Использование российским военно-морским флотом в рамках операции в Сирии стратегических крылатых ракет проекта 3М14 («Калибр») не только стало общемировой сенсацией, но и заставило ряд англоязычных экспертов вернуться к разбору обстоятельств давно прошедшего времени – подписанию и выполнению Договора о ликвидации ракет средней и малой дальности (РСМД).
Произошедшее есть наглядный результат программы перевооружения, стратегического планирования в распределении сил и средств и других возможностей современной российской армии
СССР и США вымучивали его пару десятков лет, выторговывая друг у друга крошечные уступки, начиная с того, что сама классификация ракет по определению их дальности и принципу полета была у сторон изначально различной. С появлением же на вооружении у США первых «Томагавков», прообраза крылатых ракет, способных лететь на малых высотах, обходя систему ПВО, переговоры перешли в более активную фазу, но все равно тормозились существовавшим паритетом. Торговля тогда шла не столько по факту уничтожения ракет средней дальности, сколько о формах их отвода из Европы. И лишь с приходом к власти Михаила Горбачева, объявившего программу полного уничтожения ядерного оружия «во всем мире», США получили возможность добиться удивительных преференций.
В результате 7 декабря 1987 года в Вашингтоне стороны обязались уничтожить РСМД наземного базирования как класс. США это устраивало полностью, поскольку «Томагавки» изначально разрабатывались сразу в трех (трех с половиной) вариантах базирования: наземного, воздушного, морского (надводное/подводное). В СССР только велись перспективные разработки, а первый прототип был продемонстрирован только в 1993 году, то есть через два года после того, как договор был полностью выполнен обеими сторонами, а одной из них – СССР – уже не существовало.
С 1991 года США полностью перевели свои «Томагавки» в ведение флота и превратили крылатые ракеты, постоянно их совершенствуя, чуть ли в основное оружие, демонстрирующее мощь и силу американской армии. Только против Югославии в 1999 году было использовано около 700 крылатых ракет. Юбилейный, 2000-й, пуск осуществил эсминец «Бэрри» по одной из резиденций Муаммара Каддафи в 2011 году.
Первые признаки беспокойства, переросшего затем в скандал, появились в 2007 году, когда российский Генеральный штаб принялся тревожить общественное мнение заявлениями о возможном пересмотре Москвой всей системы стратегических договоров о ядерном, ракетном и противоракетном вооружении, которая сложилась в последние годы существования СССР и частично в 90-е годы. Тогда ГШ ВС РФ объяснял идею тотального пересмотра всей договорно-правовой системы ядерного сдерживания разговорами (тогда – только разговорами) о размещении в Восточной Европе элементов новой системы американской ПРО. Теперь это звучит смешно, но многие успели подзабыть, что эти планы американцев аргументировались ими «защитой от иранских баллистических ракет».
Договор, заключенный между тогдашним СССР и США, – бессрочный. Но через почти 30 лет после заключения стало понятно, что в нем содержится еще одно слабое для России место. «Новые» ракетно-ядерные страны, например Индия, Пакистан, Иран, Израиль, обе Кореи, имеют полное юридическое право обладать крылатыми ракетами любой формы базирования. А Россия – в результате архаического договора, заключенного, по сути, другой страной с другим политическим строем и укладом в принципиально иных внешних и экономических условиях – не может. Как-то несправедливо.
США сами инициировали выяснение отношений с Россией по поводу РМСД, в том числе и в прессе, с использованием «военных экспертов» разной степени ангажированности, когда речь зашла о размещении в Калининградской области «Искандеров» – таким может быть наш ответ на начало монтажа новой системы ПРО в Польше и Румынии. Но все эти споры, переросшие в некрасивую публичную перепалку, касались только буквы договора по РМСД, то есть ракет наземного базирования.
Понятно, что споры вокруг восточноевропейского ПРО и «Искандеров» серьезно отвлекли внимание США, но поступление на вооружение именно российского ВМФ крылатых ракет 3М14 «Калибр» стало для них чем-то совершенно неожиданным. Хотя в принципе никто особой тайны из этого проекта не строил. Другое дело, что перевооружение российского флота крылатыми ракетами и кораблями, способными их использовать, произошло в последние два года лавинообразно. Помимо малых ракетных кораблей «Буян-М» (проект 21631), крылатыми ракетами переоснастили практически всю Каспийскую флотилию, превратив ее в ударный кулак именно на ближневосточном направлении. Теперь и Черноморский флот начал получение новых подводных лодок класса «Варшавянка». Оснащенные аналогичными крылатыми ракетами, эти подлодки могут держать под контролем уже не только Ближний Восток, но и половину Южной Европы.
С точки зрения договора о РМСД, какова бы ни была его дальнейшая судьба, перевооружение российского флота крылатыми ракетами абсолютно законно. Соединенные Штаты просто прозевали «точку роста». Они еще в 1988 году полагали, что тогда еще советский ВПК не станет биться за морские модификации крылатых ракет, а после 1991 года и вовсе решили, что российской военной промышленной и конструкторской мысли более не существует. Потому договор о РСМД и не обновлялся, а морской ее составляющей США и вовсе не придавали значения. Самоуверенность – опасная вещь, а недооценка потенциала соперника критична не только на футбольном поле.
Если честно, то в таком эффектном и успешном применении российских крылатых ракет, как это произошло 7 октября 2015 года, уж совсем страшной необходимости и не было. Но демонстрация уверенности, в интернете именуемая «троллингом 80-го уровня», никогда еще не была лишней. Произошедшее есть наглядный результат программы перевооружения, стратегического планирования в распределении сил и средств и других возможностей современной российской армии. Владимир Путин, принимая доклад министра обороны Сергея Шойгу, как раз и подчеркнул, что новые виды российских вооружений проходят обкатку в реальных условиях боевых действий, как и персонал, который эту технику обслуживает и применяет.
Да, система ядерного сдерживания в целом – очень сложный, многоярусный механизм, в котором появление у РФ дееспособного флота и крылатых ракет – только одна из сотен составляющих. На локальном уровне действия Каспийской флотилии наглядно продемонстрировали эффективность новых систем вооружения, а теперь та же система перейдет и к Черноморскому флоту. Но уже можно сказать, что стратегия, принятая Россией по оснащению новейшими системами вооружений, оказалась верной.