СССР и США вели жесткую борьбу за влияние и в арабском мире, и в Африке – и Судан, принадлежащий к обоим этим мирам, был целиком на стороне США.

Но очередная поездка Нимейри в Вашингтон в 1985-м стоила ему власти – военные свергли его, а вскоре передали власть гражданскому правительству. Одна из первых поездок нового премьера Махди была в Москву, к Горбачеву. Но восстановить полноценное сотрудничество не получилось – только начали налаживаться самые разнообразные связи, как в Хартуме произошел новый переворот.

В 1989-м страну возглавил Омар аль Башир, командир десантной бригады. Ему надоело смотреть на то, как грызутся между собой коррумпированные гражданские политики. Тогда же СССР стал сворачивать свою внешнеполитическую активность – и вскоре развалился.

Но почему же Башир не приезжал в Россию в нулевые годы, уже при Владимире Путине? Тут сказывались два фактора – сложная ситуация в самом Судане и личность самого Башира, тоже ставшего фельдмаршалом.

Почти все эти годы Судан раздирала гражданская война. Эта многонациональная и многоконфессиональная страна скроена из трех разных частей: правят арабы-мусульмане, но есть также негры-мусульмане и негры-христиане. Последние жили на юге страны – и вот уже шесть лет как для них было создано отдельное государство, Южный Судан. А на западе Судана, в провинции Дарфур, долгие годы шли столкновения между местным негритянским и арабским населением. И именно за это Башира обвиняли в геноциде, а в 2009 году Международный уголовный суд (МУС) в Гааге даже выписал ордер на его арест.

Ордер действует до сих пор – и хотя Россия, как и Китай и США, не признает МУС, понятно, что президент Судана находится под огромным внешним давлением. Со стороны западного мира – его изображают страшным диктатором, виновным в сотнях тысяч жертв войны в Дарфуре. Хотя понятно, что межнациональные и религиозные столкновения сопровождали Судан всю его историю, и Башир пошел даже на раздел страны, чтобы смягчить напряжение. Но и отделившийся Южный Судан не стал мирным – в этом «несостоявшемся государстве» льется кровь уже безо всякой власти Хартума.

Башир при этом не чистокровный араб – его дед по отцу негр из Нигерии, так что считать его расистом или мусульманским фундаменталистом нет никаких оснований. Исламские законы в стране сочетаются с наличием христианских церквей, так что страшный образ суданского лидера – такая же заслуга англосаксонских СМИ, как и «ужасные» генералы, правившие Мьянмой, или «угрожающие всему миру» корейские Кимы.

Почему же, в отличие от Каддафи и Хусейна, Башира не сверг Запад? Потому что не до него было. В отличие от Ирака, Судан никогда не претендовал на роль лидера арабского мира, а в отличие от Ливии – не был мотором панафриканской интеграции. Множество внутренних проблем сковывали Судан и делали его удобной мишенью для западной критики. Но, с другой стороны, за Судан активно вступались сильные страны: не только Китай, очень много инвестирующий в нефтедобычу, но и Россия. Да и соседи – Египет и особенно Саудовская Аравия – тоже не оставляли Хартум своими заботами.

Так что Судан уцелел, пережил эпоху «бури и натиска» атлантистов – пускай и в усеченном виде, потеряв часть территории. И пришло время, когда президент Башир приехал в Москву, чтобы сказать Владимиру Путину:

«Мы против американского вмешательства во внутренние дела арабских стран, и это касается, в частности, вмешательства США в Ираке. Считаем, что те проблемы, с которыми сейчас столкнулся регион, как раз вызваны вмешательством США. И считаем, что ситуация, которая произошла с нашей страной (это и ситуация в Дарфуре, с Южным Суданом) – по тем же причинам: это американская политика. В итоге получилось так, что наша страна распалась на две части. В результате это привело к ухудшению ситуации, и в итоге мы нуждаемся в защите от агрессивных действий США».

И это притом что в прошлом месяце США сняли экономические санкции с Судана – хотя он пока еще и остается в числе «стран – спонсоров терроризма», то есть наиболее неугодных Америке режимов. Более того – Трамп исключил Судан из числа стран, гражданам которых временно закрыт въезд в Америку, и возобновил военное сотрудничество с Хартумом. Но сами суданцы, естественно, не склонны доверять американцам – и об этом и говорит в Москве Башир.

Хартум ждет от Москвы помощи и защиты – причем как геополитической, так и военно-технической:

«Что касается сотрудничества в ВТС, мы должны сказать, что оружие, которое у нас есть – оно российского производства. Это касается и сухопутных войск, и нашей авиации. У нас сегодня утром состоялась очень хорошая встреча с министром обороны России. Мы сейчас выпускаем большую программу переоснащения наших вооруженных сил, и мы договорились с министром обороны, что Россия будет оказывать этому содействие».

Деньги на оружие у Судана, кстати, есть – кроме собственных доходов, он получает и помощь от богатой соседней Саудовской Аравии (кстати, и Египет покупает русское оружие на саудовские деньги). Но не только ВТС интересно России в Судане – еще несколько лет назад Хартум предложил нам несколько инвестиционных проектов на шесть миллиардов долларов. Китай более чем активно вкладывает в эту страну, даже после отделения нефтеносного Южного Судана.

Потому что Судан – это в самом деле ворота в черную Африку. И, как сказал Путину Башир, его страна готова стать для России ключом к этому континенту.