Приостановка работы России в ПАСЕ в ответ на лишение нас права голоса стала ожидаемой реакцией. В принципе, наша делегация могла и не приезжать в Страсбург, где нас лишили права голоса еще в прошлом апреле, но Москва решила продемонстрировать готовность к диалогу, показать, что не она отказывается от контактов.
По мере ослабления киевской власти Запад не станет сговорчивей. Напротив, он будет лишь усиливать давление на Россию
В ответ мы получили то же, что и раньше – верните Крым, Савченко и откажитесь от помощи Новороссии, тогда мы с вами поговорим. Решение приостановить наше участие в работе ПАСЕ логично, а торопиться с выходом из организации не стоит – это мы всегда успеем сделать, особенно когда нам нужно реагировать на очередные западные санкции и заявления. А поводов для этого будет все больше и больше, потому что война на Украине приобретает не только затяжной, но и невыгодный для Киева характер. И за каждую победу Новороссии России будут выставлять все новые и новые претензии, осуждать и ужесточать.
Это не означает, что нам нужно расслабиться и ввести на Украину войска – мы не делаем этого не потому, что боимся реакции Запада или рассчитываем на постепенный отрыв Европы от США, а по гораздо более простой и правильной причине. Украина должна сама вернуться к России – своими силами, с нашей помощью, но своим собственным желанием и волей.
Конечно, всем бы в России хотелось, чтобы это произошло малой кровью и как можно быстрее, но при этом никто не может сделать за жителей Украины их собственную работу: скинуть антирусский морок и марионеточную власть. Россия будет всячески помогать этому процессу, приближая освобождение, но от атлантизма Киев должны освободить сами жители Незалежной. Но до того времени, как это произойдет, все переговоры России с Западом об «украинском урегулировании» становятся пустой формальностью.
Конфликт за Украину является частью глобального конфликта России и США – в этом конфликте Европа лишь частично может считаться американским союзником. Потому что, если в вопросе отрыва Украины от России интересы США и ЕС в целом совпадают, то в отношении других пунктов противоречий между атлантистами и Россией континентальные европейцы занимают более сложную позицию.
Европе нужно оторвать Украину от России так, чтобы при этом сохранить нормальные отношения с Москвой, при этом США (и проатлантические силы в ЕС) хотят не просто увести Украину на Запад, но и использовать этот конфликт для обвала всех отношений Европы и России и выстраивания антироссийского заградительного вала из бывших советских республик и стран соцлагеря.
Россия, противодействуя атлантистам на всех глобальных фронтах, стремится не допустить обрушения своих связей с Европой – естественно, не ценой отказа от Украины. В этом вопросе у нас есть немало союзников в Европе – тех, кто считает, что Запад должен отступиться от Украины, прекратив поддержку антироссийской власти. Тот факт, что в результате на Украине к власти придут пророссийские силы, не пугает национально мыслящих людей в Европе, потому что они понимают, что Украина – это Россия, и проецируют происходящее в границах русского мира на свой собственный, европейский, или даже еще уже, германский мир.
Получается очень некрасиво: русские помогли побежденным ими немцам объединиться (причем вопреки желанию англосаксов), а теперь немцы в качестве благодарности пытаются разорвать единство русского мира. Не просто некрасиво, но и крайне недальновидно, что понимают очень многие в Европе. Но не власти, достаточно жестко повязанные атлантической хваткой.
Конечно, Европа сейчас сама вступает в период потрясений, вызванных как экономическими, так и политическими и национальными проблемами. И по мере того как будет усиливаться влияние антиатлантических сил, будет меняться и европейская позиция в отношении России. События в Греции – это лишь первый симптом того, что предстоит и южной, а потом и центральной Европе.
Даже сейчас власти не только целого ряда восточноевропейских стран – членов ЕС (Венгрии, Словакии, Чехии), но и таких важных стран Западной Европы, как Италия и Австрия, всячески выступают против углубления конфронтации с Россией. Немалая часть французской и немецкой элит, не говоря уже об избирателях, также против атлантического курса. Но процесс смены (или как минимум переформатирования) элит с проатлантических на национальные займет несколько лет. А война на Украине идет сейчас – и реакция Европы в ближайшие месяцы будет антироссийской в любом случае.
Что бы ни делала Россия – говорила о необходимости переговоров, призывала Европу надавить на Киев, требовала вернуть долги – это не будет иметь ровно никакого влияния на позицию Европы. Санкции не отменят, давить на Киев не будут – и чем дальше, тем более упрямой будет становиться позиция ЕС.
Потому что положение киевской власти будет лишь ухудшаться, а виновата в этом будет, естественно, только Москва. Потому что она не закрыла границу с Новороссией, не остановила наступление ополченцев, не выполнила то и не сделала это. По мере хаотизации Украины и ослабления киевской власти Запад не станет сговорчивей – напротив, он будет лишь усиливать давление на Россию, стремясь во что бы то ни стало не допустить потери Украины для «цивилизованного мира».
Россия готова к любому давлению – как потому, что сейчас избавляется от последних иллюзий в отношении возможностей договориться с Западом о мире на Украине, так и потому, что наши ставки в украинском кризисе максимальные. На кону стоит будущее страны. Не потому, что «безумный Путин» поставил так много, а потому, что никакого другого варианта, кроме борьбы за русских людей на русской земле, у нас просто нет. Осмысленный разговор с Европой о будущем отношений русской и европейской цивилизаций теперь возобновится только после смены власти в Киеве.