Вопрос о смене первого лица не должен был решаться на этом съезде КПК, но от того, как он пройдет и какое руководство сформирует, ждали знаков о долгосрочных планах Си Цзиньпина. Будет ли он соблюдать неофициальную традицию смены лидера раз в десять лет, которая сложилась в этом веке, или нет?
Теперь уже точно можно сказать – нет, не будет. Принцип смены верховного лидера раз в два съезда соблюдался только два раза – с предшественниками Си Цзян Цзэминем и Ху Цзиньтао (оба, кстати, присутствовали на съезде, занимая почетные места рядом с Си) – и теперь уходит в историю. Что позволяет судить об этом?
Как идеологические, так и кадровые решения. Начнем с идеологических. На съезде в устав КПК были внесены изменения, среди которых есть и такое:
«Под руководством идей Си Цзиньпина о новой эре социализма с китайской спецификой Компартия Китая ведет все нации китайского народа в великой борьбе, осуществлении великой цели и претворении в жизнь мечты (о возрождении Китая – ВЗГЛЯД), обеспечивая становление новой эры социализма с китайской спецификой».
Кроме того, говорится о необходимости «претворять в жизнь идеи Си Цзиньпина об укреплении армии».
Таким образом, фамилия Си стала третьей, упоминающейся в уставе партии – наряду с Мао Цзэдуном и Дэн Сяопином (был еще, впрочем, случай маршала Линь Бяо, официального преемника Мао, чью фамилию в этом качестве внесли в устав партии в 1969-м, чтобы вычеркнуть уже спустя несколько лет после его гибели).
Но фамилия Дэна появилась в высшем партийном документе только после его смерти – на XV съезде партии в 1997 году. Так что до Си только один Мао удостаивался чести быть упомянутым в уставе партии при жизни. Конечно, «маоцзэдун-идеи» пронизывали не только устав партии, но и всю идеологию КПК – но и ситуация была другая, да и сложилась она лишь тогда, когда Мао уже три десятилетия возглавлял партию.
А Си Цзиньпин руководит КПК всего пять лет – и такое публичное признание его теоретического вклада не может быть не чем иным, как сигналом о том, что
в руководстве КПК решили, что Си – это всерьез и надолго.
Да, несмотря ни на что, Китай остается страной коллективного руководства – и это совершенно нормально сочетается с властью сильного лидера (так, кстати, было в СССР при Брежневе). То есть переход к долговременному правлению Си не мог быть просто его волюнтаристским решением или следствием борьбы за власть – этому должен был способствовать некий консенсус в высших сферах, которые включают и двух бывших генсеков, Цзяна и Ху.
И уж если такое решение было принято, оно будет соблюдаться всеми условными (то есть неофициальными) фракциями в партийной элите. Никакой борьбы за власть, то есть против продления полномочий Си, теперь не будет – вопрос решен.
И это отразилось на составе высшего органа власти. Си Цзиньпин находится у власти с 2012 года – и если бы смена поколений продолжала работать и в отношении первого лица, на этом съезде в составе Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК, куда входят семь человек, должен был бы появиться его потенциальный преемник. Тот, кто на XX съезде в 2022 году мог бы сменить его в качестве генсека. Так, как это было с самим Си: на XVII съезде в 2007 году он был избран сразу и в состав Политбюро, и в ПК. Си тогда было 54 года – и было понятно, что в 2012-м он сменит Ху Цзиньтао.
А что мы видим сейчас? В составе «большой семерки» нет ни одного человека моложе 60 лет, то есть в 2022 году самому «юному» из членов ПК Политбюро будет 65. В таком возрасте генсеками не становятся – ведь Си не отменил неофициальное правило, что переизбираться в руководящие органы (ЦК, Политбюро и ПК Политбюро) может только тот, кому не больше 67 лет. Таким образом, ни один 68-летний не вошел в состав руководства КПК и на этом съезде.
Понимающим – достаточно. А для китайцев все и так понятно. Теперь весь Китай знает, что Си никуда не уйдет в 2022 году. Просто не из кого будет подбирать ему преемника. В нынешней семерке целых пять новичков – но они все старые соратники Си. Сохранили свои посты только сам 64-летний генсек и глава правительства 62-летний Ли Кэцян. Все остальные были старше 68 – и вместо них появились те, кто чуть младше.
Самым старшим (и самым влиятельным) является 67-летний начальник канцелярии ЦК КПК Ли Чжаньшу – он занимает пост, равнозначный главе администрации президента в России. Понятно, что сейчас Ли пересядет в другое кресло – скорее всего, главы парламента. В качестве главы канцелярии ЦК Ли приезжал в Москву – чтобы установить рабочие контакты с администрацией президента РФ, встречался с Путиным и Сергеем Ивановым.
А 62-летний вице-премьер Госсовета Ван Ян вообще возглавляет китайскую часть двусторонней российско-китайской межправительственной комиссии – и недавно был награжден российским орденом Дружбы. Он станет первым вице-премьером.
Новый пост ждет и заведующего Центром политических исследований при ЦК КПК 62-летнего профессора Ван Хунина – этот крупнейший китайский идеолог и аналитик тоже стал членом ПК Политбюро.
Переедет в Пекин и 63-летний глава парткома Шанхая Хань Чжэн – это уникальный для Китая чиновник, всю жизнь проработавший в родном городе (обычно номенклатурные кадры переводятся из одного региона в другой). Он возглавит Народный политический консультативный совет Китая – консультативную организацию, в которой представлены все китайские партии и общественные движения, своеобразный широкий народный фронт.
А вот 60-летний заведующий организационным отделом ЦК КПК Чжао Лэцзи уже получил новый пост – в среду он был избран секретарем Центральной комиссии КПК по проверке дисциплины, чрезвычайно влиятельного органа, особенно в период борьбы с коррупцией.
Кроме «большой семерки» в Политбюро есть и обычные члены – еще 18. И, несмотря на укрепление власти Си, никаких «красных принцев» там не замечено – а ведь Си, являющегося сыном одного из близких соратников Мао, упорно называют представителем этой фракции в партийном руководстве. Эти фракционные гадания, которые так любят на Западе, часто имеют столько же отношения к реальности, как и кремлеведение американских советологов.
В Политбюро есть только два представителя условно «золотой молодежи» (условно, потому что бурная китайская история 1960–1970-х привела к тому, что благодаря своему происхождению тот же Си несколько лет провел в ссылке) – это генералы НОАК, ставшие заместителями Си Цзиньпина на Центральном военном совете ЦК КПК. Отцы Сюй Циляна и Чжан Юся тоже были генералами – а у первого отец даже принадлежал к числу героев антияпонской войны, тех, кто в числе первых получил звание генерала армии.
Но и обоим генералам по 67 лет, да и в целом в Политбюро молодежи не замечено. Самому младшему 54 года – и это как раз тот чиновник, которого раньше некоторые западные аналитики рассматривали как вероятного преемника Си. Это секретарь парткома Гуандун, крупнейшей провинции, Ху Чуньхуа. Он вошел в Политбюро на прошлом съезде в 2012 году и в этот раз сохранил свое место. Но не попал в состав Постоянного комитета, куда, впрочем, вполне может войти в 2022 году.
На XX съезде партии – на котором, как уже понятно, Си Цзиньпин сохранит свой пост, китайский лидер говорил о планах по осуществлению «китайской мечты о великом возрождении китайской нации». Впервые этот план был сформулирован им в 2012 году и рассчитан до 2049-го, когда КНР исполнится 100 лет.
Самому Си Цзиньпину в тот год, кстати, будет 96 – совершенно средний возраст для руководящих китайских кадров, особенно на пенсии. Да, Мао умер в 82, но Дэн в 92, а множество их соратников по гражданской и антияпонской войне дожили почти до ста лет. Так что Си вполне может и сам увидеть, куда приводят китайские мечты.